Опасная привязанность

Кроличья нора

Учебники по этикету не зря предупреждают: чужие границы нарушать опасно. Это всегда приводит к неприятностям — если, конечно, ты не работаешь в цирке и не строишь карьеру на зрелищных падениях.

Алина Солнцева планировала стать юристом. Но ковёр с длинным ворсом в конференц-зале «Белов и партнёры» был с этим категорически не согласен.

За окном август плавил асфальт, но кондиционеры в офисе гнали ледяной воздух. Кожа покрывалась мурашками, а горячий кофе остывал быстрее, чем за три минуты. Аля лавировала между столами с тяжёлой папкой документов и подносом с четырьмя чашками. В самый неподходящий момент каблук предательски скользнул. Нога подвернулась, мир качнулся, и Аля полетела вперёд. Из всех возможных траекторий она умудрилась выбрать ту, которая вела прямиком к груди Артёма Белова.

Горячая жидкость расплескалась по безупречной белой рубашке. Запах арабики мгновенно сплёлся с его парфюмом — кедр и что-то морозное, пробивающееся сквозь жар. Аля застыла, утонув в этом аромате на одно бесконечное мгновение, пока паника не вернула её к реальности.

— О боже… — выдохнула она, пытаясь отстраниться. — Простите, я случайно…

Руки сами схватили салфетку и принялись судорожно промокать пятно на его пиджаке. Только минуту спустя, заметив гробовую тишину в зале, она сообразила: пора остановиться.

Старший партнёр фирмы двусмысленно хмыкнул:

— Ну, Артём, тебе везёт на знаки внимания.

Аля медленно подняла голову. Зелёные глаза смотрели на неё без злости. Скорее, с тем аналитическим холодом, с каким изучают внезапно сломавшийся принтер. Жёсткая линия скул, безупречные черты лица. Ему было не больше двадцати пяти — дерзкая, мажорная красота парня, который получил от жизни всё и сразу. Но в его взгляде читалась пробирающая до костей отчуждённость, словно он привык всегда держать удар.

— Выдохни, — сказал он. Голос низкий, ровный. Он забрал у неё салфетку, и его пальцы на мгновение коснулись её дрожащей руки. — Ты в порядке?

Аля не могла говорить. Только кивнула.

— Имя? — спросил он с холодным любопытством.

— Алина, — выдавила она. — Солнцева.

Он посмотрел на неё внимательнее, будто пытался вспомнить эту фамилию в бесконечных списках новых сотрудников. Не вспомнил. Разумеется.

— Алина, — повторил он, и его тон едва заметно смягчился. — В следующий раз просто отдавай кофе в руки. Не нужно презентовать его настолько… буквально.

Кто-то в зале не выдержал и хмыкнул. Щёки Али горели — никакой кондиционер не спасал. Кое-как собрав с пола рассыпавшиеся листы и сбивчиво бормоча извинения, она вылетела из зала так быстро, как только позволяли подкосившиеся ноги.

В коридоре она прислонилась к прохладной стене и в отчаянии прижала ладони к лицу.

— Только не это. Только не Белов.

Она представила, как сейчас в зале ухмыляются, а кто-то уже набирает номер начальницы: «Ваша помощница только что упала на Артёма Белова и облила его кофе».

Аля тяжело выдохнула и побрела к себе — в крошечный закуток за ширмой, насквозь пропитанный запахом бумажной пыли и тонера. Она без сил опустилась на стул и уставилась в глухую стену перед собой.

«Всё. Конец работе, которая продлилась ровно две недели».

Руки подрагивали, в голове глухо шумело. Аля отчаянно пыталась убедить себя, что всё это ей просто приснилось, но выходило плохо. Пятно от кофе на белой рубашке до сих пор стояло перед глазами как несмываемое клеймо.

Время потеряло счёт. Прошло полчаса или целый час, она не знала. Из ступора её выдернул голос, раздавшийся за тонкой офисной перегородкой. Спокойный, вкрадчивый, с едва уловимым раздражением.

— У вас в отделе появилась новая сотрудница?

Это был он. Сердце ухнуло куда-то в пятки и забилось на грани паники. Аля затаила дыхание, боясь даже пошевелиться.

— Вы имеете в виду мою новую помощницу? — отозвалась Дина Алексеевна. В её голосе мелькнуло замешательство. — Алина Солнцева.

— Солнцева, — эхом повторил он, словно пробуя фамилию на вкус.

— Почему вы спрашиваете, Артём Андреевич? — Тон начальницы мгновенно стал осторожным. — С ней возникли какие-то проблемы?

Повисла тяжёлая пауза. Аля представила, как он уже диктует приказ о её немедленном увольнении. Вполне предсказуемо — все наследники богатых семей мстительны.

— Можно сказать и так, — отрывисто донеслось из-за перегородки. — Где она сейчас?

Аля поняла, что не вынесет публичной казни. В углу сиротливо стояла пластиковая ширма. Мысль пришла одновременно с действием, начисто отключив логику. Она нырнула в узкую щель, прижалась спиной к прохладной стене и буквально вросла в угол. Затаила дыхание, стараясь не выдать себя даже стуком собственного сердца.

В дверном проёме показались его кроссовки. Дорогие, из белой мягкой кожи. Такие, наверное, стоили как её университетская стипендия за полгода — если бы Аля училась, что было бесконечно далеко от реальности.

Он сделал несколько шагов вглубь кабинета и остановился в полуметре от её укрытия.