Опасная связь (он разрушит мою жизнь)

Глава 17. Игра на выживание

План, рождённый в сырости дачного домика, был безумным, дерзким и на грани фола. Он требовал идеального времени, безупречного исполнения и нечеловеческой выдержки. Мы назвали его «Феникс». Мы должны были сгореть дотла на глазах у врага, чтобы возродиться из пепла там, где нас не будут искать.

Подготовка заняла две недели. Две недели напряжённой, лихорадочной работы в условиях строжайшей конспирации. Мы превратили старый домик в штаб. Артем, используя цепочку давно «законсервированных» связей (тех, о которых, как он сказал, «не знает никто, даже я иногда забываю»), достал всё необходимое: два «чистых» комплекта документов, деньги в разных валютах, старый, невзрачный микроавтобус и — самое сложное — тела.

Да, тела. Два неопознанных трупа, примерно нашего роста и телосложения, из морга одного из провинциальных городков. Артем не стал вдаваться в детали, как он их получил. Я не спрашивала. Некоторые знания были мне ещё не по зубам, да и не хотела я их. Достаточно было знать, что эти безымянные мужчина и женщина станут нашими двойниками в финальном акте.

Параллельно Артем вёл тонкую, опасную игру. Он вышел на связь со «своими» людьми, но не со всеми. Только с теми, в чьей потенциальной предательской он был почти уверен. Он транслировал им отчаяние, ярость, потерю контроля. Говорил, что я ранена, что мы в осаде, что я умираю от заражения крови (это объясняло, почему он не везёт меня к врачам). Он специально допускал проколы в безопасности, чтобы «утечка» о нашем местоположении выглядела естественно.

Я же училась быть мёртвой. Не метафорически. Артем показал мне, как должен выглядеть труп после пожара и взрыва (именно так мы планировали инсценировать нашу гибель). Как лежать, как обуглиться должны быть конечности, как ведёт себя тело под воздействием высокой температуры. Это были самые кошмарные часы моей жизни. Но я понимала — любая ошибка, любая неестественная деталь сведёт на нет всё, и мы действительно умрём. По-настоящему.

— Игра на выживание, Аня, — говорил он, пока мы смешивали химикаты для имитации взрыва, — это не когда ты сильнее. Это когда ты умнее. И когда готов на шаг, который твой противник даже не рассматривает. Например — на собственную смерть.

Наконец, всё было готово. Ночь «Х» была выбрана не случайно — по данным Артема, в этот вечер ключевые фигуры из враждебной группировки должны были быть на встрече в другом конце города. У них будет меньше людей для быстрого реагирования, но достаточно, чтобы «засвидетельствовать» наш конец.

Мы приехали на заброшенный склад на окраине, который Артем приобрёл через подставных лиц месяц назад. Здесь уже всё было подготовлено: ёмкости с горючим, пиротехнические заряды для взрыва, наши «двойники» в одежде, максимально похожей на нашу, уложенные в определённых позах в импровизированной «спальне» из старой мебели.

Сердце колотилось так, что, казалось, его звук эхом отдаётся в пустом железном корпусе склада. Артем был спокоен, как лёд. Его движения были чёткими, быстрыми, без суеты. Последние приготовления. Закладка взрывчатки с таймером. Обливание всего горючим. Он проверил микроавтобус, спрятанный за складом, — полный бак, документы, оружие, аптечка, еда.

— Пора, — сказал он, взяв меня за руку. Его ладонь была сухой и тёплой. — Последний раз оглянись. На старых себя.

Я обернулась. В свете нашего фонаря два бледных, безжизненных тела под грубыми одеялами выглядели жутко убедительно. Через несколько часов они будут обугленными останками, которые примут за нас.

— Не думай о них, — тихо сказал Артем. — Думай о нас. О том, что будет после.

Он установил таймер. У нас было двадцать минут, чтобы отъехать на безопасное расстояние, но при этом быть достаточно близко, чтобы увидеть реакцию «гостей».

Мы сели в микроавтобус. Артем завёл двигатель, и мы медленно, без фар, выехали из-за склада и направились в сторону старой водонапорной башни в полукилометре оттуда. Оттуда должен был быть хороший обзор.

Подъехав, мы забрались по ржавой лестнице на самую верхотуру. Холодный ветер продувал насквозь. Вдали, в чёрном прямоугольнике склада, не было видно ни огонька. Тишина. Только наша неровная, парная от напряжения, дыхание.

— Они должны быть уже здесь, — прошептал Артем, глядя в бинокль. — С любой минуты...

И в этот момент внизу, у ворот склада, мелькнули огни фар. Две машины. Они остановились. Из них вышло несколько фигур. Они не спешили, осматривались. Профессионалы.

— Сейчас, — прошептал Артем.

Один из людей у ворот что-то крикнул, и они, пригнувшись, двинулись к двери склада. В этот момент внутри что-то оранжевое мигнуло, затем рвануло с глухим, сдавленным «бум». Не такой мощный, как в кино, но достаточный. Окна склада выбило, из-под ворот и крыши повалил густой, чёрный дым, мгновенно озарённый снизу багровым пламенем.

Пожар начался стремительно — горючее сделало своё дело. Фигуры у ворот отпрыгнули, потом, увидев, что обрушения нет, двое из них бросились внутрь. Остальные остались снаружи, вызывая по рации подмогу.

Мы наблюдали, затаив дыхание. Всё шло по плану. Пожарные и полиция приедут нескоро — этот район был заброшен. У «гостей» будет время убедиться, что внутри — только обугленные останки.

Через десять минут те двое выбежали из склада, кашляя от дыма. Один что-то показывал на телефон другому, кивал. Затем вся группа быстро погрузилась в машины и уехала. Скорее всего, чтобы доложить: угроза ликвидирована. Артем и его девушка погибли при попытке сопротивления, устроив пожар.

Мы стояли на башне ещё долго, пока склад не превратился в пылающий остов, озаряющий окрестности зловещим заревом. Вдалеке уже послышались сирены.

— Всё, — сказал Артем, опуская бинокль. Его голос был пустым. — Мы мертвы.