Операция "Женить", или Бабушки в деле

Глава 1

Софья Дмитриевна Серых

Ну, вот и свершилось. Отец страшно разозлился и отправил меня в ссылку, а именно к своей бабушке. Я мысленно всплеснула руками. Нет, вы всё правильно прочитали: меня отправляли к моей прабабушке. Ей стукнуло восемьдесят два года, и она стала хуже видеть. Жаловалась, что нитку в иголку вдеть уже не может. К слову, моя бабушка, ее дочь, уже лет пять как в очках и видит в них хуже, чем эта бабуля.

А зовут мою прародительницу Авдотья Кузьминична. Как вы уже поняли, боевая старушка. Она соседей до сих пор в страхе держит. И теперь вместо горнолыжного курорта я отправлялась в деревню Нижние Лопушки, в изгнание.

Ах да, я не рассказала, чем я заслужила такую немилость. Моя светлая головушка хотела немного драйва. Ладно, много. Мне пришла в голову мысль стырить отцовскую любимую машину и на ней устроить легкий дрифт по заснеженному ночному городу. Правда, я как-то упустила из виду тот факт, что финалом моего заезда станет живописное столкновение с фонарным столбом на главной улице.

Как же отец орал! Вы бы это слышали. Он не кричал, он орал, как ненормальный. Я боялась, что у него вена на лбу лопнет.

Мне хватало мозгов не перечить. Я тихо сидела в уголочке своей спальни, правда, делала вид, что совершенно не напугана, даже как будто мне все равно на его гневную тираду.

Вскоре папулик выдохся и даже немного успокоился. Я искренне переживала за его состояние. Маму он не допустил до нашей беседы. Она у меня мягкосердечная и стала бы его уговаривать меня простить. А отец был настроен на словесную порку нашкодившей дочери. Хотя, если честно, характер у меня, как говорит бабуля, оторви и выкинь. Вся в нее.

- Ну, Сонька, все. Едешь к бабуле на перевоспитание, - прохрипел родитель.

- Угу, - я уткнулась в смартфон и лениво листала ленту соцсети, хотя внутри прошелся холодок.

- Ремнем бы тебя, - добавил он, видимо, для пущей убедительности.

- Угу, - снова буркнула я, прекрасно зная, что отец не поднимет на меня руку. Но от этого легче не становилось.

Его трясло от злости. А я… А что я? Ну разбила эту чертову машину. Ну что ж так из-за нее убиваться? Новую мой папочка купит очень легко, у него с финансами все превосходно.

- И едешь ты прямо сейчас. У тебя десять минут. Что за это время успеешь взять с собой, с тем и поедешь. Да, кстати, багаж - только один чемодан и твоя дамская сумочка.

Я продолжала меланхолично заниматься бездельем. И тут отец кааааааак стукнул по столу! Мое хрупкое тельце, будто взрывной волной подкинуло со стула. Я даже чуть не выронила смартфон. Он чудом остался в моих руках. После чего я перевела взгляд на родителя. Я смотрела на него, быстро хлопая ресницами.

- Ты сейчас серьезно? - Я негодовала от такой отцовской причуды.

- Да, - победоносно ответил мне папочка. - Никакого курорта.

Он сложил руки на груди. Я старалась выглядеть достойно, а не кидаться в ноги, моля о прощении, хотя жуть как хотелось.

- Будешь бабуле помогать. Трудотерапия.

На слово «труд» у меня была не то что аллергия, но нечто приближенное к этому. Я не хотела тащиться в какую-то глухомань и тем более портить свеженький маникюр. Глаза сами собой скользнули по тоненьким пальчикам. А что? Я любимый ребенок богатых родителей. Меня баловали.

- И вот что… - выдохнул отец. - Я блокирую все твои счета. Ни копейки не получишь, пока не возьмешься за ум.

- Ты забыл про университет, - я чувствовала, что победа маячила перед глазами. Отец не допустит, чтобы я пропускала занятия.

- Во-первых, ты все равно собиралась с нами ехать отдыхать, а во-вторых, я договорился с ректором твоего университета, как никак сосед по даче, что ты будешь заниматься удаленно.

Моя уверенность в себе начала таять. Вот так поворот. Не очень приятный.

- Откуда в этих лопухах есть интернет? - Я недовольно сложила руки на груди и скептически цокнула. «Съел» папочка?

- Милая, - нарочито сладко начал отец. - Ты заблуждаешься.

Затем он посмотрел на наручные часы.

- У тебя уже восемь минут. Время идет, - он постучал указательным пальцем по циферблату.

Я поняла, что дело плохо, и ринулась к шкафу. Так, что первое, что второе…

Я уложилась в срок, и тут же в дверях появился наш водитель - Михаил Владимирович. Он посмотрел на чемодан, потом на меня.

- Дядь Миш, не надо, - я знала, что он скажет про мой косяк, поэтому сразу решила не дать ему шанса высказаться. Но он точно по дороге мне скажет все, что думал о ситуации. Вообще-то он любил ту машинку. Перед ним почему-то стало стыдно. Ладно, и перед отцом тоже. Именно по этой причине я приняла свое наказание безропотно. Реально грешна, значит, надо искупить вину. А то, что у бабули мне придется прям искупать вину, я была уверена. Это женщина не оставит меня в покое. Она не милая старушка. С ней нужно держать ухо востро.

Дядя Миша вздохнул, взял мой чемодан, но тут же за его спиной раздался грозный бас моего папочки:

- Оставь, - он был строг. - Сама пусть несет.

- Ну вот, - я хныкнула, взялась за ручку и потащила свой багаж.

Михаил Владимирович подпирал меня сзади.

- Не переживай. В машину я тебе его положу, - он шепнул мне, чтобы отец не слышал.

Я кое-как дотащила свои вещи. Бросив взгляд на наш дом, я заметила, что отец стоял в окне своего кабинета. Между нами было большое расстояние, но я очень хотела, чтобы отец видел мою горестную физиономию.

Уверена, что и он переживал. Но, этого оказалось мало, для моей амнистии. Папочка был суров.