Оранжевая мечта

7.8

Вика

Ровный ряд белых зубов блестел на довольном лице Осборна Биго. Рука, в идеально сидящем дорогом костюме, схватила воздух. Кертис сделал бросок вперед и отступил назад вместе с моей тушкой.

- О-о-о, верный пе… , - начал Биго.

- А, а, а! – покачала головой. Он оскорбит, мне отвечать. Поругаемся еще… раньше времени.

- Смотрю на вашу повозку… и чудится в ней что-то знакомое… родное что ли? – издевательски-задумчиво.

- Можете смотреть на мою повозку сколько угодно, - улыбнулась, пытаясь обойти.

- Разговор. Десять минут… Пожалуйста.

Порой одно сказанное слово значит больше, чем вся болтовня до этого. Приказал бы или нахамил, прошла бы мимо. А тут… нормальная просьба.

- Немного пройдемся, - кивнула Кертису. – Узнай, пожалуйста, что хотели, - кивнула на храм. Капитан, бросив на Биго полный неприязни взгляд, пошел исполнять. Отошли. Над нами замерцал купол тишины. Прозрачный от пола до пояса, далее мутный, словно грязное стекло. Достаточно, чтоб виднелись силуэты, но без возможности прочитать по губам.

- Анна… Как она там? – намек на Землю. - Жива? Здорова? В достатке? Семья? Дети? – сдержанно, спокойно, с пожаром эмоций в глазах.

Внимательно рассматривала. Если бы не глупость Джерома, быть мне узницей этого человека. Уверена, никаких теплых чувств, кроме огня ненависти, я бы к нему не испытывала.

- Готов заплатить, - по-своему истолковал молчание.

Что думать о том, что могло бы быть? Надо жить настоящим. Осборн все еще любит свою дочь, беспокоится и… жаждет встречи. Все порой совершают ошибки. Было бы здорово, если бы каждому выпадал второй шанс. На прощение и искупление. Очень коротко рассказала о бабе Ане.

- … Как только выполню свою часть сделки, ее перенесут на Эдо. Устрою встречу. Но, - посмотрела на застывшее маской лицо, - вы не должны давить и требовать. Понимаете?

Осборн медленно кивнул, схватил мою руку и проколол палец непонятным кругляшом, полетев назад от мощного толчка. Источник неистовствовал, прося разрешение испепелить обманщика.

- Какого цвета? – прохрипел, держась за купол и тяжело дыша. Тонкая струйка крови вытекала из носа. Все-таки он был силен. – Артефакт определения родства.

- Можно было просто спросить, - проворчала, тяжело вздохнув. Говорят, горбатого и могила не исправит. Это про Биго. – Бледно-розовый. Здесь моя кровь, я не отдам артефакт.

- В некоторых вопросах нужна полная достоверность, - вытер платком нос. – Оставьте себе, как и повозку Изабеллы. Я узнал, что вы не плоть от плоти, значит породнились на крови… Предложение о встрече еще в силе? – прищурил глаза.

- Я всегда выполняю свои обещания... Если не изменитесь, она не простит второй раз. Всего доброго, прадедушка, - съехидничала, сунув кругляш в карман. Лицо Биго приятно вытянулось от удивления.

Источник так и не получил разрешения испепелить, поэтому… Осборн случайно поскользнулся и упал плашмя вниз, сломав нос. Знал, что за дело, поэтому не возмущался.

Ну вот, маски сорваны. Хорошо, что успела отречься от рода. Противоречивые эмоции душили. Желание помочь тесно соседствовало с жаждой придушить. Барьер исчез. Меня окружили друзья, уводя прочь. Кертис заявил, что я слишком доверчивая. Пусть наши новые жители, намек на гномов, озаботятся каким-нибудь артефактом защиты. Согласилась, мысль дельная.

Оказалось, наши изгнанные умерли этой ночью. Случайно съели хлеб, предназначавшийся для отравы грызунов в подземельях. Глава гильдии лекарей подчистил хвосты. Что ж, они сами выбрали этот путь.

Забрав Барри из ратуши, съездили по его наводке в несколько лавок, выгодно продав все вещи. Сильно чесалась рука, не понятно от чего.

Первые два адреса гномов не дали выхлопа. Сожжённые дотла дома свидетельствовали об отсутствии любых жителей. Подвалы были пусты. Мы проверяли.

На третий раз повезло. Драшар, одев памятную обувь на платформе, выдыхал сквозь зубы ругательства и требования открыть дверь. Трясшийся от страха с той стороны человек, приоткрыв узкую щель, оценил воинственный настрой, признал в страшненькой толстушке гнома и таки пустил внутрь. Балансируя с грацией пьяной красотки на платформе, Драшар гаркнул живо собираться, поминая матными словами до десятого колена того, кто придумал это орудие пыток.

Гномья пара тряслась, не в силах поверить в подарок небес. Я обомлела, считая маленьких, проворно выскакивающих детей – семь, семь девчонок погодок!!! И младенец на руках.

Но больше всех был счастлив хозяин дома, легко давший все необходимые клятвы. Жмурясь от радости, чуть ли не пинком вытолкал гостей и оглушительно громко захлопнул за нами дверь, издав вопль победного ликования.

Вторая семья жила под лавкой ушлого аптекаря, не собиравшегося никому отдавать «бородатое имущество». Тощие, лысые, бледные гномы в рабских ошейниках покорно перебирали снадобья, варили и тестировали зелья на себе. Впав в бешенство от вида сородичей, Драшар на лету обезглавил аптекаря, разгромив лавку от пола до потолка. Собирать было нечего. Бережно посадили восемь гномов мужчин разных возрастов, трогаясь в обратный путь. Жадные языки огня облизывали ветхий дом, принесший столько страданий.

Поделившись силой с каждым страдальцем, после чего они крепко уснули, пересела к Кертису на козлы, благо места было много. В груди не хватало воздуха. Как можно быть таким бесчеловечным? Я горела эмоциями и оранжевым огнем, вырвавшимся наружу, не причиняющим вреда капитану.

Слов ни у кого не было.

На выезде толпились мужики в железках. Стражники, увидев мое лицо, сразу убрались подальше. Махнув рукой, раскидала загораживающих проход наемников. Обернулась. Все три наших транспорта благополучно выехали. Нам что-то кричали в след. Оглушенная чувствами ни черта не слышала и очень не хотела погони. Решетка на воротах с диким грохотом сорвалась вниз. Источник заблокировал выезд.