Опасная улика

3

3

Генерал Константин Викторович Баюкин не виделся с сыном Алексеем почти пять лет. Первый разлад произошел из-за того, что генерал развелся с располневшей до неприличия женой и в его квартире появилась энергичная сексапильная фурия, ровесница Алексея. Окончательно сын-офицер обиделся, когда отец грубо отказал составить ему протекцию по службе. Баюкин-старший дышал кондиционированным воздухом в уютном кабинете Главного квартирно-эксплуатационного управления министерства обороны. А капитан Алексей Баюкин глотал дорожную пыль в мотострелковой бригаде в неспокойном Дагестане.

Разве трудно отцу похлопотать о переводе сына на хорошую должность в Москву или в Московскую область? Так многие поступают. Но генерал Баюкин всего добился сам и считал, что тяготы военной службы в горячей точке пойдут сыну на пользу. Подобные доводы бесили Алексея. Ему тридцать, а он все еще капитан при отце генерале! Сослуживцы пальцем у виска крутили, слыша о «правильном» папочке.

Однако доминирующей чертой характера генерала Баюкина была не верность долгу, а природная осторожность. На пути к заветной цели он боялся погореть на пустяках. На примерах зарвавшихся коллег генерал уяснил: скромным казаться выгодно — до поры до времени. Обтяпывай делишки и не высовывайся. И вот наступал момент, когда можно будет пожинать плоды былой осторожности…

В прихожей запиликал звонок. Генерал ждал его и поспешил к двери. Сын приехал в линялой летной куртке с оторванной эмблемой и с небольшой дорожной сумкой через плечо. Его покрасневшие от ветра глаза ощупывали отца с настороженной угрюмостью.

— Проходи-проходи, — засуетился Баюкин-старший, похлопывая Алексея по плечу. — Давай сразу на кухню. Отметим.

Он усадил сына за стол, на котором уже стояла бутылка водки и легкая закуска. Константин Викторович первым делом наполнил стопки.

— Хорошо, что приехал. Ну, за встречу!

Алексей огляделся.

— А где твоя…

— Забудь! — не дал ему договорить генерал. — Я давно выгнал эту вертихвостку. Молодуха сучкой оказалась, деньги транжирила, гуляла на стороне. Эх, да что там!

Генерал залпом выпил водку, закусил маринованным огурчиком.

— По хозяйству я теперь справляюсь сам, а с этим делом… Мне же не много надо. Раз в неделю приглашаю девушку по вызову. Она и моложе той, и нервы у нее на месте, и дешевле обходится. Чего застыл? Теперь с этим просто, не то что в былые годы из-за этих парткомов. Пей, Алексей.

Баюкин-младший осушил стопку, вытер кулаком губы.

— Выходит, ты мать на шлюху променял.

— Не заводись, Леша.

— Ее выгнал и мне ни хрена не помог. Служу в самом пекле, ни квартиры, ни звания! Бабу пригласить некуда. А папаша хвастается тем, как продажных телок в трехкомнатных хоромах мнет.

— С прошлым покончено! А тебе я не помогал для твоего же блага.

— Да? — изображая удивление, округлил глаза Алексей. — Объясни тупому капитану.

— Давай выпьем, как раньше. Помнишь, как твои лейтенантские погоны обмывали?

— Да плевать мне на воспоминания!

— Ты не ори на отца, а выслушай! — Генерал снова выпил водки, сын последовал его примеру. — Ты телевизор смотришь, в курсе, какие сейчас порядки? А какая у меня должность, забыл? Декларации, проверки, сопоставление доходов и расходов — эх, да что там! Ты думаешь, мне для сына квартиру жалко? Нет! Но я постоянно под колпаком. Малейший факт, обвинят в коррупции — и меня посадят, и у тебя квартиру отберут.

— Выходит, ты самый честный работник в министерстве обороны?

— Самый осторожный.

— За осторожность страуса! — поднял стопку Алексей. — Ничего не вижу, ничего не слышу, а каждый, кто захочет — может дать мне под…

— Дурак ты, Леша! — Генерал снова выпил. Его лицо постепенно багровело. — Я тоже при делах. Знаешь, как квартиры для военнослужащих, уволенных в запас, уходят налево? Это хитрая система! Я оформляю фиктивные выписки из приказа на получение социального жилья. Другой человек подделывает договоры о социальном найме с районными квартирно-эксплуатационными частями. Юрист предъявляет в суд иски на права приватизации недвижимости. «Наш» судья штампует решение. На квартиры получают подлинные документы о собственности, и все — выставляй на продажу.

— И в чем же заключается твоя осторожность?

— А в том, что я подделываю подпись своего начальника и денег за это не получаю.

— Вот она — святая благотворительность! Метишь в кресло Папы Римского?

— Я получаю нечто другое, не менее ценное.

— Золото, бриллианты?

— Тоненький конверт, который легко провезти за границу.

Баюкин-младший снова выпил, поковырял вилкой салат, пожевал и искоса посмотрел на отца:

— Зачем ты меня вызвал? Водку жрать я могу и в Дагестане.

— Началось расследование по квартирам, взялись крепко.

— Тебя посодют, а ты не воруй! — парировал сын крылатой фразой из популярного фильма.

— Не дерзи отцу, Алексей!