Ордефлейк: Выбор Двух Роз.Том-1

Глава 9. «Цена встречи»

Сон был чёрным и бездонным, пока его не нарушило странное ощущение: теплое, влажное, настойчивое. Елена сквозь сон сморщила нос, пытаясь отмахнуться. Ощущение повторилось. Что-то шершавое и нежное одновременно водило по её щеке, потом по носу.

Она застонала и открыла глаза.

В сантиметре от её лица сидели два огромных, как блюдца, глаза цвета полярного сияния - в их глубине переливались и гасли призрачные зелёные, сиреневые и серебристые всполохи, как будто в них была заключена сама северная ночь. Они смотрели на неё с немым любопытством и восторгом. За ними виднелась острая мордочка, треугольные чёрные ушки и пушистый, белоснежный мех.

Елена вскрикнула от неожиданности и резко села на кровати. Существо на её груди, крошекий лисёнок размером с котёнка, от неожиданности подпрыгнуло, но не убежало. Оно лишь забавно шлёпнулось обратно на одеяло, помахивая пушистым, с белым кончиком, хвостом, и снова уставилось на неё умоляющим, жалобным взглядом. Казалось, он говорил: «Не гони, я так долго искал!»

Дверь в комнату с глухим стуком распахнулась, и в проеме, заполняя его собой, возник Алекс. Его поза была боевой, жёлтые глаза метали молнии, а рука уже лежала на рукояти скрытого под плащом оружия. Он окинул взглядом комнату, ищущий опасность, и его взгляд упал на кровать. Напряжение мгновенно спало с его плеч, сменившись… удивлением? Или мягкой досадой?

— Что случилось? — его голос был низким, хриплым от сна.

— Он… он меня разбудил, — растерянно прошептала Елена, указывая на лисёнка, который, видя Алекса, радостно завилял хвостом и издал тонкий, скулящий звук.

Алекс вздохнул, и его строгое лицо смягчилось на долю секунды. Он вошёл и прикрыл дверь.

— Ваше окно, — просто сказал он, кивнув в сторону.

Елена повернула голову. Окно, которое она наглухо закрывала с вечера, теперь было распахнуто настежь. Сквозь него вливался прохладный, предрассветный воздух, пахнущий хвоей и сырой землёй, и легкая штора колыхалась, как парус.

— Но… как?

— Фамильяры, — пояснил Алекс, подходя ближе. Он не сел, а присел на корточки перед кроватью, его движения были плавными и бесшумными, как у большого хищника. — Особенно сильные и своевольные, могут принимать различные обличия, чтобы пройти незамеченными. Но только перед своим истинным хозяином они всегда предстают в подлинном виде.

Он протянул руку, и лисёнок тут же переключил всё своё внимание на него, тычась мокрым носом в его ладонь. Алекс не улыбался, но его пальцы начали чесать пушистое белое пузико, и от его прикосновений исходила непривычная нежность. Лисёнок зажмурился, зафыркал от наслаждения и перевернулся на спину, подставляя всю себя для ласк.

Елена с умилением наблюдала за этой сценой. В жёстком, холодном телохранителе открывалась какая-то иная грань. И тут её осенило.

— Это… твой фамильяр?

Алекс кивнул, не переставая чесать лисёнка за ухом.

— Его зовут Кицунэ. Хитрый бесёнок. Видимо, очень захотел познакомиться с тобой поближе, раз устроил такой проход.

Неожиданно Алекс наклонился к маленькому лису и что-то тихо, на странном, шипящем языке, прошептал ему на ухо. Удовольствие мгновенно исчезло с мордочки фамильяра. Он печально, почти предательски, взглянул на Елену своими полярными глазами, словно извиняясь. Потом ловко подскочил, одним прыжком оказался на подоконнике, оглянулся ещё раз и бесшумно спрыгнул в темноту, растворившись в ней.

— Эй! — Елена вскочила, подбежала к окну и высунулась наружу. Внизу, в глубокой тени от стен школы, не было видно никого. Только ветер шелестел листьями далеко внизу.

— Не переживайте. С ним всё в порядке. Он отправился домой, — голос Алекса звучал за её спиной снова ровно и бесстрастно. — А вам сейчас следует лечь и постараться уснуть. До утра ещё несколько часов.

Но уснуть она уже не могла. Она ворочалась, представляя себе этого белого хитреца, пробирающегося сквозь тени, чтобы просто… лизнуть её в нос. Мысль была одновременно пугающей и невероятно тёплой. Значит, не всё здесь было враждебно. Значит, даже у её угрюмого тюремщика-защитника было что-то мягкое и преданное.

Пробуждение по будильнику было резким. Лучи утреннего солнца, уже не такие ласковые, как вечерние, резали глаза. Елена потянулась, встала и, взяв большое пушистое полотенце и скромную косметичку, вышла из комнаты.

В коридоре её ждала картина, от которой она замерла. Алекс сидел на полу, прислонившись спиной к стене прямо напротив её двери. Его голова была запрокинута, глаза закрыты, а мощные руки, скрещенные на груди, медленно и глубоко поднимались в такт дыханию. Он спал. На его обычно напряженном лице не было и тени бдительности или суровости. Он выглядел просто… усталым молодым человеком. Елена почувствовала неловкий укол жалости. Он действительно дежурил тут всю ночь. Она решила его не будить.

Общая ванная комната, расположенная в торце коридора на этаже ниже, поразила её. Она ожидала чего-то аскетичного, но это был просторный зал, отделанный светлым мрамором с прожилками лазурита, разделённый на три просторные кабинки с высокими дверями из матового стекла. Она выбрала первую.