Опасный ход пешкой

Глава 1. Соня

Утро. Я открыла глаза и села на огромной кровати, поджав колени.

Осмотрев свои руки и ноги, я поняла, что, несмотря на теплую весеннюю погоду, закрытая одежда по-прежнему мой единственный вариант. Новые синяки красовались, начинаясь от запястий и до самых плеч. На бедрах они стали почти непроходящими, с четко выраженными отпечатками пальцев.

Слез уже давно не осталось.

Закрыв глаза, я погрузилась в тот проклятый день, когда по воле случая попалась ему на глаза.

Я до сих пор не понимаю, как Лена уговорила меня пойти в «Сорренто» — ресторан с сомнительной и крайне опасной репутацией. Чем он опасен? Тем, что его посетителями были так называемые криминальные бизнесмены, люди при власти и занимающие высокие посты.

За ширмой респектабельных коммерсантов скрывались личности преступников и убийц — люди, решающие проблемы в большинстве случаев незаконным и бесчестным путем.

С подачи таких личностей в сводках новостей появлялись леденящие кровь истории, и сложно было поверить, что это мог совершить человек: нападения и заказные убийства чиновников, банкиров и конкурентов. И все сходило им с рук.

В тот вечер я была воплощением скромности: длинное черное платье приталенного силуэта с разрезом лишь до колена, невысокие каблуки, легкий макияж, распущенные темные длинные волосы. Лаконичная простота.

Но главное, на что при первой встрече залипает мужской цепкий взгляд, — это лицо. Оно всегда притягивало внимание: выразительный взгляд, огромные орехово-карие глаза, обрамленные очень длинными ресницами, ровные широкие брови, прямой нос, пухлые чувственные губы.

В ресторане нас было трое. Мы веселились, пили шампанское и танцевали. Весь вечер я ловила на себе взгляд мужчины лет пятидесяти: светлые волосы, голубые глаза, среднее телосложение.

Он сидел в окружении нескольких мужчин, двое из которых сильно выделялись телосложением: крепкие, атлетические тела, жгучие взгляды. Я старалась не заострять на этом внимание, но, как оказалось, зря.

Ближе к полуночи я начала собираться домой, вызвала такси и, попрощавшись с девчонками, вышла на улицу.

Я даже не поняла, как все стремительно произошло. Два крепких мужчины подошли, схватили меня под руки и подтащили к черному тонированному внедорожнику. Открыв дверь, они затолкали меня внутрь.

— Что вы делаете? Отпустите! — отчаянно закричала я, бросившись к двери, но она была уже заблокирована. Ледяной ужас сковал каждую клеточку тела, сердце бешено колотилось в груди.

Почувствовав чье-то присутствие, я обернулась и увидела его – того самого мужчину, чей взгляд преследовал меня весь вечер. Вблизи он оказался еще более отталкивающим: бледная, бугристая кожа, узкие, поджатые губы, мясистый нос, а глаза – не просто голубые, а выцветшие, почти белесые.

Несмотря на респектабельный вид, дорогой костюм, часы и удушающий запах парфюма, он внушал первобытный страх, заставляющий дрожать колени.

— Раздевайся, — грубо произнес он.

— Что? Простите? — Сердце замерло на мгновение, а затем бешено заколотилось. Ужас, шок, оцепенение!

— Я не люблю повторять. Раздевайся!

— Выпустите меня, пожалуйста! Это какая-то ошибка, — взмолилась я, голос дрогнул.

— Раздевайся! — злобно рыкнул мужчина.

— Я буду кричать! Обращусь в полицию, — дрожащим голосом продолжала настаивать я.

— Кого предпочитаешь: генерала или майора? Кому будем звонить? — с усмешкой поинтересовался он и медленно потянулся к пряжке ремня. — Или хочешь, чтобы они к нам тоже присоединились?

Истерика подступила комом к горлу. Я бросилась к двери, судорожно дергая за ручку, но та не поддавалась.

Резкий рывок за волосы — и меня развернули. Мое лицо оказалось на уровне его груди. Удар по лицу вызвал ступор, и в глазах потемнело, щека горела, словно ее обожгли.

До этого дня никто, даже родители, не поднимал на меня руку.

Он снова дернул меня за волосы, грубо вдавливая в сиденье. Его тяжелое тело навалилось на меня, настойчиво разводя мои бедра и разрывая тонкую ткань колготок. Затем слегка отстранился и начал возиться с застежкой ремня.

Я заплакала и попыталась оттолкнуть его, но тщетно, за что и получила очередной удар по лицу.

— Пожалуйста, не надо, — взмолилась я.

— Будешь ныть, сейчас еще и ребят позову, — грубо сказал он и расстегнул ширинку.

Страх парализовал, лишил воли и способности сопротивляться. Слезы ручьем текли по щекам. Кожа на лице горела и пульсировала от боли. Он снова навалился на меня, сдвигая трусы. Я почувствовала тошнотворную возню и резкий толчок.

Боль, отвращение и страх сплелись в единый, невыносимый клубок. Прикусив губу, я беззвучно рыдала, молясь лишь об одном – чтобы это поскорее закончилось.

Минута — и он кончил в меня, сжав мою шею ладонью. Я почувствовала нехватку воздуха в легких и замерла, решив, что это конец, но мужчина убрал руку и отстранился. С довольным лицом он застегнул ширинку и откинулся на спинку сиденья.

— Нравишься! Сейчас поедем ко мне. Там нормально развлечемся, — с усмешкой произнес он.