Опасная улика

14

14

Одураченный Алекс Баюкин выбежал из клуба «Дикие кошечки» через пожарный выход. В его груди клокотала злость.

«Только попадись мне, Беспалый!»

На узкой парковке и на тротуарах стояли автомобили. Одинокое такси дежурило у порога клуба.

«Черт! Если у сутенера тачка, он уже смылся!»

Алекс спрятал пистолет за пояс и подбежал к таксисту:

— Ты не видел моего друга с длинными волосами? Он брал такси?

— Я десять минут здесь стою, других такси не было. — Таксист курил, стряхивая пепел в открытое окно.

— А какая-нибудь машина только что отъезжала?

— Дорогу никому не уступал, — пожал плечами таксист. — Вы едете или как?

Алекс понял, что он имел в виду. Такси загораживало единственный выезд для большинства припаркованных у клуба автомобилей. Неожиданно одна из крайних машин издала резкий сигнал, который сразу оборвался.

— Меня друг подвезет, — пробормотал Баюкин, обернувшись на гудок.

Он заметил белую «хонду», в которой творилось что-то неладное. Алекс подкрался к автомобилю сзади и присел. Внутри шел разговор на повышенных тонах. За рулем находился Борька Беспалый — Алекс узнал его рокерскую гриву. Мужчина в рыжей меховой шапке сидел прямо за ним и угрожал:

— Еще раз дотронешься до руля — придушу!

Прижатый к подголовнику сутенер нервно оправдывался:

— Я ничего не знаю! Я видел ее утром, забрал свою долю и уехал.

— Врешь! Катя не могла сама прыгнуть.

— Она не первая. Кто знает, какие тараканы у них в голове!

— Ублюдок! — Мужчина в шапке сдавил шею сутенера.

Раздался хрип и сиплый голос извивающегося Беспалого:

— Отпусти…

После недолгой борьбы мужчина, сидевший сзади, ослабил давление. Сутенер откашлялся.

— Ты прав, на Катьку это не похоже. Она не плакса, — согласился Борис. — Скорее сначала меня грохнет, а потом уже на себя руки наложит. Но я не в курсе, что там случилось. Меня рядом с ней не было!

— Почему ты скрываешься?

— Кому хочется с ментами объясняться?

— Ты по любому виноват. Это ты сделал мою дочь проституткой! Я собирался тебя грохнуть.

— За что? Она сама согласилась…

Испуганный возглас сутенера снова сменился хрипом. Его тело задергалось.

«Обезумевший папаша его прикончит, и я ничего не узнаю о конверте», — забеспокоился Алекс.

Он поднялся, рывком распахнул заднюю дверцу и рукоятью пистолета двинул мужчину в висок. Удар получился не очень сильным, но этого оказалось достаточно, чтобы содрать кожу и оглушить противника. Гребенкин без чувств завалился на бок, его руки, затягивающие удавку, разжались.

Алекс толкнул Гребенкина, сел на освободившееся место и захлопнул дверцу. Сутенер отплевывался и растирал освобожденное горло. Его мокрые воспаленные глаза пытались рассмотреть нежданного спасителя в зеркале заднего вида.

— Не радуйся, хмырь. Это снова я, — заявил Алекс и ткнул ствол пистолета в спину Беспалого. — Где конверт?

Сутенер забился в истерике:

— Что за бред! Оставьте меня в покое!

— Конверт, гнида!

— На кой он тебе сдался?

— Кажется, я зря вмешался. Ты отдашь конверт?

— Вы все спятили!

— Теперь ты меня не проведешь. Конверт у тебя с собой?

Рука Бориса непроизвольно дотронулась до нагрудного кармана рубашки под жилеткой. Алекс заметил это движение и расплылся в кривой улыбке.

— Не дергайся. Я сам его достану.

Правая рука Алекса прижала пистолет к виску сутенера, а левая потянулась сверху через плечо. Алекс был так увлечен допросом, что не заметил, как поверженный Гребенкин приоткрыл глаза. Игорь Васильевич оценил критичность ситуации и понял, что должен действовать. Он украдкой извлек травматический пистолет, переделанный под боевые патроны, направил его на Алекса и нажал на спусковой крючок.

Два выстрела прозвучали с интервалом в сотые доли секунды. Пуля из «травматики» угодила Алексу в плечо, его палец на курке дернулся, и девять граммов свинца вышибли Борису Мануйлову мозги. Грязная кровь жирно забрызгала треснувшее вокруг пулевого отверстия боковое стекло.

Игорь Гребенкин дернул скобу замка, вывалился из машины и побежал. Впопыхах он не заметил, как с его головы свалилась шапка-ушанка.

Получивший ранение Алекс Баюкин тоже сообразил, что надо линять. Он выбрался из автомобиля и ощупал рану. Пуля задела плечо, содрав кусок кожи. Пережитый шок заглушал боль.

«Конверт! — пульсировала в голове у Алекса жгучая мысль. — Я пришел за конвертом».

Он открыл водительскую дверцу и брезгливо потянулся к убитому сутенеру. Рука Алекса выудила из нагрудного кармана чистый конверт. Алекс сунул добычу в задний карман брюк и поспешил скрыться в темном переулке.