Орнамент с черепами

Глава пятнадцатая

Глава пятнадцатая

Потом Эситея шла одна по опустевшей улочке, низко опустив капюшон на лицо. Переход в состояние счастья оказался настолько стремительным, что она не могла ни согнать улыбку со своего лица, ни собрать мысли воедино. В сложившейся в городе тревожной обстановке такое безудержное счастье было неуместным. Она шла, куда ноги ведут. И ноги снова привели ее к городской стене. И звуки знакомого проникновенного голоса быстро помогли собраться.

– Мне часто приходится проверять готовность укреплений к обороне, – неторопливо говорил Ронтар Кейстен, – и то, что я вижу у вас здесь – не самое плохое из всего, что мне доводилось видеть. У вас было так мало времени, чтобы укрепить старинные стены, примите мое восхищение, господин Леждин. Хотя я бы обязательно предусмотрел обычную защиту от приставных лестниц. Наклон стен, конечно, не обеспечишь, но хотя бы навес.

Господин Леждин кивал с непроницаемым видом. Эситея полностью пришла в себя. Помимо снисходительно рассуждающего Кейстена и бесстрастного Леждина, на городской стене стояла еще и Герейна Верриль с несколькими меотийцами. И взгляд одного из них дикеофора почувствовала даже стоя под галереей, опоясывающей городскую стену. Холодный внимательный взгляд темноволосого незнакомца с орлиным профилем и тонкими, крепко сжатыми губами.

– Ах, Эссиль, подождите меня немного. – Девушку заметил и Кейстен.

Эситея замерла. Дартанай легко сбежал вниз по лесенке.

– Как же вы измучились, дорогая, – нежно произнес он – Вы, как всегда, забываете о себе. И в результате запавшие глаза, обветренные губы.

Девушка молчала, опустив глаза. Отголоски прежних чувств мешались в ее душе сейчас с досадой на саму себя. Вот как она может быть такой идиоткой? Ведь уже не юная девушка, по-детски слепо влюбленная в заботливого мужчину.

– У меня есть с собой разбавленное вино с травами, которое вы всегда любили, Эссиль. Выпьете, чтобы взбодриться?

Она молча подчинилась, даже не почувствовав вкуса напитка.

– Я мог бы заботиться о вас всю вашу жизнь, – тихо сказал Ронтар, – если бы вы согласились. Но ведь говорят, что вы выбрали Астайнара. Это правда?

– Да, – не поднимая глаз, но решительно ответила Эситея.

– Ха! Так Астайнар собирается героически погибнуть через несколько дней, – сообщил Леждин, оказывается, тоже спустившийся со стены со всеми своими спутниками. Дикеофора подняла глаза. Градоначальник внимательно наблюдал за ее реакцией. – И любой желающий сможет поухаживать за очаровательной девушкой после его гибели.

Эситея нечаянно снова взглянула на загадочного незнакомца. Тот сейчас повелительно смотрел на Герейну. И обаятельная, уверенная в себе дартанайка под его властным взглядом напоминала перепуганного олененка.

«Почему же ни Леждин, ни Кейстен не замечают этого странного человека? Ведь очевидно, что именно он – ключ ко всему непонятному, что творится вокруг Герейны».

– «Любой желающий» мне не помеха. Я просто подожду. Эссиль ведь не сможет мне отказать, – нежно улыбнулся Эситее Кейстен, не замечая ее раздражения, вспыхнувших глаз и плотно сжатых губ, ее гнева на саму себя, гнева, в котором горели сейчас остатки детской влюбленности.

Герейна, подчиняясь молчаливому приказу незнакомца, рванулась вперед, к выходящему у нее из-под контроля жениху, преображаясь в милую, веселую девушку. Пухлые алые губы изогнулись в улыбке, влажно сверкнули безупречно красивые зубки.

– Господин Леждин, – тихо произнесла дикеофора, преодолевая неуместное сейчас раздражение и собираясь незаметно указать градоначальнику на загадочного незнакомца, – обернитесь.

– Да? – Леждин вопросительно поднял бровь, окидывая взглядом окружающих его меотийцев.

Но странного человека с орлиным профилем рядом уже не было. Он как сквозь землю провалился. Только что был, и вот его нет.

А Герейна так и не смогла призвать своего официального жениха к порядку, внезапно залюбовавшись Пелеем Леждином, сразу же ответившим на ее явный интерес ослепительной улыбкой.

– Нет, ничего, – только и сказала Эситея, глядя на все это.

***

Он пришел к ней поздним вечером, взбудораженный градоначальник Леждин.

– Я к вам, как к лекарке, Эситея, – ухмыльнувшись, сообщил он, оказавшись у нее в приемной комнате. – Есть у вас такое средство, которое бы позволило мне, м-м-м… не страдать без женщин? Я же понимаю, что должен вести себя безупречно, но нет никаких сил. Я молодой, неженатый, темпераментный мужчина. Я даже в вас, госпожа дикеофора, вижу хорошенькую женщину, даже когда вы в вашем широком плаще. А уж сейчас, без плаща, и подавно.

Эситея вспыхнула.

– Полным-полно таких средств, – сказала она ехидно. – Обычно жены добавляют их любвеобильным мужьям в холодные блюда на ужин. Проблема в том, что обычно после этого их мужья спят крепким сном, а вам оборону города организовывать нужно.

Леждин, глядя на покрасневшую девушку, понимающе усмехнулся.

– Поэтому я обратился к вам, Эситея, а не к рядовому лекарю. Знаете пословицу «лекарства дикеофоры всегда помогают»? Подберите что-нибудь, что помогло бы мне остаться активным градоначальником, но снизило бы… м-м-м… мой интерес к прекрасному полу.