Опаснее короля. Его Высочество, Элиза и пропавшее завещание

30

— В-ваше Величество… — сердце бьётся так сильно, что, кажется, вот-вот вырвется из груди. — Вы забываетесь. Это… может повредить моей репутации.

Я делаю попытку отстраниться, но его ладонь лишь сильнее сжимается на талии. Люциан внезапно меняет нас местами и прижимает меня к колонне. Холодный мрамор холодит спину.

— А может, это вы забываетесь, дорогая? — тихо произносит он.

Его рука, унизанная перстнями, касается моей щеки, и пальцы медленно скользят по скуле, будто запоминая.

— Вам стоит быть осторожнее со словами, — добавляет Люциан. — В последнее время вокруг вашего имени и без того слишком много шума.

Я задерживаю дыхание.

— Шу… шума? — переспрашиваю.

Он усмехается — едва заметно, уголком губ.

— О да. — Большой палец слегка нажимает под моей скулой, вынуждая поднять голову. — Сегодня утром у меня был весьма любопытный гость. Лиорд Теон Лакруа.

— Что?

— Он был крайне обеспокоен судьбой родового замка, — лениво продолжает Люциан. — Репутацией фамилии. И, разумеется, вами.

Дыхание сбивается, и я на мгновение боюсь вдохнуть слишком глубоко.

— Он уверял, что вы не справляетесь, — голос Люциана ровен, без тени осуждения или сочувствия. — Что дом приходит в упадок, слуги разбегаются, а имя Лакруа всё чаще звучит в лавках и у ростовщиков.

Король склоняется ближе.

— Он очень не хотел, чтобы грязь коснулась его имени.

— И… чего же он желает от Его Величества? — спрашиваю я.

— Чтобы я вмешался. Назначил опекуна над имуществом. Передал управление замком мужчине рода. А вас… — он делает паузу, наслаждаясь моментом, — убедил удалиться. Вдовий дом, монастырь, что-нибудь достаточно достойное.

Я сжимаю пальцы, но не отвожу взгляда.

— И вы ему отказали?

Король смеётся тихо.

— Я сказал, что подумаю. — Его рука скользит со щеки к моей шее и замирает там, где пульс выдаёт меня с головой. — Видите ли, дорогая… я предпочитаю сначала поговорить с теми, о ком мне рассказывают.

Он чуть наклоняет голову.

— С вами, например. Бал-маскарад, конечно, не время для разговоров. Поэтому, как только я завершу дела, пришлю за вами лакея. Надеюсь, вы тотчас последуете за ним и не будете заставлять ждать своего короля.

Я сжимаю губы. Эта та ситуация, когда нельзя сказать «нет».

— Разумеется, Ваше Величество, — выдавливаю из себя. — Я не стану пренебрегать вашей… любезностью.

— Прекрасно, дорогая.

Его пальцы исчезают с моей шеи, и вместе с этим возвращается возможность дышать. Король делает шаг назад, выпрямляется, словно между нами и не было этой сцены.

Музыка в зале меняется, и Люциан протягивает мне руку — уже не властно, а безукоризненно галантно, так, чтобы это увидели все вокруг.

— Раз уж разговоры отложены, — произносит он достаточно громко, — окажите мне честь и примите приглашение на танец.

Отвергнуть приглашение короля на балу — значит устроить скандал.

Выбора снова нет.

Я вкладываю ладонь в предложенную руку.

— С удовольствием, Ваше Величество.

Он ведёт меня в центр зала. Взгляды тянутся следом, как нити: любопытство, зависть, мгновенно вспыхнувшие слухи.

Фаворитка короля стоит неподвижно; холодная ярость читается в её глазах.

— Улыбайтесь, дорогая, — приказывает Люциан.

Я подчиняюсь, отвечая светской улыбкой. На следующем повороте танца, когда король разворачивает меня лицом к залу, я замечаю его.

Саара.

Он стоит у колонны. И его взгляд прикован не к королю. Ко мне.