Опасная связь (он разрушит мою жизнь)

Глава 28. Истинное лицо

Кабинет Карлоса был другим днём — просторным, прохладным, с видом на ухоженные ряды фруктовых деревьев, уходящие к горизонту. На столе стоял графин с водой и три стакана. Ничего лишнего. Артём и я сидели напротив него, чувствуя себя как на допросе, только допрашивающий пока не показал своих карт.

Карлос налил воды, отпил, поставил стакан.

— Так, — начал он без предисловий. — Давайте сразу к сути. Вы в серьёзной беде. Те люди — не местные бандиты. Это профессионалы. И они приехали за вами издалека. Это значит, ваши проблемы — импортные. И очень дорогие.

Артём молчал, изучая его лицо. Я тоже молчала, следуя его правилу: когда не знаешь, что сказать, лучше слушать.

— У меня два вопроса, — продолжил Карлос. — Первый: представляете ли вы угрозу для меня или моих интересов? Второй: стоит ли мне ввязываться в ваши дела?

Артём наконец заговорил, его голос был низким и ровным.

— Мы не представляем угрозы вам, если вы нас не тронете. Наши проблемы — личные. С человеком из нашего прошлого. Он считает, что мы ему должны. И он не из тех, кто прощает долги.

— А стоит ли ввязываться — это вам решать. Мы можем уехать. Сегодня же. Исчезнем. И ваше имя больше не будет упоминаться.

Карлос усмехнулся.

— Уехать? Куда? Они нашли вас здесь, найдут и в другом месте. А я… я не люблю, когда на моей земле бесчинствуют приезжие головорезы. Это плохо для бизнеса. И для репутации. — Он откинулся на спинку кресла. — Но я и не благотворительность. Помощь стоит денег. Или услуг.

— Каких услуг? — спросил Артём.

Карлос посмотрел прямо на него.

— Я знаю, кто ты, Артём. Вернее, кем был. Тот, кого в определённых кругах называли «Хирургом». Ты решал проблемы. Тихо, чисто, эффективно. — Он сделал паузу, давая словам осесть. — У меня есть проблема. Один мой… партнёр. Начал играть в свои игры. Крадёт, сливает информацию конкурентам, строит заговоры. Юридически его не взять — он умный. Силовое давление… вызовет войну, которая сожжёт всё. Мне нужен не труп. Мне нужно… чтобы он исчез. Элегантно. Без шума. И чтобы все, включая его самого, думали, что это было его добровольное решение уйти на покой. Ты умеешь такое?

В комнате повисла тяжёлая тишина. Я смотрела на Артёма. Его лицо было непроницаемым, но я видела, как напряглись мышцы его челюсти. Его просили вернуться. В самое пекло. Сделать то, от чего он, казалось, сбежал.

— Нет, — сказал я прежде, чем он успел ответить. — Он больше этим не занимается. Мы ушли от этого.

Карлос медленно перевёл взгляд на меня.

— «Мы»? Интересно. А кто ты в этой истории, Елена? Или как тебя там? Жертва? Соучастница? Ученица?

— Она ни при чём, — резко сказал Артём. — И она права. Я вышел из игры.

— Из игры не выходят, — мягко возразил Карлос. — В неё либо играют, либо проигрывают. Ты проиграл один раунд, сбежал. Но игра идёт. И теперь она пришла к тебе на порог. Ты можешь либо снова бежать, либо… сыграть. Но на этот раз — с моей поддержкой. И за достойный приз.

— Какой приз? — спросила я, чувствуя, как поднимается волна гнева. — Ещё одну жизнь в обмен на нашу? Ещё одно кровавое дело, после которого нам придётся бежать уже от вас?

Карлос покачал головой.

— Вы неправильно меня поняли. Я не требую убийства. Я требую решения. Какого — это ваше дело. Я даю вам ресурсы, информацию, прикрытие. Вы делаете так, чтобы этот человек перестал быть моей проблемой. А я делаю так, чтобы ваш… кредитор перестал быть вашей проблемой. Навсегда. Я обеспечу вам чистые документы, легальный бизнес здесь, под своей защитой. Вы станете не беглецами, а уважаемыми членами сообщества. Под моим крылом. Это справедливая сделка.

Это была сделка. Почти как та, первая, что предложил Артём в кофейне. Только масштабом больше. И ставки выше. Мы решаем проблему Карлоса, он решает нашу с Виктором. Мы получаем не просто безопасность, а легальность. Но ценой — возвращение в ту самую тьму, из которой мы пытались вырваться.

Артём встал, подошёл к окну. Смотрел на плантацию. Его спина была прямая, но я знала, какая борьба кипит внутри.

— Дай нам время, — сказал он, не оборачиваясь.

— У вас есть до завтра, — ответил Карлос. — Потом либо соглашаетесь, либо… я не могу держать этих волков у своих ворот просто из благородства. Мне нужна гарантия, что вы не обуза, а актив.

Мы уехали обратно в свой домик молча. Напряжение висело в воздухе пикапа плотнее тропической влаги.

Дома Артём сразу прошёл в спальню, лёг на кровать, уставившись в потолок. Я села рядом.

— Ты не можешь, — сказала я. — После всего… после того ада… ты не можешь снова стать «Хирургом».

— А что выбор? — он спросил, не глядя на меня. — Бежать? Куда? Виктор теперь знает, где мы. И знает, что у нас нет серьёзной защиты. Карлос — наша единственная надежда. Но он не благотворитель.

— Тогда мы найдём другой способ! Без… этого.

— Какой? — он наконец посмотрел на меня. В его глазах была усталая мудрость, которая пугала больше, чем ярость. — Ты сама предложила блефовать с Виктором. Но блеф работает, только если за ним стоит сила. У нас её нет. У Карлоса — есть. И он предлагает не просто защиту. Он предлагает легализацию. Шанс жить, а не выживать.

— Ценой твоей души? — прошептала я.

— Моя душа… уже не та, что была, Аня. Её отняли у меня в том подвале по кусочкам. Осталось только… умение решать проблемы. Может, это и есть моё истинное лицо. Не героя. Не жертвы. Инструмента. — Он сел, взял мои руки. — Но если я буду этим инструментом, то пусть он послужит нам. Чтобы построить тебе… тебе нам… настоящую жизнь.

— Я не хочу жизни, построенной на чьей-то беде!

— А наша жизнь разве построена на чём-то другом? — его голос прозвучал жёстко. — На беде твоего дяди? На чужих смертях в нашей войне? Мы уже в грязи, Аня. Вопрос только — утонем мы в ней или выберемся, испачкавшись, но живыми.