Опора престола

Глава 8. Магическая чистота (1)

В принципе, и стоило ожидать жёсткого напора. Во время Сармалова поединка что-то явно пошло не так, и он не способствовал, как должен был, улаживанию основного конфликта, не упорядочил общение кланов. Они, кажется, наоборот, ещё больше рассорились и разодрались, и кабы я понимал, в чём причина! Было не до того, чтоб беспокоить вельмож семейства Адамант вопросами, рано или поздно всё прояснится само. Моей заботой оставалось следить, чтоб магия не пошла дальше чародейского барьера, хотя тут я, конечно, мог лишь наблюдать и надеяться.

Два раза, не сумев проломить экраны магически, противник лез на валы сам и, конечно, терял на этом людей. Мои люди, хоть и не спецназ, знали, что в подобной ситуации делать, они уверенно опрокидывали кочевников строем щитов – эта тактика была отработана столетия назад и неизменно давала результаты. Похоже, местные бойцы даже и не понимали, почему. И раз у них не получается ломануть нас грубой силой, значит, скоро они прибегнут к своим особым чарам, тем самым, которые едва не уничтожили нас всех два года назад. И к которым мои маги по-прежнему не нашли ключа.

Но пока лучники и арбалетчики на пару с мощной поддержкой щитников делали своё дело. Присмотревшись повнимательнее, я вдруг углядел среди них Зою. Сперва даже не поверил. Но, приглядевшись, убедился – она самая, торчит там как ни в чём ни бывало. И что она может делать в рядах отдыхающих бойцов авангарда? Вернее сказать, не отдыхающих, а ожидающих своей очереди, потому что до переднего края оттуда – метров двести…

Оказалось, моя девочка изучает устройство арбалета и пробует с ним совладать. Солдат, к которому она привязалась, смотрел на её поползновения с удивлением, но отправить по известному некуртуазному адресу наложницу лорда явно побаивался. Решил, должно быть, что раз она тут, значит, получила моё дозволение.

Поэтому отвечал на её вопросы, дал подержать оружие, показал, как взводить и перезаряжать, пояснил, почему однозарядные арбалеты в полевых условиях удобнее и выгоднее многозарядных. Единственное – не стал ждать, когда наиграется и вернёт, показал и сразу отобрал тяжёлый самострел обратно. Ну, правильно, ему ещё только не хватало на передовой остаться с голыми руками.

– Чего ты пристала к человеку? – окликнул я её. – Дай ему отдохнуть, с мыслями собраться, подготовиться… И вообще, почему ты здесь? Кто тебя сюда пустил? Где твоя охрана? Марш вглубь ущелья! Тем, кто тебя оттуда выпустил, бошки потом пооткручиваю!

– Руки не дойдут. Забудешь. Что мне делать-то в том ущелье? Я и тут буду вести себя осторожно.

– Вижу я, как ты осторожна. Лезешь на передовую, бойцов от дела отвлекаешь. Тебя сбила с толку внешняя безобидность средневеково-магической войны. Но она, поверь, обманчива.

– А разве в случае провала твои отряды будут спасаться именно вглубь ущелья? Я слышала, там особо и некуда отходить. Вот я и держусь в той части лагеря, откуда в случае чего проще делать ноги. Ну да, к передовой слишком приблизилась. Виновата, исправлюсь. Сейчас.

– Мда? Ладно, иди вон туда, к котлам. А лучше пусть тебя отведут под защиту третьего вала и там развлекают. – Я повёл взглядом, выбирая, на кого можно без опаски повесить это деликатное поручение.

А в следующее мгновение рухнули экспериментальные магические щиты – все до одного на правом фланге. Как это произошло, я не заметил, да и не понял бы, ведь тут следовало быть специалистом, чтоб разобраться. Вал пламени поглотил первый ряд бойцов, сожрал лучников и щитников, превратил в ошмётки чёрной пыли тела – и растаял стремительно, словно и не был вовсе.

За ним следом из перекалённой, мерзко звенящей пустоты выплеснул второй, он ошпарил, расшиб в золу деревянные грубые конструкции, сбитые на скорую руку, не слишком надёжные, но всё ж лучше, чем ничего. Нас с Зоей он накрыл через мгновение. И я успел подумать о жизни и смерти прежде, чем вспомнил, что в достаточной степени чист магически, что всё-таки могу надеяться на удачу и выживание. А моя спутница – чище меня.

Она, кажется, даже не успела испугаться, когда её рефлекторно поднятые ладони остановили поток огня. Я видел, как её тело пробила дрожь, ведь действительно, первое ощущение от встречи с мощным чародейством и у меня, помнится, было трудным. Но поняла что-то, а может, интуитивно угадала: разогнулась, раскинула руки крестом и немедленно пошла навстречу валу. Он был широк, но, натолкнувшись на одну-единственную Зою, почему-то остановился, вздыбился выше человеческого роста, словно рассерженная кобра. И медленно, сантиметр за сантиметром, пополз назад.

«А что, так было можно»? – подумал я, очнувшись от краткого ступора, и поспешил встать плечом к плечу с моей девочкой. Мы с ней остались одни – трое моих телохранителей обратились в зольную пыль, оставшиеся отступили, да так быстро, что я не успел заметить. И не мог, положа руку на сердце, их в этом упрекать. Что уж говорить о боевых резервах – этих тем более смыло подальше от смертоносной волны, в строгом соответствии с уставом: беречь живую силу подразделения до непосредственной встречи с противником.

Все хотят жить, это естественно.

Вот только я и Зоя сейчас были на самой грани существования. Я особенно остро ощущал свою беззащитность, потому что большая часть жизни моей уже прожита в магическом мире, и сколько там осталось той исходной «чистоты», на сколько её может хватить… И, может, я на самом-то деле уже не существую, просто сознание доживает последние иллюзорные мгновения. Но, даже если и так, я ни о чём, совершенно ни о чём не жалею. Разве мыслимо оставить свою женщину без помощи и поддержки перед лицом смертельной опасности?