Операция "Провокация" или мышеловка для драконов

Часть 11

Тем временем на другом конце планеты

За дверью, под странной вывеской обнаружился полутемный зал. Совершенно пустой, если не считать похрапывающего существа за стойкой в правом углу зала.

В целом же он более всего напоминал затрапезный зал ожидания, где-то в маленьком городке средней части России. Михаэль кашлянул, оглядывая это «великолепие» и крепко держа Мару за руку.

Храп прекратился внезапно. Со столешницы на прибывших воззрилась заросшая, помятая, и слегка безумная голова.

- Бодро дожаловать! – сообщила она, усиленно протирая заспанные глаза кулаками.

Супруги воззрились на представителя жителей Подводья с нескрываемым удивлением.

Если Мара в этот момент пыталась соотнести человекоподобное существо с тем, что довелось повидать на своем веку, и пришла к выводу, что более странного пограничника ей видеть не доводилось, то Михаэль, с каким-то ностальгическим чувством в груди вспомнил соседа дядю Ваню.

Как говорила его мама, дядь Ваня был хорошим человеком, и тут же добавляла, пока не спился.

А еще почему-то Михаэлю вспомнилось, как она вздыхала, подкармливая его в моменты «просветления», называя этим словом периоды, когда он выходил из запоя, и даже устраивался на новую работу. «От гения до безумца всего один шаг» - в эту секунду в памяти мужчины звучали ее слова, и он только сейчас осознал, что его сосед был спившимся ученым, который попытался жить как все.

Проблема мужчины, который женился на любви всей жизни. А она увезла его в маленький затрапезный городок и родила двух сыновей. Работы для дяди Вани не оказалось. Точнее ему пришлось пойти туда, куда брали. А взяли младшим лаборантом в какую-то лабораторию. Этот образ, мужчины с тонким, аристократичным лицом, которое со временем запряталось под широкой бородой, отразилось в этом странном вокзале в человеке, столь странно поприветствовавшем их.

- Пить, чтобы приблизится по уровню к действительности, которая тебя окружает, - Михаэль вздрогнул, вспоминая слова дядь Вани, сказанные ему перед самым последним, запоем, после которого его увезли в дурку. А выросшие дети и жена, очень уж быстр забыли отца семейства, тем самым подтверждая избитую истину «с глаз долой, из сердца вон».

Из воспоминаний вырвал пропитой голос нежданного собеседника.

- Вы как-то не по расписанию прибыли! Рановато, обычно дурконавты так рано сюда не заявляются, а без сопровождения – не положено!

- Дурконавты? – не понял Михаэль, шагая за женой, которая с любопытством двинулась в угол к бородачу.

- Ну, эти, будущие ваши соратники! Сокамерники, или сопалатники? Никак не запомню их ранги! Так что самое время выпить, гости дорогие!

Он приглашающе ткнул пальцем в сторону, скрытую стойкой, за которой он обнаружился, - там стульчаки, присаживайтесь, ждать еще долго!

За углом стойки действительно обнаружились барные стулья, и с этой стороны место обетования бородача выглядело как самый затрапезный бар на загнивающем Западе. С кучей бутылок за спиной новоявленного бармена, с разнокалиберными стаканами, с кофемашиной, судя по тонкому запаху кофейных зерен и торчащему из пасти этого громоздкого аппарата рожку. Кроме этого, глазам супругов предстал высокий холодильник, с запотевшим стеклом на дверце, и непонятным содержимым в нем. Над головой бармена, на потолке имелась странная белесо-голубая конструкция, более всего напоминающая коровье вымя, учитывая длинные соски, свисающие вниз. В отличии от коровьего вымени их было не четыре, а гораздо больше.

Бородач подхватил три высоких тонких стакана, и потянувшись к соску, фигурально выражаясь отдоил в них молочно-голубоватую жидкость.

- Ну, за прибытие! – сообщил он и не чокаясь заглотил свою порцию.

Мара с опаской понюхала содержимое, предложенное бородачом, и сообщила, - а у нас денег нет!

- За счет дурки! – отмахнулся бармен и подмигнул, - чего его нюхать, пей! Высшего качества шмурдяк!

Пить пришлось залпом.

Мара крякнула, и выдохнула, как заправский алкоголик. Михаэль с удивлением прислушался к прокатившемуся по пищеводу жидкому огню, отдаленно похожему на крепкий самогон, только будто это пойло гнали из водорослей.

- После первой не закусывают, - сообщил бармен и нацедил по второму кругу с соседнего соска.

В этот раз в стаканах оказалось питье, слегка зеленоватого цвета, но такое же мутное, как и до этого.

- А мне коктельчик можно, - попыталась отмазаться Мара.

- Ба, мадмуазеля, не обучен мутить такое пойло! – хрюкнул бармен, - хо, сама попробуй!

Он нажал что-то под стойкой бара, и справа от Мары от щёлкнулась небольшая дверца.

Ведьма попала почти в привычную среду. Судя по виду бармена, ожидание до прибытия

провожающих, им предстоит скрасить, распивая это странное пойло, а значит для добычи информации придется пить наравне с мужчинами. Металлический шейкер отыскался под столешницей. Вскрыв несколько понравившихся пузатых бутылок за спиной бармена, Мара перенюхала их и оставила две приглянувшиеся.

Бородач с интересом следил за ее манипуляциями, и только когда она полезла в холодильник уважительно крякнул.

В глаза ведьмы посмотрели замороженными глазами. Не фигурально выражаясь, а в реальности, с полки, которая была на уровне взгляда на нее пялились разнокалиберные глаза, замороженные в кубики. Все это добро было сложено в прозрачную кубическую банку, и Мара вздрогнула. Давно она не была на ведьмовской кухне, и как-то успела отвыкнуть от подобного наполнения холодильника.

Жаль конечно, что на этой планете нет клубничного и малинового ликера, думала Мара, копошась на полках холодильника, рассматривая странные плоды, отдаленно пахнущие цитрусовыми, но по виду напоминающие морских ежей.

После того, как она смешала ингредиенты в шейкере, наполненным глазастыми кубиками и отцедила содержимое в широкий стакан, бородач поднял свой стакан и со словами «ну, за просветление!» - перевернул его содержимое в рот.