Осень в яблоневом саду

Глава 10

Двенадцать километров. Совсем близко. Но именно эти последние километры оказываются самыми тяжелыми.

Дорога превращается в направление: две колеи, разделенные полосой травы посередине, вся в ямах, лужах, грязи. Деревья нависают над дорогой, ветви царапают по крыше машины. Дождь барабанит по стеклу, видимость почти нулевая. Дворники работают на максимальной скорости, но все равно не справляются.

Навигатор молчит. Связь пропала совсем. Я еду наугад, ориентируясь только на колеи и редкие указатели.

Лес вокруг выглядит красиво, но как-то тревожно. Темные стволы, мокрые ветви, опавшая листва, сквозь которую пробиваются кусты и папоротники. Тишина, нарушаемая только шумом дождя и двигателя. Ни одной машины, ни одного человека. Словно я одна на всем белом свете.

Еще один поворот, и вдруг просвет. Лес расступается, и передо мной открывается вид на поле. А за полем, на пригорке, виднеются крыши домов.

Яблоневка.

Я притормаживаю, всматриваюсь в силуэты строений, едва различимые сквозь пелену дождя. Сердце почему-то сжимается – то ли от предвкушения, то ли от тревоги. А может, просто от усталости после девятичасовой дороги.

Машина медленно ползет по раскисшей колее. Колеса проскальзывают, цепляясь за жижу, смешанную с опавшей листвой. Я чувствую, как заднюю часть кроссовера чуть заносит влево, и инстинктивно выкручиваю руль, добавляю газу. Машина послушно выравнивается, но сердце уже колотится быстрее. Еще немного и застряла бы здесь, посреди этого осеннего забытого богом места, где нет ни связи, ни людей, ни надежды на помощь.

Проезжаю дальше, и дорога становится чуть лучше, во всяком случае, колеи более накатанные. Видимо, здесь все-таки иногда ездят машины. Въезжаю в деревню и у меня сразу появляется странное чувство, словно время здесь остановилось лет тридцать назад.

По обеим сторонам дороги тянутся дома. Вернее, то, что от них осталось. Покосившиеся избы с провалившимися крышами, выбитыми окнами, обвалившимися верандами. Заборы, которые когда-то были крепкими и ровными, теперь накренились, доски выпали, калитки висят на одной петле.

Кое-где среди этого запустения виднеются жилые дома, но и они несут на себе печать времени.

Проезжаю мимо одного дома, второго, третьего. Все одинаковые в своей обветшалости. И только осенний лес вокруг оживляет эту картину.

Я смотрю на все это и чувствую, как внутри растет комок тревоги. Что я здесь делаю? Зачем мне это нужно? Может, стоит развернуться и уехать, пока не поздно? Пока не застряла окончательно в этой грязи, в этом умирающем месте?

Но руки сами ведут машину дальше, глаза высматривают нужный дом. Нотариус дала мне точный адрес: дом семь, справа, перед поворотом к лесу.

И вот я его вижу.

Среди всей этой разрухи и запустения дом Анетты выделяется как драгоценный камень в куче булыжников. Он стоит чуть в стороне от дороги, за крепким высоким забором, выкрашенным в темно-зеленый цвет, который даже сквозь дождь и сумерки выглядит свежим и ухоженным. Ворота массивные, деревянные, с коваными петлями и замысловатым узором из металла. Калитка рядом с ними такая же добротная, с аккуратной щеколдой.

Останавливаю машину прямо перед воротами, глушу двигатель. В наступившей тишине слышно только, как дождь стучит по крыше, по стеклу, по земле. Сижу несколько секунд, просто смотрю на дом, пытаясь свыкнуться с мыслью, что это теперь мое.

Дом большой, двухэтажный, из темного дерева, которое со временем приобрело благородный серовато-коричневый оттенок. Крыша крепкая, покрытая новой металлочерепицей темно-бордового цвета. Окна – настоящее произведение искусства. Резные наличники, выкрашенные в белый цвет, с узорами из цветов, листьев, каких-то фантастических птиц.

На первом этаже – широкая веранда с резными столбиками и перилами, на которых еще висят кашпо с засохшими цветами. На втором этаже – балкон с такими же резными перилами. Крыльцо массивное, с тремя ступенями, покрытое козырьком.

Вокруг дома – сад. Когда-то он был ухоженным и красивым. Яблони огромные, раскидистые, с толстыми стволами, на которых еще кое-где висят последние яблоки. Кусты смородины и малины, аккуратно подстриженные. Клумбы, на которых еще цветут последние осенние цветы.

Дорожки выложены камнем, но немного заросли по краям травой. У самого дома – стопка аккуратно сложенных дров под навесом. Рядом – крепкий сарай, выкрашенный в зеленый цвет.

Я сижу, смотрю, и не могу поверить, что среди всего этого запустения и разрухи может существовать такой островок порядка и красоты. Словно дом живет своей собственной жизнью, не замечая того, что вокруг все умирает и разваливается.

Смотрю на часы на приборной панели. Ровно шесть вечера. Дорога заняла девять часов – больше, чем обещал навигатор, но меньше, чем я предполагала.

За окном темнеет. Небо из серого становится почти черным, и только узкая полоска света на горизонте напоминает, что день еще не закончился окончательно. Дождь усиливается, превращаясь в настоящий ливень.

Нужно выходить. Нужно открывать ворота, заезжать во двор, разгружать вещи. Но я все сижу, смотрю на дом, и во мне борются два чувства. С одной стороны – любопытство, предвкушение, желание войти внутрь и посмотреть, что там, в этом загадочном доме моей загадочной бабушки. С другой стороны – страх, тревога, ощущение, что, переступив порог, я окажусь в совершенно другом мире, откуда уже не будет пути назад.