Осенний ветер

Глава 22. Проводник

В зеркале Тьмы отразились не люди, стоявшие вокруг, как и следовало ожидать. Сначала там замелькали какие-то тени, потом появилась деревенька, ещё не обгоревшая, занесённая тонким слоем снега. У колодца, расположенного в самом центре, мелькнула огненно-чёрная сфера, начала расширяться, увеличиваться и, наконец, выплюнула огромную тёмную тень, принявшую человеческие очертания. Картинки сменяли друг друга так быстро, что сам правитель и все остальные едва успевали рассмотреть их. В хороводе пляшущих теней нельзя было ничего опознать точно: это был огромный клубок Тьмы, в котором изредка проявлялись то крылья, то длинные скрюченные пальцы, то сверкающие красные глаза.

Чёрная неоформленная тень подплыла к бродяге. Из-под складок плаща появилась высохшая костлявая рука с неестественно длинными пальцами, бродяга протянул руку в ответ. Ладони соединились, на неистово-белый снег закапала кровь, багровые пятна застыли на ледяной корке. Обладатель нечеловеческих рук сделал движение, будто дёрнул за невидимые верёвочки, и бродяга, низко склонив голову, подошёл, дёрнулся, как тряпичная кукла, остановился, приложил ладони к пылающей и бешено вращающейся сфере. Та понемногу остановилась, раздалась в стороны, из неё потянулись уже знакомые чёрные лепестки. Человек рухнул на спину, тени потянулись через него. Когда первая из них коснулась крыльца одного дома, его тут же охватило зарево пожара. В следующий миг огонь полыхал уже вовсю, деревенька будто ожила, люди метались, как растревоженные муравьи, а тени принимали самые разнообразные очертания, становились похожими на собак с драконьими хребтами, на огромных летучих мышей с человеческими руками, змей с широкими капюшонами. Они набрасывались на жителей деревеньки, поджигали всё, что попадалось им на пути, оставляли на снегу чёрные полосы копоти, сажи и крови.

Из одной избы, у которой уже горела кровля, выбежал человек в зелёной свитке – очевидно, хозяин. Чёрная тень в капюшоне, замершая перед открытым проходом, указала в его сторону, и бродяга, хранитель Тьмы, выхватил из-за пояса нож, метнулся к нему, но не успел: его отбросило назад мощным потоком Света. Серебристые нити тянулись из рук вышедшего на крыльцо человека, останавливая Тьму, разбрасывая в разные стороны жуткие её порождения. Свет коснулся и самой большой тени, оплёл её, словно паутиной, и толкнул в проход. Пылающая сфера запечаталась и растворилась в воздухе. Тени сплелись в неистовой пляске, как снежинки в бурю, и пропали.

Зеркало растаяло. Эйнар медленно поднялся, пошатнулся, словно не чувствуя земли под ногами. Уилфред тут же вскочил, встал так, чтобы он мог в случае чего опереться на его плечо. Правитель был бледен, на висках и лбу, прорезанном суровой складкой, выступили капельки испарины.

– Воды, – тихо сказал он. Кто-то подал ему флягу. Тишина стояла такая, что, казалось, слышно, как искрится тонкий слой снега под блёклыми лучами зимнего солнца.

– Он мёртв? – наконец осмелился спросить кто-то из отряда.

– Нет, но теперь точно стал безумцем, – ответил правитель. – Он мне больше не нужен.

С этими словами он отошёл от человека, скорчившегося в очередной судороге, и внимание его переключилось на пострадавшего поселянина. Тот уже почти пришёл в себя, взгляд его стал осмысленнее, движения – живее, легче.

– Альвис, у тебя самый быстрый конь, гони в Йорен вперёд нас, тут недалеко. Скажи, чтобы срочно прислали кого-нибудь сопроводить его, – он махнул в сторону лежавшего на земле мужчины, – в деревню. Ему нужен лекарь и покой, он будет жить. Ольф, останься, пригляди за ним. Остальные – со мной.

С этими словами он вернулся к своему коню, легко взобрался в седло. Все, кроме Ольфа, начали проверять подпруги, длину стремян. Альвис уже умчался, едва получив приказ.

Следующими после Ситхи лорд Эйнар хотел проверить Сулу и Йорен, поселения, располагавшиеся в нескольких милях от тех краёв. Некоторое время оставшиеся девять человек ехали молча, поражённые увиденным и услышанным. Ивенн долго не могла совладать с собой: перед внутренним взглядом всё стояли злые, колючие глаза оборванного бродяги, жуткие раны на теле хозяина избы, нанесённые Тьмой, а в памяти всё ещё оставался удушливый сладковатый запах, стоявший в тесной задней клети. И полуживые тени, потерявшие всякие очертания…

– Милорд! – она заставила свою Кайлу идти чуть быстрее и нагнала правителя. Лорд Эйнар молча обернулся. – Объясните…

– Всё очень просто, малыш, – вздохнул он. – Где-то здесь, в Ситхе, приоткрылись врата Нави. Один… одно существо сделало это с помощью человека, хранителя Тьмы. Проще говоря, тот, которого я заставил говорить, стал проводником тёмных сил, открыл врата с нашей стороны, вероятно, ему что-то пообещали. Тьме не удалось пробраться дальше, потому что нашёлся хранитель Света, тот, которого спасла ты. Он закрыл их.

– Я? – девушка недоверчиво улыбнулась.

– Если бы ты не сказала, что в доме остался кто-то живой, мы бы не пошли проверять, – отозвался лорд Эйнар.

– А что вы сделали с проводником? И что за существо, о котором вы говорите?

– Дух Нави, – коротко ответил правитель. – Свартрейн. Вряд ли ты о нём что-то знаешь.

– Знаю, – прошептала Ивенн. – Это долгая история. Астра, его помощница, убила моего отца и вызволила Свартрейна из Нави, позволив ему войти в его тело. Я видела и его самого, он жесток, как сам демон, глаза у него такие… – девушка содрогнулась при одном только воспоминании, поёжилась, – пустые, что ли. Так что вы сделали с…