Опасных дел чаровница

Глава 15. Тайна

«Последние открытия показывают, что некоторые наследственные факторы определенных видов драконов свойственны как мужчинам, так и их дальним предкам. Но по какой-то причине они не прошли полную трансформацию и не приспособились к изменившимся условиям климата их ареала.

Так есть вероятность, что белокрылый тупорогий дракозавр из тупиковой ветви, возможно, один из самых близких родственников человека среди крылатых!»

Из письма Питера Линдена в научное сообщество при университете Дэрилии.

— Свинья! — прошипела я, пока шагала следом за Эдмундом по лестнице на второй этаж. — На свинью я похожа!

— Кабанчик, — вежливо поправили меня.

— Один черт котлета на копытах!

— Прюденс, вы слишком эмоционально реагируете. Его светлость известен полным отсутствием манер и скандальным поведением.

— Мне вот о нем ничего не известно, кроме долгов!

— Я много раз вам говорил: слушайте и запоминайте. В светских сплетнях полно мусора, но и хватает полезных новостей. Знать врага в лицо — ваша прямая обязанность. Тем более что работать вам с ним все же придется, — повторил заунывную речь Эдмунд в шестой или седьмой раз, как маленькой девочке.

Я закатила глаза, но спорить не стала. Ни времени на это не было, ни сил. Нам следовало поспешить с игрой в «спящего мистера Линдена». Баронесса Фонтик, которая знала племянника лучшей подруги с детства, раскусила бы мою игру в считаные секунды. Переодеваться, пока она гостила у нас, опасно.

А вот герцога Веллингтона следовало вытащить из дома любыми путями, иначе наш маленький секрет мог стать достоянием общественности. Такого оскорбления высокопоставленная особа никогда не простит.

— Вы ему понравились, — продолжал вещать Эдмунд, который за последние пять минут наговорил слов больше, чем за все время нашего знакомства.

— Кому?

На меня бросили испепеляющий взгляд.

— Герцогу.

— Быть того не может, — пробормотала я и подхватила юбки, чтобы нагнать дворецкого на последней ступеньке. — Понравившихся девушек свиньями не кличут.

— Он же сказал, что они милые. Вы напоминаете ему домашнего зверька.

— Спасибо, что не вазу.

— В нынешний век для женщины считаться любимым зверьком лучше, чем предметом интерьера. Поверьте.

Я скрипнула зубами, а моя внутренняя феминистка заорала в голос. Нутро противилось словам Эдмунда. Только мой опыт из двадцать первого века невозможно наложить на местный условный девятнадцатый.

Как бы я ни злилась, но факт оставался фактом — женщины здесь не в цене.

Все внедряемые правительством программы, громкие выступления местных активисток на площадях — ничего из этого не помогало улучшить наше положение. А многих аристократок все устраивало, и они не хотели менять существующий порядок.

— Он все равно мне не нравится, — пробубнила я, когда мы остановились возле комнаты Линдена.

В обычное время, когда хозяин отсутствовал, она практически не использовалась. Изредка я заходила сюда, чтобы взять какую-то его вещь из гардероба. Например, запонки или часы, которые требовались для дополнения образа.

Здесь всегда поддерживалась идеальная чистота, пыль вытиралась, а подушки и одеяла взбивали так, словно Линден вот-вот вернется домой и ляжет в свежую постель. Леди Инесс приказывала служанкам протирать все полки и менять белье раз в неделю.

Но, открыв дверь, я чуть не задохнулась от удушливого аромата спирта и охнула от количества разбросанных повсюду бутылок. Похоже, что сюда стаскали весь погреб! Вонь стояла такая, что меня едва не стошнило Эдмунду на ботинки.

— Господи, что здесь произошло? Взорвался винно-водочный завод? — я зажала нос и принялась себя обмахивать.

— Мистер Линден запил, — спокойно заявил Эдмунд.

— Тазиками и бочками?

—… После тяжелой ночи он прилег…

— Куда? В гроб?! Такое количество этилового спирта в организме не то что лошадь — слона или дракона убьет!

— Потом появился герцог, вы постарались разбудить мистера Линдена, но ничего не вышло, — закончил он, пока я училась дышать заново. — Теперь натягивайте вон ту сорочку и ложитесь в постель. Его светлость придет лично проверить, как там его будущий управляющий. Посмотрит, убедится в вашей невменяемости и уедет.

— И что? И все? — поразилась я.

— Все.

— Бред какой-то. Не проще ли сказать, что мистер Линден лежит и не встает? Пусть приезжает в другое время или оставляет бумаги здесь. Я посмотрю их, потом передам через его человека обратно. Все равно там ничего не спасти. С таким количеством долгов поможет или чудо, или наследство от троюродного дедушки с залежами алмазов в подвале.

Эдмунд оглянулся, вытянул шею, затем неожиданно толкнул меня в спальню Линдена. Ойкнув, я едва не споткнулась об одну из бутылок и с трудом удержала равновесие. Тонкий перезвон стекла заставил меня подпрыгнуть и замереть, после чего дверь захлопнулась.

Эдмунд выпрямился и перегородил собой проем.