Орки правят балом

7

Если бы я писала жалобу на гостиницу, которая предоставила мне комнату, то я бы использовала всю бумагу в округе. Даже туалетной бы не побрезговала, чтобы излить свое "бе" на местопребывания.

Но я находилась ни у себя на планете. Родные стены мне заменили остатки ящероподобного гиганта, небо — крышу. Вместо лампочек - электрическое яйцо. А кот - это собственный ребенок, который может лишь хвостом махать и гоняться за мелкими грызунами и страшными многоножками.

— Не трогай каку! — в десятый раз пытаюсь согнать Эля с позвоночника над головой. Дракончик забрался туда, чтобы перекусить огромным пауком. — Животик болеть будет!

Нет, не готовила меня жизнь к такому. Собственный ребенок жрет всякую гадость ползучую, а потом мило лупает глазками и сворачивается на яйце истинной. Моя психика и так попрощалась со спокойствием, а теперь и брезгливость ко всяким паукам — тараканам выползла на поверхность.

Я могу голыми руками кишки разматывать и опорожнять их при кишечной непроходимости. Рвоту воспринимаю как один из симптомов заболевания. Но ко всяким ползучим тварям не привыкла. Они меня пугают своей внезапностью и внешностью.

Но даже когда пытаюсь оттащить ребенка за хвост от яйца, я стараюсь видеть только светлую сторону.

— Моя крошка... ух, какой тяжелый... ходить умеет... и сильный! — хвост выскакивает из рук и "бешеная юла" несется к яйцу. — Ни стыда, ни совести! — грозно трясу своим кулаком. — Мать на истинную променял. — убираю волосы с лица и стираю выступивший пот. — Тебе еще дорасти надо, до девочек.

Белая мышь лишь язык мне показала и выгнулась дугой, как кошка.

— Последний раз прошу, не жри всякую мерзость! Я блинов напекла... из корешковой муки.

Дракончик недоверчиво посмотрел на раскаленный камень, на котором лежал артефакт огня, и плюнул снопом снежинок.

— Согласна, мне здешняя диета тоже надоела. Гадость еще та. Особенно, в моем исполнении, — поморщилась, глядя на блюдо. С грустью вспомнила доставку суши, пиццы и домашней еды. А здесь приходится уповать на золотые ручки Урд'аха.

Правда, я уже неделю стерегу Эля, а моя семья пытается подготовить место для ПМЖ. Урд' ах сказал, что большинство болотников готово уйти с деревьев за нами. Им понравилось сидеть на опушке под солнышком и чистым воздухом. Теперь молодежь хочет нормальные природные условия, и готова строить, копать и носить.

Я конечно, рада таким просветлениям болотников, но нам самим жить негде, а они хотят "как передовое семейство ах". Смешно даже звучит. Вспоминаются фильмы и книги про переселенцев, которые с нуля все строили.

В пещере было много места, поэтому я активно занималась травами, плетением, зарядкой и чтением (Руки, наконец-то, дошли). Все остальное время, бегала за шустрым сыном и пыталась поговорить с его драконом. Последнее у меня не получалось, я даже собственную чешую потеряла, потому что уже свыклась с происходящим.

— Здравствуйте, Оливия, — внезапно раздался голос из темноты прохода.

Смутно знакомый говорок. Такой тихий, ласковый и теплый, будто старается влезть в подсознание и приручить.

— И вам не хворать, Дев'рах, — улыбнулась пришедшей тени. — Долго же меня искали. Я думала, раньше поговорим. Ну что сделаешь, раз вы такие медленные, — очень вежливая девочка сейчас стоит перед ним.

Я хотя бы матом не ругаюсь и в руки ничего не беру. С моей стороны — это максимум приличия по отношению к данному индивиду.

— Ждали? — обманчиво медленный дед посеменил к светлому участку пещеры. — Знаете, о чем мы будем говорить?

— Давайте подумаем логически... Вместе. А то у вас иногда причинно-следственная связь страдает, — как "гостеприимная" хозяйка, я всеми фибрами души показываю свою радость незваному гостю.

Дед скользит вдоль ребер и, наконец, находит место для постоя. Его белесые глаза смотрят в пустоту, а я запоздало вспоминаю, что дедуля слеп. Иногда этот жрец пугает своей проворностью. За время нашего расставания я вовсе забыла о мерзком степняке.

— Я дракон, так же как и мой сын. Доченька-маг, — загнула три пальца и усмехнулась. — Судя по тому что я видела, ваше поселение автономно и может содержать само себя. Но вот беда... охрана, безопасность и оборона. Ни в одном из мест обитания ар'ханов я не увидела нормальной армии, генералов и средств обороны. Были бы у степняков дракон и маг, остальные ар' ханы сами бы пришли под вашу защиту. К тому же я целитель. А это уже огромный плюс окружающих. Одна беда - Урд'ах, который не желает власти, воин и порабощения.

— Хорошо мыслишь, но не все видишь, — усмехнулся дед.

Вспомнила слова Урд'аха. Он тоже мне говорил, что я "смотрю глазами" — узко мыслю.

— За моей спиной, яйцо. Я могу пробудить еще одного дракона, который будет "чист". Из новорожденного легче сделать любимого "песика".

— Нет. В тебе тоже нет, — покачал головой жрец. — Ни у Урд'аха, ни у тебя... — дедуля смотрел за мою спину, где белый дракончик с интересом наблюдал за разговором взрослых. — Ты дракон, а живет на болоте, питаешься корешками и моешься... Сегодня мылась? — мужчина поморщился и брезгливо передернул плечами.

— Агрррр...

— Я ждал, когда терпение у нежной и избалованной лиеры иссякнет. Считал ваши порывы детскими и сиюминутной блажью. Но вы слишком далеко зашли. Знаете, даже мои люди хотят уйти жить рядом с вами. Точнее, с ар'ханом и вами. Не думал, что после ухода Урд' аха, все изменится.

— Вы просто надеялись на лучший результат, — благожелательно произнесла, поддерживая беседу.

— Да, но теперь нужно действовать, — мило улыбнулся старик. — Раз все компоненты собраны, пора ар'ханам заиметь лучшие места в этом мире.

— Чего? — пискнула я и тут же ощутила, как в темечко что-то прилетело.

Мое тело свалилось от одного удара. Глаза были открыты, но сознание оглушило.

Вижу, как огромные орки втискиваются в пещерку. Зеленые гиганты в черных "доспехах" идут к яйцу. Мой маленький сын мечется на скорлупе и злобно раскрывает ротик... без зубов. Его крылышки мельтешат перед взором. Наверное, Эль кричит. Но я не могу пошевелиться.