Оранжевая мечта

2.8

Вика

Сон – прекрасная штука, отодвигает все плохое назад, помогая принять произошедшее. Кажется, моя психика становится толстой шкуркой апельсина. Не знаю, хорошо это или плохо.

У кольца обнаружились новые свойства, принятые остальными за действие клятвы. Буду иметь ввиду.

Подельника звали Джером. Такое себе имя. Еще и жмот, еле выдал денег. Быть хорошим человеком в диком мире – редкость. А редкостям надо помогать. Вот я и стрясла с него золотых. Благотворительность. Сытое добро будет творить хорошие дела чаще – аксиома на все времена.

Приехав в город, продали вещи шайки, приобретя необходимое для дальней дороги. Тепло попрощалась с добрым лавочником.

- Удачи, девочка. Тебе есть куда вернуться, - шепнул на ухо, вытерев мои набежавшие слезы. – Ты хорошо играешь, не переживай, - чмокнул в лоб и растворился в толпе.

Не стала оборачиваться и я, с трудом забравшись в седло.

Вообще, ну если прям честно, первым жирным плюсом стало приобретенное волшебным образом умение ездить на лошадях. Ибо я и кони никогда не стояли рядом. Мы друг друга не интересовали от слова вообще. А тут… пришлось притираться. Езда – пожалуйста, легко! В седло же забиралась с грацией беременной черепахи, хромой на все ноги. Примерно этот смысл доносил Джером, видя мои потуги. Я не просила помощи, он не был джентльменом.

- Так, сопляк, не собираюсь нянчиться до старости. Куда едем?

Ночевка за городом. Костер. Каша с мясом в котелке. Почти романтика.

То, что Джером – козел, думала не только я. Тела убитых сдали в полицейский участок, где знакомца обласкали трехэтажными матами. Да, он официально состоял на службе, вроде как из богатого рода, но такое говно на палочке, что начальство не пыталось скрыть счастливой улыбки по случаю вынужденного отъезда недавно присланного сотрудника из столицы.

Слова прилипли к небу с языком. Вспомнился монах. Так, Дарсвель я говорила в караване.

- Лисандр. Сначала туда.

- Я тебе не дамочка-компаньонка, скакать туда-сюда! Где дом?! – рычание.

- Лисандр. Там получу завещание, узнаю точное место, - развела руками.

- На кой тебе дом, если пошел в монахи?! – облизнул тарелку после сытного ужина.

- Тебя не касается.

Ушла спать. В отдельную палатку. На приличном матрасе в спальнике. Деньги творят чудеса. Котомка храмовника так и осталась со мной. Отдам в Лисандре, приплачу за доставку. Поедем обратно - точно сожрет… этот Джером.

***

Джером Биго

Крысеныш счастливо удрыхся – в питье были сонные капли. Пришло время познакомиться поближе. Я, конечно, понимал, что он не прост, но, бездна пожри, не на столько!!!! Запасов золота хватало на маленькую армию и город средней руки. Беспечный сопляк таскал все с собой и на себе!!!

Единственная нетронутая вещь – котомка храмовников – притягивала взгляд. На мне столько артефактов, теперь хрен сниму, что можно не париться. Едва притронулся - кабанчиком вылетел наружу, собрав полный рот земли.

- Понял! – поднял открытые ладони к небу. – Не дурак. Лисандр, так Лисандр.

Аккуратно вошел в палатку обратно, прибрал за собой и малясь подохренел. Размял шею, вспоминая, в какую сумку сунул флягу местной браги. Подкинув сучьев, невидяще уставился на костер. Забористая дрянь обожгла нутро, прочищая мозги.

Эх, сопляк, сопляк, вот это подстава… Глоток. Передернулся.

Сопляк оказался соплячкой.

Это меняло все. Надо подумать.

***

Вика

Аромат еды ласково погладил по волосам, присел на ресницы и прошептал: «Просыпайся!»

Что-то было не так. Я не могла понять, оттого начала нервничать. Вылезла. Плеснула холодной воды, протерла лицо. Джером с нечитаемой мордой, но очень горящим взглядом, протянул завтрак: миска каши. Нарезанный хлеб, сыр, овощи и чашка с дымящимся взваром лежали на отрезе ткани.

- Там отрава? – приняла со смешком, удобно устраиваясь.

- Сонное зелье было вчера, сегодня – чисто, - серьезное лицо. – Рассказывай.

Каша чуть не выпала из ослабевших рук. Еле удержала. Похолодела, увидев пальцы – длинные, тонкие, женские. Борода сказала «адью» и сделала ноги с моего лица. Засада.

- Это не твое дело, - хмыкнула, расслабившись.

Устала бояться. От всего устала. Могу же спокойно по-человечески пожрать на природе, наслаждаясь видом? Могу! И тухлая, недовольная рожа не сможет помешать. Надо лишь отвести взгляд на десять градусов левее – там виднеется чудесная поляна. Так-то лучше!

- Я открыл суму храмовников….

Сыр раскорякой встал в горле, объявляя забастовку. Еле выплюнула наружу. Прямо в лицо подоспевшего на помощь засранца. Мне молча протянули платок. Ломанулась в палатку. Из недр сумы торчал свернутый лист бумаги…