Ось мира: первый манифест Фантазиума

5. О ДУМАХ И МЕЧТАХ ОДНОГО ФИЛОСОФА

– Не дать ли злым существам второй шанс? – возникла очередная мысль в голове у норда Брана. – Ведь они тоже существуют, не так ли? Они часть нашей Фантазии! Что, если попробовать переманить их на сторону добра, на сторону света?

– Сам-то в это веришь? – скептически, с недоумением отнёсся Лабак Мблабак.

– И нужно ли это? – фыркнула Крога Фельвр. – От зла необходимо избавляться раз и навсегда, чтобы оно не разрасталось – его и так в разы больше, чем добра, и оно имеет тенденцию к увеличению. К сожалению, зло популярнее добра. Как по мне, пусть антагонисты прячутся подальше, в каких-нибудь своих норах – а то, боюсь, не сдержусь и пристрелю.

– На сей раз я согласен с синеглазкой! – сказал Барук Узбад.

– Я понимаю порыв гнома, но – эльфа? – удивился Тэнкер. – Обычно такого мудрого и терпимого... Всё же, давайте хотя бы попробуем? Каждый в этом мире заслуживает хотя бы чуточку внимания!

Но арахниды не вняли ничьим просьбам и убеждениям, скрывшись в глубоких, сырых пещерах, преисполненных сталактитов и сталагмитов; филиноиды сидели на суку, глядя не мигающими, не понимающими зенками, отчаянно, встревожено ухая. Бестии и вампы1, фурии и драздрапендры, ведьмы и вервольфы2, враны3 и крыланы4, гриффоны и луноеды, омофаги и кадаверы, криптозавры и кефалогиганты – никто не откликнулся даже просто на призыв. Они почти не шелохнулись... Кто-то лишь глубже закопался в землю, кто-то – на мгновение вздрогнув, остался наедине со своим злом, множа лишь чернь и гниль, порождая себе подобных.

Тогда пасть свою разверзнула дракониха Мейлонг, дабы пробудить и достучаться. И неистово бил великан Лабак Мблабак в большущий гонг, и в бубен, и в тамтам, чтобы призвать своих, аккомпанируя ударам раскатами инфразвука из своей гигантской глотки. И фея Олейна Пелидрин здесь тоже, пытаясь чарами своими исцелить всех тех, кто в глухой и беспробудной тьме.

Тогда вышли вперёд на ясную поляну при свете Луны великаны, гоблины и тролли, мерзейшие из живущих ныне волшебных созданий.

– Я хочу мира и согласия, идиллии и дружбы, – заявил Бран Тэнкер, выступая вперёд.

– Не все из вас созданы такими изначально; идите с нами, – делая усилие, предложила эльфийка.

– Возможно, примут вас не сразу – но что вы теряете? – еле сдерживаясь, вторил ей гном – он считал всё это глупой затеей и бесполезной тратой времени.

– Я сам – из вас же, – признался великан.

– Мои предки также не святые, – заметила дракониха. – Тот, чьё имя навеки стёрто, породил таких, как я.

– У вас есть выбор: уйти во мрак навсегда или же тянуться к свету – который не только греет тело, но и излечивает даже многострадальную душу. – Вставила последнее слово фея.

Тогда вышел к ним некто, чьё сердце покрыто волосами, и чей облик нестерпимо отвратен. Это гротескное, псевдоэлегантное изумилище по имени Рарик (или Ралик) промычало:

– Мы честнее, ибо по нам сразу видно, кто мы и какие мы. Люди же иногда могут иметь прекрасный облик, но внутреннее содержание может быть даже хуже нашего, душа – чернее и черствее. Гонимые всеми с нескрываемым неприятием, презираемые, мы, изгои довольствуемся колодцами с испорченной водой; в наших хижинах перебой со свечами, фонарями и углём. Насекомые и грызуны портят наши съестные припасы, ухудшая и без того неблагополучную, неблагоприятную обстановку. Нас никогда не примут, и нас всегда будут ненавидеть... Такова наша правда.

– Мы смирились с этим, и мы навсегда останемся вашими врагами, – добавил другой, ещё ужасней, ещё страшней, ещё уродливей, – Не все из нас воплощение зла – но оно, зло нас объединяет. Так жить и проще и легче; мы так привыкли. И как сказал наш вожак, среди вас тоже хватает мусора – вы грызётесь из-за мелочей! Раздор по пустякам, на ровном месте. За кусок жёлтого металла брат предаёт брата, человек убивает человека. Так чем же вы от нас отличаетесь? Чем вы лучше? Да, вы почище, вы вымыты, но суть та же. Хотя нет... Вы ухищрённей, изощрённей многих из нас; с каждой новой ступенью вашего развития растёт и мастерство ваших гнусных замыслов, будь то грабёж, убийство или что-либо ещё. В своей мудрой голове вы строите грандиозные планы по захвату банков, и с каждым удачным захватом в мозгу вынашивается новый, качественней тактически и стратегически.

– Вы живёте скоростью; вы алчны, вам всё мало, – сказал третий, – Для достижения поставленных целей и задач вы буквально идёте по головам. Вы можете делать это сколь угодно тактично и красиво, но это всё равно будет преступлением.

– Может, мы и хаос, – рёк четвёртый, – Но вы – породители, руководители его.

– Мы уродились такими... Так в чём же наша вина? – задался вопросом пятый и «запел»: – Скулящие-рычащие, орущие-блюющие, хохочущие-грохочущие, прыгающие-дрыгающие, кричащие-визжащие, крикливые-визгливые, усатые-косматые, волосатые-бородатые, горбатые-поддатые...

– Мы свыклись, – озвучил свои мысли вслух шестой, – Что живём, что существуем так. Вы забрали у нас ресурсы (а теперь сами делите их между собой, и распрям нет ни края, ни конца). Мы можем пообещать, что больше не нападём на вас – сдержите ли вы свои слова? Что стоят ваши обещания? Мы злые и плохие, а вы? Разве что физически не столь уродливы. Мы – ходячие инстинкты и рефлексы; безобразные, бесформенные груды костей, кожаные мешки, у которых вместо слюны вонючая зеленоватая жижа. Отвратительные отрыжки и гнилостные испарения из полости пасти, омерзительное зловоние, антисанитария, недалёкость/аутизм, чёрная, грязная кровь – увы, всё это про нас, ребята. Смешно, не так ли? Ха, было бы смешно, если бы не было так грустно.