Опасный наследник

4

СОНЯ

На следующий день я отвезла в садик Олежку, потом сразу поехала на склад. Там сейчас работает всего одна сотрудница, и ей нелегко, так как после переезда на новое место нужно разложить вещи по местам, всё промаркировать. Пришла машина с производства, мы в четыре руки разобрали товар. Несколько вещей я отобрала для завтрашней рекламной съёмки. С фотографом и девочками-моделями договорилась заранее, студия уже забронирована.

Занимаясь делами, я ни на секунду не переставала думать о встрече в больнице, назначенной на десять часов. В каком состоянии Кирилл? Как он меня встретит? О чём мы будем говорить?

Утром едва не поддалась соблазну накраситься более тщательно, чем обычно. Так-то я почти не пользуюсь косметикой, но сегодня была близка к тому, чтобы достать провокационную алую помаду.

Вот зачем мне это? Хочу выглядеть шикарно?

Кирилл поймёт, что я готовилась к встрече, переживала…

Одёрнула себя. В результате из дома вышла в самом обычном виде: слегка подвела глаза и тронула губы блеском. Наряжаться тоже не стала - натянула джинсы и лонгслив, накинула пуховик из блестящей лакированной ткани…

- А вам нужен другой вход, - сказали мне в вестибюле больницы, услышав номер палаты. – Вы здание обойдите, там увидите.

Сразу стало ясно, что «другой вход» предназначается для особых пациентов – влиятельных, богатых. Это крыло больницы было отремонтировано по высшему разряду и выглядело как дорогая частная клиника.

Пока в сопровождении медсестры поднималась наверх в просторном сверкающем лифте, постаралась взять себя в руки. Но волнение нарастало с каждой секундой. Да, я себя накручивала и уже превратилась в комок нервов.

Лучше бы вчера я согласилась поужинать с Кириллом. Тогда бы он не попал в больницу.

- Вам сюда, - сказала медсестра. – Вы немного подождите, сейчас Кирилл Андреевич вернётся.

Девушка открыла дверь, пропуская меня в палату.

Если только это можно было назвать палатой! Я словно попала в крутой гостиничный люкс. Посреди большой комнаты стояла медицинская кровать, рядом приборы. Я опустилась на диван, поправила волосы и принялась ждать.

Нервы уже были на пределе. Если Кирилл сейчас слёту набросится на меня с претензиями? Начнёт обвинять, что скрыла наследника?

Сам виноват!

Когда-то он мне не поверил, даже заподозрил в попытке шантажа. Я не хотела подвергать себя ещё одному унижению – сказала бы ему о беременности, а он бы потребовал сделать тест на отцовство…

Но помнит ли Кирилл все эти детали? Столько лет прошло.

Вспомнит ли тот случай, когда его невеста выставила меня воровкой чужих идей? Я придумала модель, а Дана присвоила себе авторство, но сумела доказать жениху, что его обманываю я, а не она… Для меня это стало трагедией, потрясением. Но для Кирилла – лишь эпизодом в бесконечной череде разборок в женском коллективе.

Сейчас я тоже занимаюсь бизнесом, у меня в цехе всего четыре швеи. Но недопонимание или даже конфликты возникают постоянно. А у Кирилла целая империя – фабрики, производства, офисы. Тысячи людей в подчинении…

- О, какие люди! Привет, Соня, - донёсся до меня ласковый баритон, мгновенно вырывая из тяжёлых мыслей.

Кирилл вошёл в палату и остановился около дивана. Посмотрел на меня с улыбкой. Вернее, он, наверное, попытался улыбнуться, но вышло у него плохо. Вид у Казанцева был ещё тот… Залитый кровью левый глаз, фиолетовая скула… Ох!

Вчера в мэрии Кирилл так жадно и по-мужски меня рассматривал, что я на минуту ощутила над ним власть. А сейчас от моей самоуверенности не осталось и следа – её раздавило катком жалости. Я оказалась совершенно безоружна перед таким Кириллом – избитым, в жутких кровоподтёках…

Сердце уже разрывалось, мне было до слёз жаль раненного бойца. Из-за меня же пострадал!

- Доброе утро… Как ты, Кирилл? Тебе очень больно?

- Всё прекрасно, - отрапортовал Казанцев, хотя внешний вид противоречил его словам. – Я рад, что ты зашла меня проведать. А то вчера была такая… неприступная. Строгая. - Кирилл снова сделал попытку улыбнуться, но тут же поморщился от боли и сжал челюсти.

Я бы и сейчас была строгая, если бы он выглядел получше.

Он сделал шаг ко мне, и его повело в сторону.

- Упс… Прилягу, ладно? Что-то я неустойчивый… Нет, сначала надо переодеться.

На Кирилле был больничный халат-распашонка в цветочек, завязанный сзади на шее и талии. Из-под халата выглядывали шорты.

Кирилл завёл руку за спину, подёргал верёвочки, но у него ничего не получилось.

- Малыш, помоги! Развяжи эту фигню.

Меня бросило в жар.

Господи… Ну как он может по-прежнему называть меня так? Или для него это расхожее словечко, которым он одаривает всех девушек?

Я поднялась с дивана и не дыша приблизилась к мужчине.

- Да ты узел тут затянул! Сейчас, подожди.

Распутывала завязки, а самой хотелось их бросить, обхватить Кирилла за талию и прижаться лицом к его широченной спине… Пальцы дрожали. Приказала себе успокоиться.

Едва распутала узел, Кирилл немедленно стащил с себя распашонку, оставшись в одних шортах, и повернулся ко мне. Ещё пару сантиметров – и я бы уткнулась носом прямо в его грудь.

У меня перехватило дыхание, ноги подкашивались.

Вчера в клубе я уже успела полюбоваться торсом Кирилла, но не думала, что так быстро представиться возможность снова это сделать. Смотрела бы вечно… Какое же у него красивое тело! Идеальные пропорции, рельефные мышцы. Правда сейчас тут и там виднелись обширные кровоподтёки.

Убила бы этого Рустама! Измолотил кувалдами моего… моего любимого! И Матвея Николаевича заодно убила бы. Зачем устраивает в своём клубе жуткие бесчеловечные битвы? Пожалуюсь на него Даше, пусть разберётся со своим муженьком!

Кирилл стоял, не двигаясь, и смотрел на меня с высоты своего роста, как на маленькую смешную синичку. Да, именно так я себя чувствовала под его взглядом. Как будто не пролетело шесть с половиной лет после нашей последней встречи…