Оса: Путешествие на запад к Сердцу Океана

глава 5 часть 1

—Небольшой дроид-носильщик, нагруженный яркими свёртками, спустился по трапу. За ним из «птаха», как называли вариджа свои летательные аппараты, вышел Вей.

К месту посадки, ведомые любопытством, подошли игравшие на окраине посёлка дети. Он окинул их взглядом.

— Ага! Вот вы где! — его раскатистый смех эхом отразился от скал.

Подкатился дроид-носильщик. Вей, беря один за другим свёртки, подзывал к себе детей.

— Тун-тун, подойди, — позвал он. Он открыл первый свёрток и достал маленького светящегося дракончика, который бегал по его руке, забавно урчал и обвивался вокруг пальцев. — Держи! — он вручил подарок довольному малышу.

— Юко! — подозвал он девочку-подростка. Он открыл следующий свёрток и достал маленькую коробочку. В ней лежала цепочка из серебристого металла с небольшим кристаллом. Камень светился приглушённым голубым светом.

— Этот камень, — объяснил Вей, — с планеты Тиго. Её жители считают его талисманом, приносящим удачу. Он меняет цвет от твоего настроения. Юко смущённо улыбнулась, поблагодарив Вея, и камень сменил цвет на нежно-розовый.

— Линь! — позвал он её сестру. — Вот, возьми. Это была тонкая трубочка, похожая на флейту. — Попробуй.

Линь аккуратно взяла инструмент и попробовала сыграть свою любимую мелодию. Никаких звуков не последовало. Она удивлённо посмотрела на трубочку и на Вея. Тот загадочно улыбался. Дети затихли, все смотрели на Линь. И вдруг из океана, сначала один, потом второй, послышались крики и щелканья китов. Их становилось больше.

Вей кивнул смотревшей на него девочке. Она снова взяла трубочку и продолжила играть — звуки китов стали похожи на мелодию, которую она исполняла. Казалось, они пели под слышимую только им музыку. Звуки флейты переплетались с переливами китовых голосов, наполняя воздух волшебной симфонией.

К Трею он подошёл сам. В руках у него был небольшой кейс. Он поставил его на землю и нажал на ручку. С тихим шипением хорошо смазанного механизма ящичек открылся, потом снова и снова, словно матрёшка, извлекал из себя всё новые отделения. Через минуту перед ними стояли несколько десятков ящиков, набитых невероятным количеством всевозможных инструментов — от простейшей аккумуляторной отвертки до точных приборов для замера инженерных конструкций.

— Выменял у одного геолога на целую бочку превосходного вина Мина. Он твой. Трей смотрел с нескрываемым восхищением на всё это поблёскивающее металлом богатство.

Пока дети разбирались с подарками, Вей наконец подошёл к Мохе и Аруше, сидевшим на пороге. Он опустился на скамью рядом с ними.

— Ну что, воин света, — начал он, без церемоний беря со стоявшего рядом подноса фрукт. — Говорят, ты уже не только ходишь, но и иногда даже думать начинаешь.

Видеха улыбнулся.

— Пытаюсь, — ответил он. — Пока получается не очень.

— Любой путь начинается с первого шага, — отмахнулся Вей. — Он обернулся к Аруше: — А наша проводница не сломала тебя ещё? Она у нас суровая, как глубинное течение.

Аруша обняла Вея, и он ласково похлопал её по спине.

Землянин принес чашку травяного чая и подал гостю.

Они просидели так несколько часов. Разговор тек легко, как ручей. Вей рассказывал забавные случаи из заседаний Совета, Аруша делилась деревенскими новостями, а Моха молча слушал, впитывая простую, дружескую атмосферу.

А вечером в Дармате, как называли поселение вариджа, устроили небольшой праздник. Зажгли светящиеся гирлянды, Мэйлин запела одну из своих старинных песен, а Линь подыграла ей на новой флейте. Даже Тал расслабился и улыбался.

Вей сидел и смотрел на эту картину: на смеющихся детей, на спокойные лица взрослых, на землянина, который наливал ему очередную чашку душистого напитка. И в его глазах была любовь ко всему этому маленькому миру.

***

Мало-помалу жизнь в поселении налаживалась, и тревоги прошедших дней постепенно отступали, уступая место привычному ритму. Одним таким самым обыкновенным утром Аруша привела Моху на тот самый берег, где когда-то они впервые появились здесь.

— Я хочу исправить свою ошибку и научить тебя, как поладить с «йеми», — сказала она. Так вариджа называли этих животных. Она издала знакомый щелкающий звук, и из воды вынырнула пара блестящих зубастых морд.

— Сначала ты должен приручить его.

— Разве они уже не приручены? — удивился он.

— Нет. Ты должен почувствовать с ним связь, такую же, как иногда чувствуешь с Матрейей. Увидеть его душу, а он в свою очередь — твою. Чтобы вы могли доверять друг другу.

— Что я должен делать?

— Пока ничего. Наблюдай за ним. Он тоже наблюдает за тобой. Успокой свои мысли, не торопись. Доверься своей природе.

Моха ничего не чувствовал и не понимал, чего от него хотят. Через десять минут Аруша уплыла на своём в океан, оставив его одного «учиться». Животное плавало неподалёку от берега, то погружаясь, то выныривая, и его большие тёмные глаза, казалось, иногда останавливались на нём.

Спустя ещё минут двадцать ему стало скучно. Все это было похоже на розыгрыш. Он начал злиться на свою проводницу, на Вея (подозревая, что это его шутка) и на всю деревню.

От скуки он начал считать зубы у животного. Сверху насчитал двадцать восемь, снизу еще 26. Разглядывал мокрую кожу, и крылья, собранные веером вдоль боков.

Потом сходил в хижину и принёс графический планшет — раз уж делать нечего, решил изучить существо вдоль и поперёк.

Сначала он записал всё, что увидел. И когда попытался нарисовать животное тогда только заметил еще два зуба внизу — на которые сразу не обратил внимания. Это подстегнуло его интерес. Он стал изучать нижние плавники и разглядел крошечные коготки. Присмотревшись к коже, он понял, что она не совсем гладкая, и увидел сложный узор, похожий на змеиный.

Он рисовал, записывал и снова рисовал. Плавал рядом с ним в воде, гладил его, снова садился, отмечая всё новые детали, ускользавшие при первом взгляде.