Оранжевая мечта

3.8.

Джером

Не зря говорят: совместная ночь с женщиной накладывает обязательства. Удовольствия не получил, а ответственность почувствовал. Хотел привязать к себе, в итоге сам привязался.

Так нельзя.

Поддался на уговоры мелкой, помог пленным, накормив и подлечив запасами бандитов. Кому рассказать – оборжут. Перед освобождением каждый дал личную клятву сохранить все в тайне и обязательство помочь Вике или мне при необходимости, ну и по мелочи. Это она отпустила, ничего не потребовав. Я такого не обещал.

После принятия силы, Вика стала еще прекраснее: рыжие волосы вились крупными локонами, спускаясь ниже спины, темно-карие глаза затягивали в свой омут, молочная кожа манила прикоснуться.

Три освобожденных мага, капая слюной, решили подкатить яйца к моей… кхм… моей? … К моей Вике. После принятия силы я был… очень чувствителен. Да. Именно так.

Деликатно объяснил держаться на расстоянии. Рожи набил для порядка. В назидание остальным.

- Сказал бы сразу: моя баба! – обиженно прогундосили через сломанный нос.

- Моя, - согласился… понимая, что ни разу не баба.

Потрогал лоб – здоров. Заглянул в штаны – на месте. Взглянул на Вику… Умилился. Мелкая поглощала третью порцию каши.

Я… старею?!

Бррр!!! Передернуло.

Всем табором поперлись в Лисандр. Я был зол. Вика решила облагодетельствовать по полной, снабдив мелкой монетой и добрым словом, посадив на транспорт до дома.

- А если бы это был ты? – спрашивала всякий раз, смотря своими невозможными глазами.

Я больше не видел в ней привлекательной девушки. Лишь мелочь, которую хотелось оберегать и защищать. Что это? Клятва? Та красная нить? Игры богов? Ответа не было.

Какая-то нездоровая канитель.

- Джеро-о-о-ом, - Вика подъехала на коне.

- Нет, - не поворачивая головы.

- Я еще не спросила.

- На все нет. Вика я устал. Мне нужно подумать, как быть. Это очень важно. Пожалуйста, - посмотрел на нее.

- Хорошо, - что-то она уловила. – Хотела сказать, ты не такое дерьмо, каким был в первую встречу. Горжусь тобой, - мимолетная улыбка. Я улыбнулся в ответ. – Хорошо бы разбить и другие стоянки работорговцев. У нас отлично получается вместе, - подмигнула.

Постная рожа была ей ответом. Стук копыт. Я наедине с мыслями. Награбленное приятно оттягивало сумки, многократно возросший дар грел изнутри. Чем ближе подъезжали к городу, тем очевиднее становилось: первоначальный план невозможен. Отправил письмо отцу с просьбой повременить со встречей, девчонка не стабильна после принятия силы.

Глава ответил:

«Туя на подтирание соплей за хорошие новости. Вложи в ее голову: благодарность, желание угодить, покорность. Огонь укротить сложно, но возможно. Все ломаются, вопрос времени.

Я доволен тобой, сын. Ты повзрослел, стал приносить пользу семье, думать о будущем, просчитывать действия. Все почувствовали скачок твоего дара. Забудь детские обиды, стань опорой наследника.

Сплоченность семьи – основа успеха».

Огонь жрал бумагу, облизывая пальцы. Ярость неистовствовала внутри. Ему всегда мало. Всегда. Дашь коня, посетует – мало, больной, низкий и еще сто «не то». Кто молодец? Наследник молодец! Жопа, родившаяся раньше всех, оттого имеющая кучу привилегий. А мы так, пыль в запасе, подставка для его ног. Смотреть ему в рот, отдавать все самое лучшее, порой любимое, нужное – все на благо процветания семьи!!!

Даже сейчас этот всратый «наследник» в моей единственной похвале за всю жизнь!!

Пошли они все!!!

Конь взбесился – дрожала земля.

Лицо окатило холодной водой.

- … Джером! Джером!! – орала мелкая сквозь шум в ушах.

Моргнул. Унял беснующийся дар. Спрыгнул с коня, топая к лесу, не желая никого видеть. Волны земли пучились, с силой опадая вниз, ломая деревья, пугая животных. Выпустив запал, сел на землю.

- Отвали, - вернул ей должок.

- На, - нахально плюхнулась рядом, протягивая отпитый бурдюк браги. Моей браги. – Дерьмо, конечно, но для настроения пойдет, - скривилась. А я улыбнулся, приобнимая мелкую, ероша волосы кулаком, испытывая непонятную радость от использования одинаковых ругательств. – Рассказывай, - жевала краюху. - Одна голова – хорошо, а две – лучше. Особенно, когда обе с придурью.

- Давай, - усмехнулся, прихлебнул… стало отпускать.

Закинув руки за голову, лег на спину, глядя в просторы необъятной синевы. Вика, поерзав, устроилась на плече.

- У тебя идеальная подмышечная впадина, как раз под размеры моей головы! – авторитетно заявила засранка. Поперхнулся. – Очень удобно, - хихикнула, разгоняя остатки напряжения. – Чего взбесился?

- Отец, - выдохнул.

- Чего надо?

- Заставляет делать то, что мне противно и уступать все старшему брату. У всех отцы одинаковые.

- Может быть, - пожала плечами, - я не знаю. Мой ушел. Вместе с мамой.

- Умерли?

- Разошлись, завели другие семьи. Я росла с бабушкой, - сердце замерло от внезапно нахлынувшей чужой боли. – Иногда приходили навестить… Все к лучшему, - задумчиво. – Не было скандалов. Мы жили счастливо с бабушкой… пока она не умерла.

- Выходит, ты - сирота?

- Типа того. Есть приемная бабушка – Анна Ивановна… Но она далеко. Я не поняла, - молниеносная смена темы. - У тебя нелюбимая невеста или твою любимую отдали брату? Ты сказал: должен уступать. А когда объяснял про магию, рассуждал о невесте. М?

- Откровенность за откровенность… Важен только глава и его наследник, остальные – средства достижения. Цель – процветание рода… У меня невесты нет, ибо я – отщепенец в семье, не надежная боевая единица.

- Ноооооо? Есть же любимая?

- Да, - наконец признался в слух. – Сосватали за старшего брата, - слова выходили с трудом. – Мы дружили с детства. Единственная дочь влиятельного рода. Не такая как все… Настоящая. Умная. Любознательная. Открытая. Живая… В детстве совершили не одну проказу. Брат тоже хотел, но был занят – оправдывал ожидания отца. Злился, завидовал, кичился положением, сильным даром. До недавнего времени я был «отрыжкой семьи» с мизерным уровнем. Все лучшее – будущему главе. Все выросли. Она стала готовиться быть женой. Я ушел в одиночное плавание. Брат сломает ее, посадит в башню и забудет о существовании после трех наследников мужского пола.