Осень между нами

Глава 59.1. POV Андрей

Мелентьев ведет себя очень странно…

Сперва выполз из дома, предварительно наплясавшись с моей приемной сестрой и залив внутрь обмякшего тела тонну спиртного. А теперь несет лютую ахинею про «хорошеньких чистых девочек», которых он, «сволочь эдакая», жестоко «попортил» и разбил им их «хрупкие нежные сердца».

Какая муха его ужалила? С чего вдруг у него проснулась совесть, и он начал себя корить?..

– Я ж не думал раньше никогда… – промямлил Саня, цепляя Астахова за рукав для балансировки, с коей у горемыки наблюдались серьезные проблемы. – Это все неправильно… А что, если ее предки в полицию заяву накатают, и меня из школы выпрут?

– Не поздновато ли ты об этом задумался? – хмыкнул Макс, дико забавляясь его абсурдными излияниями. – Как по мне, в твоем случае уже поздно пить Боржоми. Да и резона нет так сокрушаться и переживать. Если бы у родителей хотя бы одной из сотни баб, с которыми у тебя что-то было, возникли претензии, поверь, ты бы об этом знал.

– Ты не понимаешь… – вяло отмахнулся от аргументов кутила, бесстыже вытаскивая из чужой пачки третью по счету сигарету.

– Возможно, – не спорил Астахов, стараясь утихомирить постепенно разгорающегося в неистовом пьяном буйстве парня. – Давай-ка лучше обсудим это потом. Например, после того как ты съездишь домой и проспишься. Вызвать такси?

– Не надо мне такси! – чересчур громко и отчаянно выпалил Мелентьев, тем самым привлекая к себе излишнее внимание гуляющих гостей вечеринки, на миг оторвавшихся от своих непристойных потех ради потенциального шоу с воплями и мордобоем. – Когда ЭТО произойдет, я обязан быть тут! Нужно проследить, чтобы ОНА не сделала ничего… Ничего, в чем я буду виноват…

– Кто она? Что произойдет? – спросил Максим озадаченно. – Санек, что такого ты успел натворить? Ну же, отвечай! Это как-то связано с Лялей и ее днем рождения?

– Пока ничего… – пискнул дурачок и отстраненно посмотрел сквозь густую толпу. – Но скоро…

– Хватит! – отрезал я, не имея больше ни толики желания выслушивать весь его собачий бред. – Собирай вещички, алкаш. Повезу тебя домой.

– Нет! – проревел тот с удвоенной силой, вперившись в меня, как в заклятого врага. – И ты никуда не поедешь! Не смей оставлять ее одну!

Эх… Беда…

По правде говоря, мне даже перехотелось выяснять с ним отношения и опять бить его по роже. Больно уж жалко и беспомощно он выглядел в своих душевных истязаниях и спонтанных откровениях.

Из них, конечно, мало что можно было понять по причине невменяемого состояния нашего разболтавшегося пациента, но все же…

Что-то у него в мозгу перемкнуло. Переключился некий рычаг, и он ни с того ни с сего стал вести себя как полоумный.

Вероятно, и к Тасе он поперся от какого-то нового для него чувства безысходности и угнетения. Что, так и быть, на сей раз я ему прощаю…

– Ну, если ты не хочешь ехать, может, расскажешь, что случилось? И что на тебя нашло? – поинтересовался Астахов, нахмурившись.

С момента начала вроде бы обычной будничной беседы взрослый друг, равно как и я, существенно переменился в лице с оптимистического выражения на взволнованное.

Мне и Максу было очевидно, что что-то здесь не то, и Мелентьев явно темнит.

Какой жуткий секрет он от нас прячет? И зачем сейчас решился открыть рот?..