Опасные булочки попаданки, или Лови Петюню

5. Наты

Предложила и отвернулась, впившись зубами в губу. Главное, не зарыдать! И все проблемы решать по мере поступления – сначала кофе, потом уже думать, где и на что жить, как зарабатывать, что делать с непонятной магией, как не угодить в лапы тем, кто против иномирянок...

– Хочу, – по голосу Вальдора я услышала, что он улыбается, и невольно заулыбалась сама, успокаиваясь. Да, всё по порядку.

Подойдя к кофемашине, я ещё раз всмотрелась в этот «агрегат» – ну натурально монстр с красными глазами и хоботком! Не сдержавшись, я хихикнула:

– Назову тебя Кофемон! – и погладила Кофемона по боку, ощутив приятно шершавую поверхность. Неожиданно кофемашина ожила, замигала красными глазами и как будто ухнула. Завизжав от испуга, я отскочила подальше, чувствуя, как моментально вспотела спина, а Вальдор в один миг оказался между мной и монстром, занося сковородку для удара. Его пальцы побелели от напряжения, на лице царила мрачная решимость стоять до конца. Но Кофемон и не думал нападать, он просто стих, превратившись в неподвижную кофемашину.

– Жуть какая... – выдохнула я, прикладывая руку к груди, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. На душе потеплело от того, что красавчик бросился на мою защиту. Я с опаской уточнила: – А эта ваша магия всегда так работает?

– Это не «наша», а «ваша», – усмехнулся Вальдор, убирая сковородку в плиту. – Я впервые вижу что-то подобное, но это же магический предмет, значит, вполне может вести себя так.

– Ладно, попытка номер два, – хмыкнула я, подходя к Кофемону. – А какой кофе хотите? Ой... вы же не пробовали...

С чего лучше начать знакомство? Моё началось с подражания папе – он литрами пил растворимый кофе с молоком и сахаром, поэтому я, чтобы быть к нему ближе, тоже пристрастилась к этой смеси. Наверное, из-за продолжительной «зависимости» мой организм перестал реагировать на кофеин, и кофе стал для меня «водичкой». И с ним я «общалась» куда чаще, чем с папой. Точнее, общение с папой походило на взаимодействие с кофе – сидишь и смотришь, потом выпил махом, и снова сидишь...

– С мамой у меня тоже не сложилось... – внезапно выдохнула я вслух. Голос сорвался, а в груди похолодело, будто кто-то насыпал льда в и без того холодный кофе. Неужели, родителям будет достаточно получать от меня сообщение, что всё в порядке?

– И у меня... – раздался тихий грустный голос Вальдора за спиной. – Хотя она жива, а вот папа... – он смолк. Я стиснула кулаки, не оборачиваясь. Если у меня не самая идеальная жизнь, то это не значит, что у кого-то она ещё неидеальнее. Или как там говорят?

– Прости... – прошептала я.

– За что вы извиняетесь? – удивился красавчик. – Это же не ваша вина, что мой отец умер.

Я повернулась и улыбнулась:

– Давай на «ты»?

– «Наты»? – ещё больше удивился Вальдор. – Что такое «наты»? Это что-то вроде кофе?

Отсмеявшись, я объяснила, что имела в виду, красавчик согласился перейти «наты», и я снова вернулась к выбору кофе для Вальдора.

Моим любимым напитком был раф с ванильным сиропом. Но это вроде как «женский» вариант... Сделать Вальдору двойной эспрессо, чтобы зубы свело от крепости? Оглянувшись на красавчика, я принялась внимательно его рассматривать, пытаясь подобрать нужный вариант. Вальдор вопросительно приподнял одну бровь. Его фирменный жест, похоже.

– Мокачино! – внезапно выпалила я. Не знаю почему, но кофе в сочетании с шоколадом и взбитым молоком показался мне лучшим вариантом. И я нажала на левую кнопку, на всякий случай отойдя подальше.

Кофемон натурально вздрогнул (а следом и мы с Вальдором) и ожил – внутри что-то зашумело и зашуршало, как будто и правда перемалывался кофе, а потом из хоботка побежала тонкая струйка! Ахнув от удивления, я не сразу заметила, что на подставке ничего нет и кофе убегает на пол.

– Ой-ой-ой! – я засуетилась и стала приказывать: – Горшочек, не вари! Стой! Хватит! Кофемон, фу! Плохая собачка!

Вальдор подскочил и нажал на правую кнопку. Кофемон тут же замер, а хобот перестал выливать мой бесконечный кофе.

– Точно! – я хлопнула себя по лбу. Такая простая инструкция, а я про неё забыла!

– Кнопка находится вот тут, – красавчик с улыбкой указал на Кофемона. Я весело хмыкнула, оценив его подкол с моим «нажиманием на лоб», и сообщила:

– Нужны чашки.

Взгляд Вальдора рассеянно забегал по кухне, что меня насторожило. Выглядело так, будто он не знал, где искать посуду. Хм... А что я вообще знаю о нём?.. Красавчик даже фамилии своей не назвал, а имя произносил так, словно его пытали. Кухня с одной стороны вроде бы и была уютной, но с другой – казалась заброшенной.

– А это твой дом? – словно бы ненавязчиво уточнила я, ожидая улыбки и быстрого разрешения моих сомнений.

Лицо Вальдора вмиг побледнело, зрачки сузились в точки, а его рука, державшая чашку, неожиданно дрогнула. Ёмкость полетела на пол и со звоном разлетелась на куски.

Мы оба как по команде уставились на осколки. Если я прикидывала, чем бы их можно было собрать, то красавчик, по-моему, погрузился в свои невесёлые думы. И от этого... мне стало намного легче! Решать чужие проблема куда проще, тем более, когда представления не имеешь, что делать со своими.