Опора престола

Глава 7. Воевать как придётся (1)

Вообще-то, конечно, здешние укрепления совершенно не тянули на настоящий форт. Само собой, чтоб возвести каменные стены, даже и с использованием магии, нужно гораздо больше времени и много опытных и знающих работников. Здесь же солдаты, имеющие смутное представление о строительстве, возводили из подручных материалов то, что вообще можно было из них возвести. Вот и получались скорее накаты, завалы и баррикады, чем стены.

Однако две горные твердыни сходились в этом месте так близко, что врата ущелья смог бы защитить, наверное, даже один хороший отряд с луками, дротиками и магической защитой от хитрых боевых заклинаний. Склоны гор не были отвесными, однако карабкаться по ним можно было только со специальным снаряжением и, уж конечно, не под огнём противника. Полоска берега оказалась узкой – она простреливалась вся от края до края, почти с любого места. Так что, получается, тут трудновато будет построить штурмовые лестницы или башенки: ни материалов, ни места, чтоб развернуться с подготовкой. Да и научились ли кочевники правильно штурмовать укрепления? Вроде ж нет.

В предгорьях, где провалы сменяются отвесными скальными стенами, даже самые скромные укрепления могли решить большую часть наших проблем. Перед устьем ущелья река была не особенно широка, даже наоборот, сужалась, мелела, но зато течение тут становилось более сильным, а кое-где даже бурным. Переправляться здесь, кажется, местами даже труднее, чем ниже по течению, особенно если с противоположного берега твоих людей и коней держат на прицеле вражеские лучники и арбалетчики.

– Кстати говоря, они очень возмущаются, что мои люди иной раз сознательно целят в коней, – пожаловался Яромир. – Об этом сказали и пленные.

– Чем ещё возмущаются?

– Да чем только не. Забавно, как они начинают оправдываться, что, мол, делали то и это лишь потому, что мы первые начали.

– Детский сад… Ясно.

– Скажи, отец – это правда, что ты переправил всех ящеров прямо по дну реки? Никогда прежде не слышал о таком способе.

– Должно быть, потому, что он раньше не существовал.

– Что ж, это не первое твоё изобретение, – произнёс мой сын чрезвычайно озабоченным тоном. – Но теперь необходимо подумать, как использовать эту находку. Придумать новое – четверть дела. Куда важнее потом развить новинку.

Хмыкнув, я промолчал, пощадив его юношеское самолюбие. Тем более что мальчишку, вообще-то, было за что похвалить. Как и отступление, оборону в предгорье он организовал наилучшим образом. Не зря ему давали уроки самые лучшие преподаватели военного искусства, не зря я платил огромное годовое жалование старшему наставнику своих сыновей, не зря Ярку таскали по сертовским гарнизонам и всё показывали-рассказывали.

Он усвоил основное – умение оценить тонкую грань между необходимым и достаточным. Его отношение к мирному населению защищаемых или отвоёвываемых земель меня не могло радовать, а вот на солдат мой сын смотрел, как рачительная крестьянка – на домашний скот, который следовало беречь и обихаживать, если хотелось, чтоб хозяйство приносило максимальный доход. Воинов Ярка «расходовал» неохотно и только по необходимости, тут у меня к нему претензий не было.

Представители клана Адамант с удивлением воспринимали его осторожную тактику, но чужие попытки вмешаться он демонстративно игнорировал, а настаивать мужья Мэириман не решались, это было бы недипломатично. Ведь я оставил сына вместо себя, но в то же время мною он не был. Решающий разговор, видимо, решили отложить на момент моего возвращения. Правда, к этому дню уже и тематика беседы слегка изменилась.

Пройдясь со мной по берегу реки, глава клана намекнула, что я втянул их в конфликт намного глубже, чем им бы хотелось. Что намного больше их бы устроило, если б противник как-нибудь пару раз расшибся об наши войска прямо у стойбища, без длительного мотания по степи, а потом мы все вместе снова перешли к переговорам. А теперь война уже велась по-серьёзному, и не так-то просто было теперь всё это замять и смягчить. Я лишь похмыкал в ответ, очень хорошо понимая, какими фантастичными должны казаться эти претензии моему прямолинейному сыну, воспитанному в имперском духе.

Пожалуй, даже слишком имперском.

Мэириман, может быть, и не ждала от меня оправданий, хотя бессознательно намекнула на это. Всего лишь очередной крючок, который я обогнул, напоказ проигнорировав, потому что собирался взять разговор в свои руки. Какое-то время мы, по сути, общались ни о чём, но лишь потому, что мне действительно хотелось выяснить, какова же обычная местная схема ведения серьёзных военных действий. При этом не хотелось позволить собеседнице предположить, будто я согласен играть в войну на их условиях. Дипломатия не входила в перечень освоенных мною высоких искусств, тут приходилось рассчитывать только на здравый смысл и воображение. Что ж, если я и не слишком хорошо справился, то, по крайней мере, чего-то добился, ведь даме не пришло в голову, например, поучать меня, как следует воевать.

Вместо этого она осведомилась, что я и мои люди собираемся делать дальше.

Я лишь плечами пожал.

– Выигрывать, конечно.

– В твоём родном мире воюют на уничтожение, как понимаю.

– В любом человеческом мире воюют до победы или истощения ресурсов. И только так. Если, конечно, за дело берутся профессионалы, а не кто придётся.

– Да, верно. – Мэириман остановилась и покачалась с пятки на носок – с лёгкостью, потрясающей при её полноте. – Кстати, в прошлом веке здесь погибли сразу два клана, потому что сцепились по-настоящему, и их не сразу растащили. Хотя пытались, но так… Вяло. С тех пор принято, что решение Жёрнова обязательно для всех кланов, и тот, кто не подчинится, будет уничтожен… Жёрнов – это совет глав старейших родов. Мы четверо – Адамант, Излучина, Крутояр и Моховел – тоже входим в этот круг, но, поскольку оказались заинтересованными сторонами, временно из него выведены.