Осень в вагоне

3. Бротигана, или проделка по-Воннегутовски

Еду с дачи на 440 автобусе и вспоминаю, как позавчера ехала на нем же с соседкой.

Где-то в середине пути передо мной сел Он.

Я читала Бротигана.

Сидящий передо мной Он был в плотной густой щетине, с носом заостренным и большекрылым. Из-под узорчатой вязаной шапки выползала густая челка.

Я читала «Безвозвратная печаль. Ее спасибо» Эта глава была напрямую связана с происходящим.

Время от времени я подглядывала на Него. Мне нравилось это делать.

С нами ехал его друг. Друг моего роста. Друг и Он резко отличались.

Если бы я лепила Его из пластилина, то на Него ушел бы такой кусок, из которого я бы слепила и себя, и Друга, и еще продовольственную сумку соседки.

Таков Он был.

Особенно много пластилина ушло бы на Его ноги. Они были чересчур массивными. Мне было удобно наблюдать за его ногами.

Когда я посмотрела на его лицо, он глянул в ответ.

Если бы я рисовала эту сцену, то на моем полотне были бы изображены мужчина и я, друг напротив друга, и по линейке была бы прочерчена жирная линия, соединяющую наши глаза.

А если бы это была скульптурная композиция, то наши глаза были бы соединены двумя металлическими штырями. Можно было бы брать одну фигуру, а она мертвой глазной хваткой влекла бы за собой другую.

Вот такая эта была сцена.

Допустимо, я даже ощутила, как штыри кольнули мне зрачки, поэтому отвела взгляд.

И композиция рухнула.

Я читала Бротигана. И вспоминала Воннегута.

Ничто не случайно. Так считал Воннегут.

В данный момент я читала Бротигана. Герой Ричарда наблюдал за девушкой в вагоне метро. Она вскоре вышла. Осталось впечатление. И ничего более.

Автобус встал на Рыбацком. Конечная. Он и Его друг вышли быстро. Я бы сказала – ловко. Я задержалась с соседкой и ее сумкой.

Воннегут и Бротиган скрестили шпаги.

Бротиган никогда больше не встретил ту девушку.

Я шла к метро по темному мокрому тоннелю. Воннегут подбадривал меня, что история не завершена.

С соседкой и ее сумкой усаживаемся в вагоне. Разговор о водостойкой краске для печи.

И  по-воннегутовскому совпадению Он и Его друг входят в наш вагон и устраиваются чуть наискосок меня. Я заулыбалась этой воннегутовской проделке и до Маяковской не сводила с Него взгляд. С каждой станцией Его загораживали все больше и теснее входящие пассажиры.

«Маньяк после двух лет издевательств убил студентку» - заголовок повернутой ко мне «Комсомолки», на которую я наталкиваюсь, выходя на платформу.

Я искала Его на платформе. Я ждала Его в вагоне. На Политехнической Он не появился среди вышедших пассажиров.

Бротиган одержал победу. Воннегут остался лежать неподвижно.