Опять в Аркалонг #1

Глава, в которой орк (3)

Выберите уровень погружения:

Внимание! В зависимости от уровня вашего погружения к вам будут применены следующие настройки: уровень взаимодействия с миром, уровень ощущения запахов, уровень ощущения вкусов, болевой порог...

Передо мной открылось окно со шкалой, на которой интуитивно можно было двигать ползунок. Сколько же выбрать? Пятьдесят процентов? Нет. Когда это Арсений Флюров чего-либо боялся? Я выкрутил ползунок на все сто процентов и задний фон, где до сих пор царил покой и мир на опушке леса, сменился на выжженную пустошь. Скорее всего, это лишь означало сложность игры при выбранном уровне погружения. Подтвердив уровень погружения, перед моими глазами началось кино, длившееся минут пятнадцать:

Ещё в древние времена Мездремар был охвачен войной. Война была не просто кровопролитием смертных, а настоящим побоищем древних Лордов. Сверхсильные существа, именуемые Лордами, обладали элементальными способностями, в совершенстве владея ими, их мощь приравнивалась к мощи величайших войск, когда-либо шествовавших по дорогам Мездремара. Они правили целыми королевствами, народами и разнородными расами. Тогда во главе Светлых стоял Эссильон, властелин Света. Под его командованием вильоны, крылатые существа, живущие в облаках, сражались с нильонами, подземными жителями, в жесточайших столкновениях против Темной Стороны. В войне той победителей не было, однако обида и злость навсегда сохранилась в сердцах Лордов и низших существ, населявших земли Мездремара...

Я наконец-то нашёл глазами кнопку пропуска этой скучнейшей, по моему мнению, документалки по игре и с превеликим удовольствием воспользовался ей. Не интересны мне эти сказочки.

Желаете пройти обучение?

Внимание! Прохождение обучения гарантирует получение стартовых наград!

Причин отказываться от обучения я не видел. Тем более, что с механиками и особенностями игры я не знаком. Нажав «да», я переместился в какое-то помещение, похожее на тюремную камеру. Затхлый запах, резко нахлынувший вместе с моим появлением, заставил меня поморщиться. Толстая каменная кладка, крепкая дубовая дверь, нары на цепях и узкая дыра в противоположном от двери углу, от которой разило отходами человеческой жизнедеятельности. В гордом одиночестве я осматривал камеру.

Мне кажется, что это квест — надо выбраться из темницы. Я начал искать что-то на подобии ключа или кнопки. Обшарил всё под нарами и полез осматривать углы. Вдруг зашумел открывающийся замок, дверь распахнулась:

— Фу-у-у... Ишь какая вонища, — мужчина в бригантине поверх кольчужного доспеха смотрел на меня с отвращением. — Эй, крыса помойная, готовься выходить. Намай, занеси ему положенное, — обратился он в сторону.

— Ща-ща... Подожди ты, — донеслось позади пришельца.

Тут я понял, кого он назвал крысой:

— Ты кого крысой назвал, птицеглобус? — возмутился я, готовясь к драке.

— Ишь какими словами начал разбрасываться, не с наших краев, походу, — увидев мою боксерскую стойку, он даже не колыхнулся.

Я рванул в его сторону, занося руку для удара, но сразу же получил пинком под дых. Меня отбросило в другой конец камеры, ребра взорвались болью. Удар выбил весь воздух из легких, и я, распластавшись по камере, пытался его поймать.

— Ишь бунтарь какой, — хохотом пробасил мой обидчик.

За стражником, по всей видимости, появился тот самый Намай. В руках он держал тряпичный сверток и был облачён в такие же доспехи, как и первый. Осмотрев камеру он небрежно кинул его в мою сторону. Я попытался встать, но нахлынувшая волна боли не позволила мне выполнить простое движение.

— Ну ты даешь, Фора, да он же щас кончится! — Стал отчитывать Намай. Затем подошел ко мне, откупоривая склянку с какой-то темной багровой жидкостью. — Давай пей, а то двинешь тут, а нам отвечать.

Ни поднять голову, а уже тем более и встать я был не в состоянии. Стражник бесцеремонно раздвинул мои губы и влил горькую жидкость мне в рот. Через несколько секунд мне полегчало и я смог сесть.

— Надо было тебе казённое тратить? — Оспорил его Фора.

— А было бы лучше, чтобы он сдох тут? — Возразил Намай, затем обратился ко мне, указав на свёрток. — Одевайся, вот положенное.

Я не успел ни возразить, ни сказать слово — они быстро вышли из камеры, закрыв ее на замок. Зачем? Я вообще где? И точно ли я нахожусь в игре? Я попытался себя ущипнуть, но отличий с реальным миром я не заметил. Ладно, разберемся. Я развернул сверток, внутри которого обнаружились башмаки, кольчуга и ржавый меч. Это что, стартовый набор такой? Натянув кольчугу поверх тряпок, что были на мне, я обулся, взял меч и направился к выходу. Постучал в дверь, чтобы мне открыли, но спустя мгновение заметил, что она не заперта.

— Да че ты там возишься, мясо? Давай быстрее дуй сюда! — послышался голос Форы за дверью.

Открыв ее, я вышел в коридор с другими подобными камерами. Фора схватил меня за предплечье и потащил в неизвестную мне сторону. Меня на казнь ведут? Совсем туплю. Зачем мне дали бронь и меч, да еще и вылечили, хотя сами и побили? Ребра больше не болели, видимо, срослись. Чудо-зелье Намая исцелило и поставило меня на ноги в считанные секунды. Я им был зачем-то нужен, но зачем? Мрачный вид тюрьмы и запах сырости сопровождал меня до герсы, за которой виднелась арена, усыпанная песком. Фора толкнул меня к ней и указал на арену:

— Будешь там биться насмерть.

— Зачем? — Наивно спросил его я.

— Не задавай тупых вопросов. Останешься один — кнез любое твоё желание выполнит. — Назидательно произнес стражник.

Герса отъехала вверх, приглашая меня войти на арену, посередине которой стоял воин под два метра ростом, явно не человек, в сыромятных доспехах. Когда я вышел из темного прохода на арену, меня оглушил шум, свист и гвалт зрителей с трибун. Не нравится мне это... На арене валялись поверженные противники и занесенные песком доказательства о жестоких боях, проходивших в этом театре крови.