Оранжевая мечта

2.4

Вика

Я радовалась – смогла ускользнуть из передряги. Вдыхая густой, терпкий воздух, наслаждалась красотами первозданной природы: изумрудные кроны необъятных исполинов, шепот волнующегося моря разнотравья, буйство красок, нежность крыльев порхающих бабочек, фигуры высшего пилотажа охотящихся птиц, лазурное небо, редкие перистые облака.

Приподнято-одухотворённое настроение не выдержало натиска реальности - болел отбитый зад. Прямая доска сиденья, изобилие кочек и ям. Все потели и воняли, что привлекало кровососов, приходилось отмахиваться. Но больше всего раздражал не затыкающийся мужик, гундосящий претензии собственной беременной жене. Здоровье – дерьмецо, осложнения, траты, вынужденная поездка к лекарю в другой город, излишнее внимание тещи. Девчонка, не старше меня, печально кивала, облизывая пересохшие губы. Ни есть, ни пить он ей не давал, чтобы… не просить лишних остановок в кусты. Так и резюмировал.

Сделала над собой усилие – расслабила напряженное тело. Много чего хотелось и ни шиша не моглось. Тоска. А народ ничего, спокойно сидел, трындел за жизнь, не обращая внимания. Понимание, что это норма, горчило на языке. Чего там было в средневековье? Договорные браки, отсутствие прав у женщин, куча условностей и правил, болезни, голод, ручной труд? Эдак мне ходить с приклеенной бородой до самой отправки на Землю.

Рассуждать долго не вышло. Прискакала кавалькада вооружённых мужиков - два метра, бугры мышц, бородатые рожи. И как-то сразу стало ясно – за мной. Обоз взяли в кольцо, наорали, остановили, устроили обыск. Дергали лицевую растительность, терли запястья. Поздно пить боржоми, когда почки отвалились. Текать надо было раньше, а сдаваться я не собиралась. Поджилки тряслись. Снова это ужасное чувство беспомощности перед обстоятельствами.

Закрыв глаза, сложила руки лодочкой, матеря толстого монаха вместо молитв. Вот сделал отвлекающий огонь у второй статуи, значит и у первой надо мной шутил он. Чаши наверняка с откидным дном – забирать подношения. Может, я нечаянно коснулась стенок металла, так получила ожог – черные круги?

Ряса не спасла. За бороду дернули от души, как трусы с бельевой веревки, прижатые прищепкой – раз и готово. Поросль поредела. Из глаз брызнули слезы. Больно, вашу ж мать!!! Запястья пощупали, потерли, чуть ли не облизнули и оттолкнули. Кожа на руках была чиста… Фигня какая-то. Настроение взяло резвый старт. Не важно как и почему, главное – пронесло.

И тут произошло то, к чему я была не готова. Бешеный предводитель, топая и матерясь, кидал шары огня в землю, сбрасывая напряжение. Трава загорелась. Звуки отошли на задний план, все стало не важно. Мир сузился до рук, выпускающих огонь.

Магия.

Стали смешны потуги отрицать очевидное. Глупышка я. А переход, жаба, ведьма, Алена Максимовна? Ну и фиг с ней, с магией… Привыкну. Наверное.

Мужики отчалили в город. Обоз двинулся дальше. Была мысль, что я тоже скоро двинусь. На нервной почве. Достала бурдюк и жадно присосалась. Вода чуть не пошла носом – так жадно смотрела беременная, облизывая пересохшие губы, глотая в такт со мной... Налила в кружку, безмолвно предлагая.

- Зверь в траве! – охнула будущая мать.

- Где?? – муж извернулся назад из положения сидя, как фокусник, достав нож неизвестно откуда.

Девушка опрокинула в себя воду, вернула и быстро вытерла рот. Не найдя опасности, муж развернулся и треснул подзатыльник:

- Тьфу! Дура!

- Таранис все видит!!! – внутри пылала злость. Не сочувствовать не получалось.

- Отвали, молокосос! Свою бабу заведи и делай с ней, что хочешь, понял? – направил лезвие ножа в мою сторону. – То-то же! – гадко ухмыльнулся, увидев страх.

Жизнь несправедлива, как ни крути. Я сама была в стремном положении, но обиду не простила. Надо только подождать.

***

Мне нужна была информация. Святое писание приветливо распахнуло страницы. Сначала бегло, а потом вдумчиво, читала страницы. Неделя называлась туя, если правильно поняла. Все истории о гномах и людях. Война между народами более двух сотен лет назад. Вынужденная изолированность бородатых. Выжженые земли, море крови и слез. Передел земель.

Еще ранее война с темными. Информации о них – ноль. Сами закрыли границы. Много пафоса и восхвалений подвигов местных. Нууу… Теоретически, из плюсов – отсутствие страшилок во плоти. Вроде вампиров, драконов, зомби. Хотя чего там у темных – большой вопрос. Не с пустого же места «темные».

Разновидность магии: стихии, растительность, лекари, менталисты, прорицатели будущего.

Привал. Еле спустилась на землю. Оказывается, в организме много всего, что может болеть! Видно, что поляна часто использовалась для стоянок: коновязи с навесом, бревна для сидения, несколько обложенных камнями ям. В тени нависающих деревьев текла мелкая речушка. Лошадей подвели напиться, давая немного отдохнуть.

Как черепашка – все свое ношу с собой, укатилась в кусты. Вышла, увидела беременную, сидящую рядом с вещами. Мудак, в смысле муж, ушел по нужде. Протянула кусок вяленого мяса:

- Привет. Это тебе, - вложила в руки.

Круглые от удивления глаза. Опять я ляпнула не подумав. Слово за слово, разговорились. Договорной брак, отсутствие любви, ругань, побои – прелести молодой семьи. Местный доктор поставил угрозу жизни роженицы и отправил в другой город, сняв с себя ответственность.

Подозреваю, все мои эмоции отражались на лице. Увидев возвращающегося мужчину, спешно ушла. Перекусила полоской мяса, выпила воды. Народ лакал из реки. Я была к этому морально не готова. Возможно позже… Когда ничего другого не будет. Только после кипячения.

Выкинуть из головы чужую ситуацию не получалось. Когда двинулись дальше, старалась не сильно коситься, но актриса из меня была плохая. Бабка, сидящая напротив, обругала:

- Коли не готов плоть усмирять, неча в служители идти! Не окосей, на чужую жонку глазищи лупить! Ты пас-с-сматри на него! Стыдобища-то кака! - сплюнула.