Осень в Блэквуде

Глава 14. Шифр

— Я больше не могу смотреть на этого усатого дядю, — хрипло проговорил Коди, кивая на плотного мужчину в бумажной шляпке.

Мэри не ответила. Она свернулась калачиком, поджав под себя онемевшие ноги, и уткнулась лбом в колени. Слова Коди не долетели до неё. Но где-то в глубине, в закоулках памяти, зацепилось что-то.

Она резко выпрямилась, словно её ударило током.

— Что? — Коди моргнул, медленно возвращаясь из оцепенения, его веки были тяжёлыми.

— Лео, — выдохнула Мэри. В глазах, воспалённых от бессонницы, вспыхнуло понимание. — Методы шпионажа. Вторая мировая. Стеганография. Он как-то делал доклад на эту тему.

— Какие-то невидимые чернила… точки в газетной строке… К чему ты ведёшь?

— К тому, что он твердил: идеальная маскировка — не спрятать, а сделать неотличимым от фона. — Мэри сорвалась с места, её движения были резкими, порывистыми. Она припала к телевизору. — Мы искали разоблачение. А что если оно внутри? Как… как два слоя плёнки, наложенные друг на друга!

— Ты слышишь себя? Это аналоговая кассета, Мэри.

— Волны. Частота. Цветность, яркость, фаза! Лео возился со всей старой аппаратурой в школьной студии! Он мог записать один сигнал поверх другого. Мы не там копали!

— Ладно, ладно, гений. Допустим. — Он отодвинул её, его пальцы, испачканные въевшейся грязью потянулись к задней панели «Сони», к ряду маленьких, невзрачных ручек. — Яркость... Контраст… Цветность. Давай-ка убьём цвет совсем, вывернем яркость наизнанку. Отфильтруем всё лишнее.

Он повертел регуляторы. На экране что-то дрогнуло. Сочные краски рождественских огоньков поблёкли, а затем и вовсе стали чёрно-белыми. Заряженная до предела яркость выжгла светлые участки, превратила лица в размытые пятна.

— Фигня, — проворчал Коди, и в его голосе снова зазвучала усталость. Он уже отпускал провода.

— Стой! — Мэри схватила его за запястье. — Не смотри на свет. Смотри в тени. В самые чёрные места.

Она присела на корточки, впиваясь взглядом в экран, пока в висках не начало стучать. И тогда она увидела. Не сразу. Сперва это было похоже на рябь в глазах. Но нет. В черноте под праздничным столом, в провалах теней на «негативе», проступили… линии.

— Есть! — Она крикнула. — Что-то есть! Теперь… убавь яркость, но выкрути контраст! Резкость! Найди грань!

Коди замер. Он больше не сомневался. Его пальцы снова легли на ручки. Он поворачивал их микрон за микроном.

Экран вздрогнул, мигнул, и картинка словно треснула. А из-под неё возникло другое изображение.

Чёрно-белое. Абсолютно чёткое. Чертёж. Схема. Они видели прямоугольники помещений с лаконичными подписями: «ХРАНЕНИЕ. СЕКТОР Б», «ПОДГОТОВКА. КЛАСС А», «АРХИВ-А. ТОЛЬКО ДЛЯ УТВЕРЖДЁННЫХ». В центре — круг с условным обозначением, напоминающим вентиляционную решётку. И в левом верхнем углу, отпечатанный строгим шрифтом, штамп: «ЛАБОРАТОРИЯ ЛОУЭН. ПРОЕКТ „ВЕЧНЫЙ УРОЖАЙ“. ДОПУСК 1-А. СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО». А ниже — размашистая, уверенная подпись, которую они, щурясь, разобрали по буквам: «Д. ЛОУЭН. УТВЕРЖДЕНО: 23.09.58».

Дата. Та самая.

Мэри и Коди застыли. Единственным звуком было гудение телевизора и их собственное дыхание.

— Твою мать… — наконец выдавил из себя Коди, и его голос прозвучал глухо. — Мы… мы нашли. Это же… это оно и есть. Лоуэны. Все думали, их поместье — просто гниющий дом. А под ним… под ним это.

Мэри медленно кивала, её мысли неслись с безумной скоростью. Особняк Лоуэнов. На выезде из города, в стороне от глаз. Место, которое обходили стороной даже самые отчаянные подростки.

— Под ним не просто подвал, — прошептала она.

Эйфория ударила в голову. Она была ослепительной. Всё остальное — осторожность, страх, даже предательский уход Зака — померкло перед этой вспышкой истины. Перед ними лежала карта. Самая что ни на есть настоящая. Дорога к самому сердцу кошмара.

— Нам туда, — сказал Коди. — Сейчас. Пока они не опомнились.

— Только мы, — согласилась Мэри. Её пальцы дрожали от адреналина. — Мы должны это увидеть своими глазами. Должны знать.

Они вышли в коридор и направились вниз по лестнице.

- Эй, вы! Вы что тут забыли?

Голос, прозвучавший из темноты коридора, был грубым и неожиданным. Мэри и Коди замерли на лестничной площадке, будто два оленя, ослеплённые фарами. Сердца в груди заколотились.

Из тени под аркой вышла фигура в оранжевой жилетке и засаленной бейсболке. За ним – ещё двое. Строители. В руках у первого, коренастого, с обветренным лицом, болталась тяжелая дубовая клюка.

— Эй, я спрашиваю, вы что тут, в закрытой на ремонт библиотеке, забыли в шесть утра? — Мужик прищурился, окидывая их подозрительным взглядом, скользя по потрёпанной одежде, грязным рукам Коди.

— Мы… мы просто… — начала Мэри, но мозг, ещё выдавал лишь панику.

— Просто что? Грабить пришли? — второй строитель, помоложе, с рыжими усами, шагнул вперёд. — Вандалы. — Он выругнулся.

— Нет, вы не понимаете… — попытался вступить Коди, выдвигаясь чуть вперёд, чтобы прикрыть Мэри. — Мы ищем… одну вещь. Она важная.