Орден благородной Алемты

Глава 8

“Что за гадость ты мне дал?” — Яр выразительно опустил глаза на пах.

Разговаривать с толмачом за ужином было не слишком удобно, но вопрос явно жег ему язык.

— Зелье для ритуала Усмирения плоти, — Каликс дал себе мысленный зарок раздобыть новый пузырек. Время было, обычно между ритуалам проходила седьмица, а иногда и декада. Но главное — не позабыть. — Чтобы семя покинуло тело без греха.

“Эта гадость — и есть самый настоящий грех! — заявил Яр убежденно. — А ваши жрецы, видимо, еще хуже наших”.

— Наши Жрецы являются хранителями Обрядов и Ритуалов и помогают отрокам их освоить, — поправил Каликс. — За соблюдением Обетов следят Главы Орденов, они же выносят порицания или накладывают наказания в случае выявления их нарушений. В каждом Ордене есть обязательные Обеты и желательные. Обет Целомудрия член Ордена волен принимать или нет по собственному усмотрению, — дождался, пока Яр закончит читать, а потом спросил: — У вас не так?

Яр перечитал сказанное несколько раз, а затем ткнул в какое-то слово пальцем.

“В нашем языке нет такого”, — сказал он.

— Чего нет?.. — удивился Каликс. — В каждом Ордене есть обязательные Обеты… — повторил он медленно. — Обет Целомудрия каждый…

— Бан! — остановил его Яр. — Це-ло-мур-дия. Да нир батале́м.

— Как нет? — растерялся Каликс. — Целомудрие. Добродетель. Сохранение духовной и телесной чистоты. Невинность, — принялся он перечислять синонимы. — Ну то есть добровольный отказ от соития с женщиной и самоудовлетворения.

“Отказ от соития с женщиной?.. — переспросил Яр отчего-то довольно. — Жаль, у нас такого нет. Женщина — святой сосуд. Его необходимо наполнять. Но, к счастью, я больше не должен осенять королевской милостью каждый сосуд, на который укажут жрецы…” — добавил, почему-то понизив голос.

Может, Королеву сбили с пути нравственности и добродетели нравы Водного Королевства? И она решила, что вправе требовать наполнения ее сосуда от первого Рыцаря своего мужа? Все равно ее поступок оставался недостойным Короля и учения всех Орденов.

— Но тогда почему ты не пользуешь зелья Очищения? — спросил Каликс, приказав себе не думать о Королеве. Она, хвала Звезде, далеко и больше не сможет угрожать репутации Рыцаря и чести Короля. — Ведь, если семя не сливать, телу становится плохо. Или ты предпочитаешь самоудовлетворение?

“Я предпочитаю, — теперь Яр снова говорил медленно, словно подбирал слова, — чтобы семя сливалось без помощи магической мерзости. И давно ты дал этот Обет?..”

— Сразу после Испытания Воли, когда из отрока стал Рыцарем, — Яр прочел слова, но явно не понял их смысл, и Каликс пояснил: — В восемнадцатую весну все отроки проходят Испытание Воли. Непрошедшие изгоняются из Ордена, остальные — посвящаются в Рыцари. Тогда же нужно принять и необязательные Обеты, какие выберешь сам. Как правило, отроки определяются за три года до Испытания Воли, но бывает, что меняют свой выбор в тот год, что путешествуют по королевству. Какие именно Обеты ты хочешь принять — дело только твое, и никто не вправе тебе их навязывать. Наставники могут только помочь разобраться в их сути.

“На твоем месте я бы тоже выбрал отказ от соития, — Яр отодвинул пустую тарелку, налил себе еще не слишком выдержанного, но хорошего вина и, пригубив напиток, невозмутимо закончил: — Это будет честно по отношению к той, с кем ты в итоге свяжешь жизнь. Она ведь придет в союз девственной.”

— Что случилось в столице? — переварив информацию, Каликс задал вопрос, не дававший ему покоя уже столько дней. — Ты хотел совершить с кем-то соитие? — добавил, поделившись озарением.

— Нир! — буквально выплюнул Яр.

“Я НЕ хотел! Не захотел. Отказал. Такой же, как эта глупая баба на карете. Она знала, что я из Водных Земель, но не знала, что наследный принц. Посчитала, что я ее оскорбил — ну и просто по-женски оскорбилась. Заявила своим слугам, что я хотел овладеть ею насильно. А слуги ее почему-то любят — непонятно, за что. Связали мне руки, я даже до Королевского амулета дотянуться не успел”.

— И по законам Королевства Джингхарин за насилие тебя хотели лишить греховной плоти, — догадался о дальнейшем Каликс. — Но они допустили противозаконие, решив устроить самосуд. Ты можешь подать Королю прошение о наказании. Ту даму будут судить за ложный навет, ее слуг — за членовредительство и самоуправство. Каждый, кто ступил на землю Джингхарина, находится под протекцией Короля, и все имеют равные права на его защиту, независимо от места рождения и подданства.

“Может быть… — без особого энтузиазма протянул Яр. — Когда вернусь с тобой в Столицу. Кстати, как долго ты собираешься путешествовать и какова конечная цель?”

Каликс много бы отдал, чтобы не отвечать на вопрос Яра. Но тот был с ним откровенным, рассказав, как оказался в той ситуации. И подобная честность требовала ответного шага.

А еще Каликсу отчаянно хотелось снять груз с души, поделившись им с кем-нибудь. Король нисколько не облегчил его ношу, хоть и признал, что вины Каликса в произошедшем не было.

— Самое малое — два года, — решился Каликс. С трудом выговорив первую фразу, он понял, что готов говорить дальше. — Моя цель — посетить Стылые Земли. Но это лишь предлог. Причина — меня возжелала Королева.