"Оранжевая долина" Начало

15 Глава

Никита любил когда солнечным утром бабушка гладила его по голове пытаясь разбудить и своими тонкими, красивыми пальцами разбирала его волосы на макушке. Где-то во дворе бегал Аргус и будил своим звонким лаем всех в окрестности. Бабушка приговаривала: "К нам сейчас придёт собачок и схватит за бочок!". Никита улыбался с просонок и говорил: "Опять этот Аргус всех будет ни свет ни заря".
Вот и сейчас он лежал на кровате и довольно жмурился, чувствуя, как бабушкины пальцы теребят его волосы, а её тихий голос приговаривает6 "К нам сейчас, придёт Бел-шар-..."
- Какой Бел-шар-уцур, должен быть собачок! - Никита открыл глаза. - Бабушка! Ты где?
- Тяв! Бабушки здесь нет, она осталась дома, - услышал он Аргуса.
- А его зовут Бел-шар-уцур! Так сказал мне тот местный мальчик, удивившись что я могу говорить, который вытащил нас из воды. Тяв!
- Бел-шар-уцур? - встряхнув тяжёлой после удара о камень головой, переспросил Ник, приподнявшись и садясь на земле. - Кто такой этот Бел-шар-уцур? Ну и имечко у него, прямо "барракуда" какая-то!
- Тяв! Так зовут правителя страны в которой мы оказались. - ответил ему Аргус. - Его здесь все боятся, он очень злой и с чёрной душой! Так сказал тот мальчик, который нас спас.Тяв!
- А где тот мальчик, который нас спас из воды? - Никита оглянулся вокруг, не видя рядом никого живого.
- Тяв! Не знаю, мой хозяин! - ответил четвероногий друг, покачав собачьей головой. - Он убежал. Тяв! Он боялся, что кто-нибудь увидит, как он нас спас, потому что здесь нельзя никого спасать и вообще делать какие-нибудь добрые дела. Тяв! Правитель Бел-шар-уцур может за это казнить.Тяв!
- Казнить за добрые дела? - поразился мальчик. - За то, что ты
кого-нибудь спас? Да за это награждать нужно, а не казнить! Что же это за страна такая и что это за "барракуда" такой страной правит?
- Тяв! Эта страна называется "Царство Набу", так сказал мне тот мальчик. - ответил Аргус. - Я и сам не понимаю, своими собачьими мозгами, как это можно запретить спасать? Тяв! Для нас, соб.. извиняюсь, помощников человека, спасать людей - главная обязанность! Тяв!
- Странная страна! - согласился Никита, вставая на ноги и оглядываясь. - Но нам надо попасть в город и найти Книгу Пророчеств, там нас ждёт хранитель книги. Так сказал Иль!
Вокруг путников, окружая их словно зубцами короны, стояли горы. Неширокая быстрая река, из которой их спас незнакомый мальчик, убегала дальше по горному ущелью. Казалось, сами скалы прислушивались к их разговору, а ветер, пробираясь между зубцов, шептал древние слова.
- Как же нам быть? - вслух подумал Никита. - Дорогу из оранжевого кирпича мы потеряли, свалившись с моста? Очевидно придётся кого-нибудь найти из местных, что бы они помогли нам выйти на дорогу. Как ты думаешь, Аргус?
- Тяв! Не знаю! - ответил Аргус. - Если они захотят нам помочь, если не побоятся своего правителя... Тяв!
- Я помогу вам! Не бросать же всё‑таки вас! - раздался голос. Из‑за камней шагнул незнакомец, отряхивая пыль с рукавов.
Перед путниками стоял смуглый мальчик лет четырнадцати. На нём была серебристая куртка, слегка потрёпанная, и коричневые пыльные брюки, явно не раз прошедшие через дальние дороги. Широкое сомбреро отбрасывало тень на загорелое лицо, а яркая косынка, повязанная на шее, придавала ему по-настоящему колоритный вид. В руках мальчик крепко держал небольшое ружьё, словно готовясь в любой момент пустить его в ход.
- Эй, ты кто такой вообще? И чего это ты такой смелый вдруг? - вызывающе выкрикнул Никита, подбоченившись.
- Эй, ты сам-то кто будешь, да ещё и с говорящей собакой в придачу? Что забыл в наших краях? - парировал мальчик в сомбреро, стараясь казаться старше и серьёзнее, чем был на самом деле.
- Хозяин, - мягко вмешался в разговор Аргус, - это тот самый мальчик, что нас спас. Не будь его, мы бы пропали… - в голосе пса звучала искренняя признательность.
- Да ладно… - тихо произнёс Никита, и его лицо озарилось благодарной улыбкой. Он крепко пожал руку мальчика. - Спасибо тебе огромное. А как тебя зовут, спаситель?
- Моё имя - Хосе, - торжественно произнёс мальчик в сомбреро и сжал руку Никиты так крепко, словно клялся в вечной дружбе. - Теперь мы союзники, верно?
- Да, конечно, союзники! Я Никита! - уверенно произнёс мальчик и протянул руку. Хосе улыбнулся и снова крепко пожал её.
- Рад служить с тобой, Никита, - ответил он.
- Ну вот и познакомились! Тяв! - радостно сказал Аргус и ткнулся носом в ладонь Никиты. Никита рассмеялся и почесал пса за ухом. Хосе тоже улыбнулся и потрепал Аргуса по спине.
День уже клонился к закату, и Хосе предложил Никите переночевать в его хижине. Друзья поднялись по узкой горной тропинке - тропа здесь сужалась так, что приходилось идти поодиночке, - и зашагали по направлению к развалинам.
Никита невольно замедлил шаг. Развалины казались ему странно знакомыми, будто он видел их во сне. Камни, сложенные неровными рядами, напоминали очертания древнего храма, а в тени одной из стен ему почудилось движение — словно кто‑то наблюдал за ними из‑за угла.
- Не бойся, - обернулся Хосе, заметив его замешательство. - Это просто ветер играет с тенями.
Аргус семенил рядом с мальчиками, весело помахивая хвостом, но время от времени он настороженно принюхивался и тихо рычал, будто чуял что‑то, недоступное людям.
Недалеко от развалин и приютилась хижина Хосе. Мальчишки зашли в хижину, и перед Никитой открылось пространство уютной комнаты. Посередине, в сложенном из небольших камней очаге, горел огонь, бросая пляшущие тени на стены. Вокруг очага стояло несколько стульев, сделанных из досок. В дальнем углу из таких же досок, сушёной травы и тряпок было сооружено ложе. Рядом стоял шкаф с посудой - глиняной и деревянной. Аргус, войдя следом, шумно вздохнул, покрутился на месте и улёгся у очага, вытянув лапы.
- Располагайся, - Хосе снял куртку и повесил её на деревянный колышек у двери.- Сейчас я что‑нибудь приготовлю. Он подошёл к очагу, помешал угли и достал из мешка у стены лепёшки и сыр.
- Давай я тебе помогу, - предложил Никита.
- Ха, - усмехнулся Хосе. - В этой стране оказать помощь - значит сделать большее зло самому себе.. Ох! Ладно! Давай! И Никита принялся помогать своему новому другу.
Хосе вручил Никите деревянную доску и нож:
- Режь сыр, но не слишком мелко - иначе он расплавится и потечёт. Никита кивнул и принялся за работу. Первый ломтик получился кривым, второй - толще предыдущего. Хосе, заметив это, прыснул от смеха:
- Ну, для первого раза неплохо. Вижу, ты не часто готовишь в горах!
- Зато я отлично умею разводить костёр! - парировал Никита, и оба рассмеялись. Аргус приподнялся, потянулся и подошёл ближе, с надеждой глядя на сыр.
- И не надейся, - строго сказал ему Хосе. -Твоё угощение будет позже.
Вскоре мальчишки приготовили себе лёгкий ужин: сыр, лепёшки и по чашке чая. Аргус не остался забытым и ему перепало пару костей. Хижина наполнялась теплом, над очагом кипел чайник, всё распологало к душевному разговору двух верных друзей.
Никита отхлебнул горячего чая, вдохнул аромат горных трав и улыбнулся:
- У тебя тут… по‑настоящему хорошо. Спокойно.
Хосе кивнул, подбросил в очаг пару сухих веток и посмотрел на пляшущее пламя:
- Да, это моё место. Здесь я чувствую себя… дома. Даже когда в горах гроза, здесь тихо и тепло.
Аргус, доев кости, подошёл к ним, положил голову на колени Никите и вздохнул с довольным видом. Мальчики рассмеялись.
- Сами-то вы откуда? - поинтересовался Хосе.
- Мы из другой страны, мы пришли сюда, точнее прилетели, как бы это сказать... - растерялся Ник.
- Сверху? - спросил Хосе
- Ну да! Можно сказать, сверху! - согласился с ним мальчик.- Мы действительно прилетели на белоснежном Грифоне.
- Ух ты! Падриссимо! - воскликнул Хосе. - Я слышал об этих птицах, но в этой стране живут только чудовищные драконы и удивительно как такая птица оказалась в этих краях.
Никита помолчал, потом тихо добавил:
- Говорят, белые грифоны появляются только там, где скоро произойдёт что‑то важное.
- Важное? - Хосе нахмурился. - Что ты имеешь в виду?
- Не знаю точно. Но грифон привёл нас именно сюда. Может, это не случайность?
Хосе посмотрел в окно, на тёмные силуэты гор.
- В наших легендах говорится, что когда в небе появляется белый грифон, это знак: горы готовятся раскрыть свою тайну.
Никита почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он и сам не знал, почему сказал это - слова будто сами сорвались с языка.
- Да, точно! - вскрикнул мальчик. - Книга пророчеств, вот эта тайна! Нам надо дойти до ближайшего города и встретиться с Хранителем Книги пророчеств.
- Да, ладно! - подскочил от неожиданности Хосе. - Вы идёте к Луту? Не может быть! Ты Рыцарь света, как и я?
- Да, - не менее удивлённо ответил Никита.
- Как здорово! Падриссимо! Падриссимо! - кричал смуглый мальчик. - Я оказывается не один! Хвала Духу Света!
Он вскочил, забегал по хижине, потом резко остановился перед Никитой:
- Ты понимаешь, что это значит? Два Рыцаря Света вместе — мы сможем прочесть Книгу! Говорят, она открывается только тогда, когда рядом стоят двое, кто несёт в себе искру Света.
Никита широко распахнул глаза:
- Я… я даже не знал об этом. Мне только сказали, что я должен найти Книгу.
Хосе схватил друга за плечи:
- Всё складывается! Мой наставник говорил, что я должен ждать знака. И вот ты прилетел на белом грифоне! Это судьба.
Аргус, до этого дремавший у очага, поднял голову и громко тявкнул, будто подтверждая сказанное. Мальчики рассмеялись.
- Значит, идём вместе? - спросил Никита.
- Конечно! - Хосе протянул руку. - Завтра на рассвете отправимся к городу. Путь неблизкий, но теперь я знаю - мы справимся.
Никита пожал руку друга:
- Грифон нас не подведёт. Он довезёт нас хотя бы часть пути
- А я знаю короткую тропу через ущелье, - добавил Хосе. -Там опасно, но быстрее.
- Тогда решено, - улыбнулся Никита и потёр белоснежное перо, достав его из карман. Оно вздрогнуло и по нему пробежали золотистые искорки - Вместе - к Книге пророчеств!
Хосе подошёл к стене, снял с колышка старый кожаный мешок и начал складывать в него припасы: сушёные фрукты, лепёшки, кусок сыра. Никита помог ему, а Аргус, виляя хвостом, следил за приготовлениями, будто понимая, что впереди их ждёт большое приключение.
Рассвет только занимался, окрашивая вершины гор в нежно‑розовый цвет. Никита, Хосе и Аргус вышли из хижины. Вдалеке, за ущельем, уже виднелись крыши столичного города Севоима, окутанные лёгкой дымкой.
- Путь неблизкий, - сказал Хосе, забрасывая своё небольшое ружьё за плечо. - Сначала через ущелье Ветров, потом вдоль реки Серебрянки. Если повезёт, к вечеру будем у ворот Севоима.
Никита обернулся: на скале неподалёку сидел Грифон, белоснежные перья отливали жемчугом в первых лучах солнца. Белоснежный гигант расправил крылья и плавно спустился к ним.
-Ты всё‑таки прилетел… - голос мальчика дрогнул от радости. - Спасибо тебе.
Вместо ответа грифон чуть наклонился и легонько, почти по-дружески, ткнул кончиком клюва в плечо Никиты. Его мудрые глаза блеснули, а кивок вышел неторопливым и уверенным.
- Ого, какой он огромный! - радостно вскрикнул Хосе. - Я даже и не мечтал увидеть эту великую птицу, тем более здесь - в стране ужасных драконов и чудовищ!
- Он полетит с нами, но часть пути придётся пройти пешком, - пояснил Никита. - Он, наверно, не сможет нести двоих долго.
- Такой сильный и большой - не сможет? - удивился Хосе. - Но лучше всё‑таки не рисковать, - задумчиво добавил он. -А как его зовут? У него есть имя?
- Нет, не успел дать ему его, - вздохнул Никита. - Он так неожиданно улетел в прошлый раз, что я даже не успел сообразить.
- Ну тогда давай назовём его! - радостно сказал Хосе. - Давай назовём его Эрионом!
- Эрион… - задумчиво повторил Никита. - Звучит как песня ветра. Мне нравится. Грифон слегка склонил голову, будто одобряя выбор, и тихо каркнул, словно говоря: «Да, это моё имя».
Они двинулись вперёд. Аргус бежал впереди, обнюхивая камни и время от времени останавливаясь, чтобы подождать друзей, а вверху над ними парил белоснежный Эрион. Время от времени грифон снижался, почти касаясь крыльями макушек деревьев, и издавал короткий клич — то ли предупреждал об опасности, то ли просто напоминал о своём присутствии. Хосе махал ему рукой, а Никита внимательно следил за поведением Эриона.
- Он ведёт нас, - заметил Никита. - Смотри, как выбирает направление.
- Как будто знает дорогу, - восхитился Хосе.
- Или чувствует её, - добавил Никита. - Грифоны - создания мудрые.
Ущелье Ветров встретило их порывистым ветром, который свистел между скал, словно напевал древнюю песню.
- Говорят, в этом ущелье живут духи ветра, - шепнул Хосе. - Они проверяют путников на стойкость.
Словно в подтверждение его слов, ветер усилился, швыряя в лица мелкие камешки и пыль. Никита прикрыл глаза рукой, а Хосе наклонился вперёд, упрямо шагая против потока воздуха.
Вдруг Аргус зарычал и замер, шерсть на его загривке встала дыбом. Из тени скалы выступил огромный ящер — чешуйчатый, с жёлтыми глазами и шипастым хвостом. Он медленно приближался, издавая низкое шипение.
- Дракон? — выдохнул Никита.
- Нет, скальный варан, - отозвался Хосе. - Но он не меньше опасен.
Эрион взмахнул крыльями и громко вскрикнул - звук был резким, почти металлическим. Варан замер, затем отступил, развернулся и исчез в расщелине.
- Спасибо, друг, - крикнул Никита летящему над ними грифону.
- Видишь, - улыбнулся Хосе, - сила Рыцарей Духа Света не только в мече. Она в дружбе и единстве.
Они продолжили путь. Ветер утих, а ущелье постепенно расширялось, открывая вид на долину с извилистой рекой Серебрянкой. На её берегу росли серебристые ивы, листья которых мерцали, будто покрытые инеем.
- Осталось немного, - ободрил Хосе. - К закату будем у Севоима. Хранитель Книги ждёт нас.
Никита посмотрел на друга, вверх на Элеона и на Аргуса, весело бегущего впереди. В груди разливалась уверенность: вместе они справятся с любыми испытаниями.
- Да, - кивнул он. - Вместе - к Книге пророчеств!
- Тяв! Конечно, хозяин! - подтвердил сказанное Аргус, и помчался вперёд, а мальчики поспешили за ним, готовые встретить новые приключения.
Солнце клонилось к закату, когда Никита, Хосе, Аргус и Эрион наконец достигли ворот Севоима.. Город стоял на холме, окружённый древней каменной стеной с зубцами. Над главными воротами висел выцветший флаг с изображением золотых монет и серебрянного меча.
У ворот их уже ждал высокий седовласый человек в короткой серой тунике до колен, из-под которой были видны штаны, и плащ . Его глаза, глубокие и спокойные, будто видели насквозь.