Опустошенная. Изгнанная в Свободные земли

Глава 8

Прошло пять дней с тех пор, как я стала служанкой в доме Кая, альфы Черных Волков. Пять дней нелегкой работы, мозолей на ладонях от непривычки, усталости в спине и странного чувства сытости и крыши над головой. Айла оказалась справедливой хозяйкой. Она не гоняла меня попусту, объясняла, показывала, доверяла дела. Дети за эти дни привыкли ко мне и уже не плакали, когда я подходила к ним.

Помощь Айле заключалась не только в домашней работе. Женщины клана совместно ходили за травами, готовили снадобья, по очереди сидели с детьми, вместе ходили стирать к реке.

Человеческих девушек не встретила ни одну, все были оборотницами. Среди мужчин были люди, и те эльфы, которых увидела сразу в первый день, а вот женщин нет.

Тиен не возвращался.

Альфа вернулся один на третий день и сказал, что патруль задержался на восточной границе, там снова объявились шакалы, и оборотни вышли на охоту. Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к звукам за окном, и злилась на себя за это. Он ведь мне никто. Просто тот, кто привел меня сюда. Один из хозяинов дома, в котором я служу.

Я сама не понимала, зачем жду его возвращения.

В тот день Айла попросила меня сходить в лес за травой, которая росла только на дальних полянах, у старого ручья. Тропку я уже знала.

— Сама бы пошла, но младший приболел, не хочу оставлять, — сказала она, протягивая мне холщовый мешок и короткий нож. — Знаешь, как выглядит медвежье ухо? Серебристые листья, пахнет мятой и смолой.

— Знаю, — кивнула я. — У нас в герцогстве такие же росли, только назывались иначе.

— Если солнце начнет садиться, сразу назад, поняла?

Я понимала. Ночью в лесу одной делать нечего, а простой человеческой девушке да еще и без капли магии и вовсе опасно. Оборотни здесь существуют не только в клане Кая, есть и чужие, те, кто не прочь присвоить девиц из чужого клана. Только днем вход в эти леса чужакам был заказан, а вот ночью они могли свободно охотиться.

Солнце стояло высоко, когда я дошла до ручья. Вода журчала по камням, манящая и прохладная. Я быстро нашла поляну с медвежьим ухом, серебристые листья действительно блестели на солнце. Присела на корточки и начала аккуратно срезать стебли, складывая в мешок.

Сначала я почувствовала слабость. Легкую, почти незаметную, подумала, что это с непривычки, и от волнения. Впервые одна отправилась на сбор травы.

Потом перед глазами поплыло, и, упав на колени, я оперлась рукой о землю, чтобы не упасть. Странное тепло разлилось внутри.

Я попыталась встать и не смогла. Ноги отказали, и я осела на траву, тяжело дыша. Мешок вывалился из рук, трава рассыпалась. В ушах зашумело, как тогда, у портала, когда я проходила сквозь пелену. Только теперь шум был громче, настойчивее, он заполнял голову, вытесняя мысли.

Казалось я слышу учащенное биение собственного сердца, всё громче и громче.

Я попыталась позвать на помощь, но голос сорвался на хрип. А потом я увидела, как воздух вокруг меня начинает дрожать. Тонкая, едва заметная дымка поднималась от земли, закручивалась спиралью, поднималась выше. Я с ужасом смотрела, как эта дымка сгущается, становится плотнее, ощутимее. Она обволакивала меня, как паутина в мягкий, теплый кокон.

— Нет... Что это такое? — прошептала я, пытаясь отмахнуться, но руки проваливались сквозь дымку, не в силах ее разорвать. — Нет, пожалуйста...

Кокон рос. Он поднимался выше, замыкаясь надо мной полупрозрачным куполом. Я видела сквозь него траву, деревья, небо, но мир стал чужим, далеким, будто я смотрела сквозь мутное стекло. Я попыталась встать, но дымка держала, мягко, но непреклонно прижимая к низу. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Только голову чуть-чуть.

Страх захлестнул меня с головой. Кричать бесполезно, звук тонул в дымке, и вряд ли меня кто-то слышал. Я билась в этих невидимых путах, пока не выдохлась, пока слезы не потекли по щекам и горло не охрипло.

Не знаю, сколько я так просидела. Но день близился к вечеру. Солнце еще не садилось, но мне стало уже страшно.

А потом я увидела волка.

Он появился из-за деревьев бесшумно, как тень. Большой, серый, с темной полосой вдоль хребта. Он остановился на краю поляны и уставился на меня. Глаза у него были золотые. Такие же, как у Тиена. Значит этот волк из клана Кая? Он позовет на помощь?

Я замерла, боясь дышать. Волк медленно приблизился, остановился у самой границы кокона. Он смотрел на меня, потом на прозрачную стену, потом снова на меня. Какая-то тревожность читалась в его глазах.

Он обошел кокон по кругу, принюхиваясь, затем лег в двух шагах от меня, положив морду на лапы. И замер.

Я не знала, сколько снова прошло времени. Час? Два? Почему он не отправился в клан? Или может, это и не оборотень вовсе? Солнце медленно ползло по небу, тени удлинялись. Волк не уходил. Он лежал и смотрел на меня, иногда закрывая глаза, но уши постоянно двигались, ловя каждый звук леса. Один раз где-то завыли другие волки, он поднял голову и громко рыкнул в ответ, и вой стих.

Я начала замерзать. Кокон был теплым, но тело затекло от неподвижности, мышцы ныли. Я попыталась расшевелить его изнутри, без толку. Голова кружилась, в висках стучало. Я смотрела на волка и думала: ты кто? Почему ты здесь? Ты охраняешь меня или ждешь, когда я умру, чтобы достать и съесть? Интересно, если я не могу вылезть наружу, как он сможет меня достать?

Но он не делал попыток приблизиться. Только лежал.

Когда солнце коснулось горизонта, волк встал, потянулся и исчез в лесу. Я осталась одна, и страх вернулся с новой силой. Я снова попыталась кричать, биться — бесполезно. Кокон держал крепко.

Волк вернулся, когда уже стемнело. В зубах он нес что-то. Подошел к границе кокона, опустил ношу на траву и отступил. Я присмотрелась: горсть лесных ягод, несколько плодов, похожих на дикие яблоки, пучок щавеля и какие-то листья, которые я не узнала.

Он принес мне еду.

Я смотрела на эту кучку и чувствовала, как глаза снова наполняются слезами. Волк лег на свое место и закрыл глаза.