Оранжевая мечта

1.1

Высокое здание из тонированного стекла кричало о своей значимости. Удобные дорогущие диваны в зоне отдыха, мраморный пол, большие прозрачные вазы с композициями из живых цветов, наполненные кубиками льда, безукоризненно вежливые охранники в наглаженных костюмах.

В девять ноль ноль Вика стояла на посту охраны в самом приличном старом платье, плохоньких, но туфлях, и высоко вздернутым носом. Недоуменные, брезгливые, насмешливые взгляды разбивались о ледяной спокойствие соискательницы. Козел-будущий-шеф мариновал ожиданием на пропускном посту целый час, периодически поглядывая в монитор, не сбежала ли упрямица, попутно решая дела.

- Принята, - сам спустился с двумя чашками кофе.

Прошло пять лет. За это время шеф по достоинству оценил свое приобретение. Где-то через год, в одно утро Вика пришла с красными глазами, чуть опоздав – нонсенс для его пунктуальной секретарши, мужчина потребовал:

- Говори.

Бабушке не помогали лекарства, ей стало хуже. Уже через час Ирина Леонидовна сдала кучу анализов под неусыпным контролем чутких докторов и была с удобством размещена в вип палате с круглосуточной личной мед сестрой. Дорогие, порой инновационные препараты, продлили жизнь старушки на долгих два года. Ночи Вика коротала рядом с бабушкой на комфортабельном ортопедическом матрасе соседней кровати.

После похорон Вика ушла в работу с головой, стараясь заглушить боль от потери. Домой приползала поспать и принять душ. Более преданного сотрудника было не сыскать. Вика делала для начальника все, что могла, по-прежнему не реагируя на флирт. Когда шеф начал гулять и гулять не красиво, секретарша номер один была надежным бронетанком, прикрывающим голый тыл начальства из подсобки, хоть и не одобряла. Что не мешало ей испытывать светлые, нежные чувства к жене шефа - Алене Максимовне. Было изучено все: привычки, предпочтения, любимые цветы, график дня и т.д. Со временем, шеф перестал напрягаться, привыкнув, что секретарша справляется и с этим.

Соседка в квартире напротив, Анна Ивановна, часто недовольно цокала, сидя в гостях по вечерам за чашкой чая:

- Вика, деточка, ты немного ку-ку, - крутила пальцем у виска. – Мужика надо, семью свою строить, а не чужую пытаться склеить. Хитрый жоп твой шеф. Крепко зацепил помощью, когда Ирина уходила. Хватит, отработала... Не обижайся, милая, да только не твои они родители, чужие люди, - сочувствующий взгляд. – Любовь не реализованную на них переносишь. Отпусти Вика, родителей своих в голове отпусти. Богатеи без тебя разберутся…

Кто может дать волшебного пенделя? Те, кому мы дороги. Не подбирая формулировок, открыть глаза на не удобную правду. Ибо в большинстве своем народ обтекает щекотливые моменты, предпочитая не замечать чужих проблем, глубоко окопавшись в своих.

Когда на одном из вечеров молодой симпатичный специалист решил рассказать о макросах для автоматизации СУБД, девушка сделала заинтересованное «Оооо», умолчав о своих познаниях. Так в ее жизнь вошел Егор, став надёжным тылом, а после и женихом. Между ними не было искр безумия, накала страстей, зато была взаимная симпатия, уважение, партнерство. Егора бесил график возлюбленной, но он терпел, ожидая обещанных перемен после свадьбы.

Смакуя холодный чай, Вика выдохнула. Растопыренные пальцы на ногах обдували струйки воздуха. Съела дольку апельсина. Гудели машины, работал светофор, ползли редкие прохожие, обливаясь потом. Солнце нещадно жарило все и вся на огромной сковороде мегаполиса. Искупаться бы в прохладной реке…

Когда-то давно жизнерадостная девочка с бабушкой мечтали о собственной даче у воды с большим участком. В картинках воспоминаний Ирина Леонидовна сладко обнимала внучку, щекоча тощий животик, и хрипло смеялась, обещая посадить апельсиновую рощу для маленького проглота. Тогда оранжевые кругляши были непозволительной роскошью. Да лучше бы так и оставались… если бы она была жива.

Похлопав себя по щекам, Вика обулась и решительно встала. Хватит киснуть. Уходя, помахала официантке. На столе неизменно оставались пятьсот рублей. Больше – не могла, меньше не позволяли демоны прошлого.

Позвонил мастер из ателье – платье ушито.

– Девушка, это безобразие! Хватит худеть! - недовольный голос. – Не дойдете до алтаря - упадет с тощих плеч! Что за мода….

Невеста усмехнулась, с этой работой потолстеть не грозит, даже если сидеть на фастфуде, запивая газировкой.

Ближе к четырем произошло столкновение тектонических плит: пришла Алена Максимовна, жена шефа, наехав своим недовольством на новую секретаршу.

Плюхнув личные вещи практически в лицо огненноволосой, ледяным тоном приказала подать кофе, добавив:

- Если вы способны справиться хотя бы с этим, - вздернув нос, зашла к мужу без стука.

Жаба стала спелой, азербайджанской помидоркой.

Вика судорожно позвонила в кондитерскую, заказав пирожные, пообещав сверху тысячу, если уложатся в двадцать, а лучше в пятнадцать минут. Курьер бежал галопом, итоговое время – шестнадцать минут двадцать секунд. Как раз вовремя. Светлана, сжав губы в ниточку, сдерживала мат и гонор. Разводы кофе и кучки не растворившегося сахара на ее пиджаке походили на картину начинающего абстракциониста. Алена Максимовна орала. На мужа, на криворукую секретаршу, на медленную уборщицу.

Сунув обещанные чаевые курьеру, Вика пошла заваривать зеленый жасминовый чай. Пять грамм на сто миллилитров. Поставив прозрачный стеклянный чайничек и маленькую чашечку, пригласительно сняла пластиковую крышку, освобождая аромат пирожных.

- Хоть кто-то заботится обо мне! – хмыкнула Алена Максимовна, когда поток претензий иссяк.

Крохотное, но такое аппетитное шу с хрустящей розовой корочкой сделало невозможное – умаслило разъярённую супружницу. Седьмое из пятнадцати.

- Спасибо, Викусик, - подхватила коробочку. – Два дня на поиск нового сотрудника. Сможет уйти по собственному, - предупреждающе посмотрела на мужа.

- Молодец! – просиял шеф, когда личная холлера покинула притихший офис. – Работаем! – рявкнул на людей. Поднялся гул усердия. – Светлана, в кабинет.