Осенний кабинет реставратора чувств

Глава 16. Второй ритуал у Соджуна

Мужество — это не отсутствие страха, а готовность идти вперед, несмотря на него

Поздний ноябрь ступил на город влажной, холодной ногой. За высокими окнами кабинета Соджуна мир растворялся в серой мути. Воздух в кабинете был плотным и пахнул старой пылью.

Хенджин и Юна сидели на тех же жестких стульях. На этот раз между ними висела тяжесть предстоящего разговора. Они пришли расторгать сделку.

Соджун сидел за своим дубовым алтарем, его непроницаемое лицо было обращено к ним.

— Господа. Вы прибыли для расторжения акта трансфера. Основания? — его голос заполнил комнату.

— Основание — невозможность исполнения обязательств с моей стороны, — четко сказал Хенджин. — Я взялся восстановить сердечный агрегат. Я не справился. Более того, я усугубил повреждения. — Он положил на стол бархатный мешочек. Из него виднелись осколки хрустального сердца. — Я возвращаю объект владельцу. Считаю сделку несостоявшейся.

Соджун медленно перевел взгляд на Юну.

— Госпожа Юна. Принимаете вы возврат объекта в текущем состоянии?

Юна сидела очень прямо. Ее руки были сжаты в коленях.

— Нет, — тихо, но внятно произнесла она.

В кабинете повисла тишина.

— Объясните вашу позицию, — попросил Соджун.

— Я не принимаю обратно осколки, — голос Юны креп. — И я не могу вернуть вам буферное сердце. Потому что вы уже забрали его назад. Оно у вас в сейфе. Я пришла сюда с пустой грудью. И я хочу, чтобы так и осталось. — Юна посмотрела на Хенджина. — Сделка была не только в обмене. Она была в обещании. Вы обещали попытаться его починить. Вы не обещали, что получится. Вы пытаетесь. До сих пор. Пока вы пытаетесь — сделка в силе. Я не требую гарантий. Я требую только, чтобы вы не отказывались от попытки.

Она посмотрела на бархатный мешочек.

— Я оставляю свое сердце у вас. Со всеми его новыми трещинами. А вы... — она сделала паузу, — вы оставляете свое сердце у себя в сейфе. Мы оба остаемся с пустотой. До тех пор, пока вы не закончите работу.

В кабинете воцарилась громогласная тишина. Соджун наблюдал за ними, и в глубине его глаз мелькнула искра интереса.

Хенджин молчал. Он смотрел на Юну, которая добровольно обрекала себя на небытие, лишь бы дать ему шанс продолжить.

Соджун медленно достал новую свечу из темного воска и зажег ее. В воздух поднялся стойкий аромат копченого дуба.

— С точки зрения закона, — произнес он, — сделка не может быть расторгнута по инициативе одной стороны при отказе другой. Более того, условие о возврате исходных объектов невыполнимо. Дело о трансфере приостанавливается. До наступления условий, позволяющих его завершить. — Он посмотрел на них обоих. — Вы свободны в своих действиях. Но не свободны друг от друга. Ритуал завершен.

Он не стал рвать пергамент. Он просто отодвинул его в сторону.

Хенджин не спеша взял со стола бархатный мешочек с осколками. Они вышли в холодный день. У Юны в груди была пустота. У Хенджина в руке — разбитое сердце. И между ними — немой договор, скрепленный не печатью, а добровольной взаимной уязвимостью.