Операция: Башня Молчания

Глава 2: Случайная встреча

Вы хотите знать, с чего все началось? Тогда придется вернуться в тот вечер. Тот вечер, который...

Отчаяние, рожденное в ночной тишине, не рассеялось. Оно впиталось в стены, в самый воздух моей квартиры. Дышишь – и легкие наполняются чем-то неестественным. Неделя пролетела серым пятном. Каждое утро – ледяной душ, чтобы смыть липкую апатию. Каждое утро – взгляд в зеркало заднего вида в машине. И все тот же человек с пустыми глазами.

А в субботу... тело отяжелело, будто всю ночь таскал мешки с цементом. Свобода от офиса оказалась страшнее любой работы. Она обнажала пустоту. Целый день в полусне, перекладывание вещей, бессмысленный телевизор. К вечеру тишина зазвенела, начала давить.

И тут память подсказала: «Мороженое». Детский, простой рефлекс утешения.

Вышел на улицу. Воздух был теплым, пахло грозой. Побрел к старому парку, к тому месту, где раньше был ларёк. Его не было, но рядом торговали из ярко-синей будки.

И вот стоишь в очереди, чувствуя себя нелепо – взрослый мужчина, покупающий эскимо в восемь вечера. Смотришь на продавца, и в голове всплывает то лето. Желтое платье. Солнце. Звезда шерифа.

— Рай? Райан Кларк? Черт возьми, это ты?

Голос. Низкий, хриплый. Голос, который не слышал много лет, но узнал мгновенно. Сердце ёкнуло.

Обернулся. Передо мной – Майк. Майк Росс. Коренастый, в камуфляжных штанах. Лицо в морщинах, но взгляд – тот самый, прямой и уверенный. Короткие волосы. Улыбка, от которой на глазах выступили слезы. Тогда я еще не понимал, почему.

— Самый тот! – Обнял, коротко, по-мужски, похлопал по спине. От него пахло пылью, потом и оружием. — Господи, сколько лет! Ты не изменился ни капли!

«Врешь, – пронеслось в голове. – Изменился. Стал тенью».

Он купил два стаканчика, протянул один. Мы присели на парапет.

— Возвращаешься? Откуда? – спросил я, чтобы разрядить паузу.

— Командировка. Полгода на Севере. Там сейчас… жарко.

Он сказал это так просто, будто речь шла о погоде. А потом его взгляд, быстрый и оценивающий, скользнул по мне.

— А ты как? Где пропадал? Большая шиша, наверное?

— Менеджер. По маркетингу, – выдохнул я, и лицо запылало от стыда.

Он перестал есть. Смотрел на меня с недоумением.

— Маркетинг?.. Помнишь, в десятом? Ты же грезил Академией. Мы с Томасом смеялись, что ты наш личный Шерлок. А ты нам в ответ: «Кто-то же должен быть мозгом, а не мускулом».

Сжал стаканчик так, что пластик затрещал. Это воспоминание было как удар ножом.

— Детские глупости, – прошептал я. – Жизнь вносит коррективы.

— Это да, – он отложил пустой стаканчик. – Вот я, например, никогда не думал, что надолго в мундире останусь. А зацепило. Теперь уж пятнадцать лет как.

— Ты в… полиции? – голос снова предательски дрогнул.

— Угу. Только частная полиция.

И он сказал то, что стало для меня приговором. Сказал о вакансии.

Я замер. Сердце заколотилось.

— Я… Я не в форме, Майк. Я уже пятнадцать лет не открывал Уголовный кодекс.

— Да плевать! – отмахнулся он, и в его глазах вспыхнул огонь наших детских авантюр. – Закон выучишь. А вот это… – он ткнул пальцем мне в висок, – это не выучишь. У тебя тут всегда была уникальная настройка. Ты всегда видел то, что другие не замечали.

Он помолчал, и его взгляд стал жестким, серьезным.

— Но ум – это оружие, Райан. Самое страшное оружие. Им нужно пользоваться, а не хранить в ножнах, пока он ржавеет.

Эти слова вонзились в самое сердце. «Хранить в ножнах». Да. Именно это я и делал.

Он сунул мне в руку смятый клочок бумаги. Адрес участка.

— Понедельник, девять утра. Просто зайди. Просто посмотри.

Он ушел. А я сидел, не в силах пошевелиться, с липким стаканчиком в одной руке и своим спасением – в другой.

(Голос Райана срывается, он отворачивается, пытаясь взять себя в руки. Следователь Грэм Ричер молча ждет, его присутствие – единственная опора в этот момент.)

(Райан закрывает лицо ладонями, плечи его трясутся. Слова пробиваются сквозь рыдания.)

Я помню последнее, что он сказал мне перед башней: «Смотри, мозг, сегодня нам нужна твоя ясная голова». А я… я кивнул. Просто кивнул.

(Рыдания становятся неконтролируемыми. Он весь сжимается, будто от физической боли. Следователь Ричер молча встает, подходит к нему и кладет свою большую, тяжелую руку ему на плечо. В этом жесте – не жалость, а уважение и понимание мужской, солдатской скорби.)

— Тихо, Кларк, – его голос низок и спокоен, как гулкий отзвук. – Тихо. Он сделал свой выбор. Он знал, на что идет. Он нашел тебя не для того, чтобы ты сейчас развалился. Он нашел тебя, потому что увидел в тебе того самого парня с головой. Того, кто должен был остаться. Чтобы довести дело до конца.

(Райан пытается вздохнуть, вытирает лицо рукавом, смотрит на Ричера заплаканными, но уже твердеющими глазами.)

Он был… он был последним, кто видел во мне того мальчика. С той звездой. И он… он вернул меня мне. Ценой своей жизни.

Вот почему я не могу остановиться. Вот почему я буду копаться в этих данных, пока не найду ответ. Не для мести. Для… искупления. Чтобы его жертва не была напрасной. Чтобы этот чертов дар, как он говорил… наконец-то начал приносить пользу. Чтобы жертв больше не было.