Орден Белого Пламени

Глава 4

- У вас есть два пути, - громкий голос наставника Ролуда разнёсся по небольшому полю, куда девятнадцать ребят разного возраста добирались сутки пешком. Добрались не все – один мальчик увяз в болоте. А это только первый день. Худые мальчишки и девчонки, коих было раза в три меньше: кому десять, кому пятнадцать, но все с серьёзными и собранными лицами, пытались выровнять дыхание и сердцебиение после утомительного бега до места. Ведь наставник обещал: кто придёт первым, обратно поедет на лошади. А кто последним, тот будет мишенью. Если в первом ещё приходилось сомневаться, то в последнее поверили на слово. Для этого хватало утонувшего Карама. – Вы можете стать наёмниками ордена Белого Пламени и почётными его членами. Или же умрёте.

Не по возрасту серьёзные дети старались бесшумно дышать, чтобы не упустить ни одного слова нора Ролуда. Мужчина улыбнулся, не заметив страха в юных лицах. Они выражали лишь уверенность и стремление.

- Та жалкая группка, что дойдёт до конца обучения спустя двенадцать лет, станет наёмниками и уже никогда не сможет покинуть орден. Либо орден, либо смерть, - лоб наставника нахмурился, заметив поджатые губы и несколько сомневающихся лиц. – Вчера вас было двадцать. Двадцать оборванцев, нищих, никому ненужных, покинутых. Вам дали второй шанс, глупцы, заметив лишь каплю потенциала, воли или силы. Сегодня вас уже девятнадцать. Вернётесь вы в ещё меньшем количестве. Так, может, вам и нужно подыхать, как собакам, захлёбываясь в луже, если отбросы, вроде вас, ни на что не годны? – низкий угрожающий голос стал ещё громче, и несколько ребят в страхе опустили головы и мелко затряслись.

Кто-то продолжал твёрдо стоять, упрямо вскидывая голову. Нор Ролуд усмехнулся, заметив среди них самую мелкую девчушку со снежными волосами, которые сейчас висели грязными сосульками. Одна из самых маленьких в этом отборе и самая младшая из всех девчонок, которые когда-либо проходили отбор. Она надеялась на какое-то снисхождение, пока не началось обучение. Ребёнок устойчиво стоял на мокрой после дождя земле с плотно сжатыми губами. Она всё же мелко тряслась, и мурашки покрывали открытые руки. Сложно было понять причину – холод или всё же страх. Очень тонкие ручонки и маленькие ножки восьмилетней девочки вызывали только жалость. И лишь упрямый взгляд из-под бровей говорил о силе духа. Наставник ещё раз усмехнулся, подойдя слишком близко. Может, из-за этого её и взяли. Возможно, в ней есть даже потенциал, но какой в нём смысл, если она скоро умрёт? Нор Ролуд был строгим и очень жёстким, но не жестоким. Он не любил набирать заранее обречённых.

- Ты пришла последняя? – уже тише спросил мужчина, смотря вниз на грязное маленькое личико, которое даже на удивление и сейчас не выдавало страха. Только тело начало потряхивать чуть сильнее.

- Я, наставник Ролуд! – звонко крикнула девчонка, и молодой человек даже слегка поморщился.

- Имя?

- Силия Ширан!

- Ну, что ж, Силия, как и обещал, будешь мишенью. Вставай к помеченному дереву, - бросил наставник, возвращаясь на своё место.

Ребёнок шёл медленно, неуверенно переставляя ноги и украдкой поглядывая назад. Когда девочка дошла до широкого дерева, раза в три шире её, повернулась и опустила голову, будто пряча слёзы. Остальные уже выстроились в одну шеренгу, приготовившись метать кинжалы. Силия не слушала наставления нора Ролуда, пытаясь собрать все свои силы, чтобы не убежать, не упасть на колени, не начать умолять и не расплакаться. Она слушала ветер и шелест листьев над головой, вцепилась уже ободранными ногтями за мокрую кору, упрямо сжала зубы и зажмурилась.

«Не думать об этом, не думать об этом, не думать об…», - мысль оборвалась, когда рядом просвистел кинжал. Девочка тихо всхлипнула, сильно затряслись колени. Теперь важно не открывать глаза, ни за что не открывать глаза и не разрыдаться совсем. Она чувствовала, что иначе её убьют. Пусть её сейчас ранят, это больно и страшно, но за истерику точно убьют.

Она сотни раз пожалела, что согласилась ехать с неизвестным большим мужчиной, который обещал привести её к родителям, которых она никогда не знала. Но он привёл её сюда и сказал, что её заберут, как только она закончит обучение, но только если будет сильной и не станет позорить маму и папу. Силия очень хотела, чтобы родители её забрали, она собиралась стать сильной и боялась, что они не примут, если опозорится. Она и сейчас этого желала, но была так напугана, что много раз захотела вернуться в дом старой ворчливой тётки Мулаши. Тётка её не сильно била и не так пугала. Только часто ругалась и заставляла убирать, готовить и стирать. Но там было безопасно и спокойно. А теперь очень-очень страшно.

Девочка слышала свист кинжалов, большинство из которых даже не долетало до дерева. Какие-то пролетали мимо. Наверное, ребята сами боялись попасть и кидали в сторону. Но вот кинжал воткнулся в кору чуть ниже головы, и Силия резко распахнула глаза, с диким страхом и шоком смотря то на торчащую рукоятку сантиметрах в двадцати от неё, то на спокойного высокого мальчишку, что прибежал первым.

- Молодец, Йурга, - хмыкнул наставник, а тот самодовольно улыбнулся и отошёл в другую сторону, предоставляя очередь другому.

Силия не сводила взгляда с сероволосого тринадцатилетнего мальчика, и где-то внутри закипала ненависть и злоба. Ему ведь было совсем не жаль! Ему было бы всё равно, если бы он попал и убил её! Девочка с силой сжала кулаки и нахмурилась, на секунду забыв свой страх и тех, кто ещё пытался попасть в дерево. Она захотела отомстить и уже представляла, как воткнёт этот нож ему в живот, как прилетело очередное лезвие и вспороло кожу на ноге чуть выше колена.

Ширан вскрикнула больше от неожиданности, чем от боли. Взглянув вниз, она заметила лишь небольшой порез тонких брюк и несколько капель крови. Кинжал только оцарапал кожу. Почему-то именно сейчас Силия совсем перестала бояться. Ведь она может уворачиваться, разве нет? Она выпрямилась и прямо посмотрела на нескольких оставшихся ребят, что трясущимися руками пытались докинуть оружие до цели. Маленькая девочка печально усмехнулась. Они боялись и тряслись больше, чем она, но лишь она одна была на этой стороне. Она отчётливо почувствовала, что была храбрее и сильнее их.