Опаснее короля. Его Высочество, Элиза и пропавшее завещание

17

Холодный воздух щиплет щёки, снег хрустит под сапогами. Пройдя всего несколько шагов, я останавливаюсь так резко, что Ален едва не роняет книгу.

— Матушка… — он перехватывает магический том и смотрит на меня. — Дом в другой стороне, — добавляет он, видя, что я поворачиваю.

— Я должна знать, почему брат короля покупает что-то в обычной аптеке.

Совпадениям не доверяю. Рисковать сейчас слишком дорого. А этот дракон будто нарочно ходит рядом с моей тайной.

— Может, Его Сияние, герцог Вильен, просто… ну… любит скидки? А все знают: у мастера Мориса хорошие цены, — пожимает плечами Ален.

— Ну да. Просто хорошие цены. Просто ехал мимо. Возвращаемся.

Он отвечает тяжёлым, обречённым вздохом, но следует за мной без единого слова. Когда снова открываю дверь аптеки, тёплый травяной запах ударяет в лицо.

Морис стоит за стойкой и раскладывает какие-то таблетки по маленьким серебристым коробочкам.

— Мастер, — начинаю я.

Он вскидывает голову… и расплывается в такой подозрительно радостной улыбке, что мне сразу хочется назад, в мороз.

— Ах, принцесса… — выдыхает мастер Морис мечтательно.

Я краснею.

— Пожалуйста, не называйте меня так.

— Простите, лиора Элиза, — отвечает он, но всё равно подозрительно весел.

— Что его сияние купил?

— Настой лунного корня, — пожимает плечами мастер Морис

— Это же…

— Успокоительное. Его сияние даже срок годности проверил. А это значит, что ему важно, чтобы средство сработало точно. Чтобы было свежим, сильным, надёжным.

Морис делает паузу:

— Такое берут для тех, кто… ну… плохо спит. Или кого трясёт от переживаний.

Не похож он на того, кого трясёт от переживаний. Скорее на того, кто вызывает переживания у остальных.

— Может, купил не себе? — вклинивается Ален, который приходит, видимо, к тем же выводам.

— Может, и так, — соглашается мастер Морис.

— Но почему в обычной аптеке? — задумчиво говорю я.

— Драконы гордые. Не хотел, чтобы брату донесли. Или… кому-то другому.

— Кому? — выдыхаю я. — Его сияние только недавно вернулся из Пустоши.

Мастер Морис расплывается в загадочной улыбке.

— А кому... вот это уже не моё дело.

Я качаю головой и выхожу из аптеки, так и не получив ответов на свои вопросы. Мы возвращаемся домой, и стоит нам переступить порог, как раздаётся вопль, от которого даже магические сферы под потолком дрожат.

— Только попробуй, Жан! — кричит Софи где-то на втором этаже.

— У тебя забыл спросить! — отзывается он, ледяным тоном, который я слышала ровно у двух драконов: у Теона… и у покойного мужа, когда спор шёл о чём-то принципиальном.

— Опять скандалят, — вздыхает Ален, задрав голову. — Простите, матушка, но я к себе.

— Не забудь помыть руки, — киваю я, снимая плащ и отряхивая снег. — И… пожалуйста, ничего не поджигай до ужина.

— Что за дом, что за семья, никакой личной жизни для великого мага, — ворчит он, направляясь к лестнице.

— Ты девять раз поджёг занавеску, — напоминаю я.

Ален оборачивается, ухватившись за перила:

— Одиннадцать, матушка. Но два раза — не по моей вине.

— Конечно, — киваю. — Она сама загорелась от вашей несовместимой магии.

Ален хмыкает и быстро взбегает по ступеням. И ровно в тот момент сверху раздаётся следующий залп:

— Ты не имеешь права так со мной поступать! — верещит Софи.

Я вздыхаю. Снова их растаскивать по углам. Нахожу детей в коридоре.

— Я что-то не помню, что должен отчитываться перед мелочью.

— Это я мелочь?! Ах ты… Матушка! — завидев меня, Софи тут же ищет помощь.

— Что у вас происходит? — отзываюсь я.

— Жан подал заявление на магическое состязание «Пик»!

Я едва не оседаю на пол.

Святые небеса. Пик? Состязание, где победитель получает всё: статус, деньги, защитные амулеты, обучение в самой лучшей академии магии, даже аудиенцию у короля.

Один мальчишка может вернуть нашей фамилии уважение, купить будущее Софи, Алену… всем. Жан думает, что спасёт нас одним махом. Что вернёт честь, которую я якобы не удержала. Но он не понимает.

Это состязание не просто опасное — оно смертельное. Некоторые дома специально отправляют туда своих наследников, если считают их слабыми, чтобы… избавиться. Вернуть честь через чужую смерть — вот до чего доходит аристократия. В прошлом году у Пик вообще не было победителя. Наследник Бельнот дошёл до третьего круга… и погиб.

Что делать? Каким святым теперь молиться? Хорошо, если тебе там хоть как-то повезёт и ты просто выживешь.