Осенью снова всё изменилось

Глава 1. За закрытой дверью

Осеннее солнце проникало сквозь высокие окна главного корпуса МГИМО, рисуя световые прямоугольники на вытертом паркете. Лекция закончилась. Дмитрий Михайлович Ковалёв вышел из аудитории, держа под мышкой тетрадь с записями и чашку давно остывшего кофе.

— Спасибо, до свидания, Дмитрий Михайлович! — обернулась одна из студенток, улыбаясь, быстрая, как апрельский ветер.

Он рассеянно кивнул, мысленно погружаясь в следующую статью, которую должен был закончить к понедельнику.
И тут...
Он увидел её.

Она стояла у стены, словно чужая в этом академическом коридоре. В руках — маленькая черная сумка, пальто, с цветом которого сливалась длинная светлая коса, лицо бледное, осунувшееся. Глаза — всё те же. Синие. Бездонные. Слишком знакомые.

— Привет, Дима, — сказала она едва слышно.

Он остановился. Молчал. И смотрел на неё, как на призрак из другой жизни.

— Ты что здесь?.. — наконец произнёс он, хрипло.

— Нам нужно поговорить. Это... важно. Очень важно, — её голос дрогнул, но она держалась. — Речь о Насте.

Сердце кольнуло.

— Здесь шумно, и много народа. Пойдем в мой кабинет.

Елена кивнула, и сжав ручки сумки, последовала за Дмитрием.

Кабинет Дмитрия находился в старом крыле института — высокие потолки, стены, заставленные книгами, тишина, в которой даже дыхание звучит громче обычного. Он зажег настольную лампу: вечер подкрался незаметно.

Елена вошла внутрь, не раздеваясь. Она стояла у двери, словно ей нужно было ещё немного воздуха, прежде чем она выговорится.

— Садись, — сказал Дмитрий, отодвигая кресло. Она молча села.

— Что с ней?

— Она больна, Дима. У неё рак. Я... я больше не могу быть одна. Я пришла не ради себя. Она твоя дочь.

Он отступил на полшага, будто удар был физическим.

— Как давно?.. — спросил он, глядя на неё поверх очков.

— Два месяца назад. Диагноз подтвердили, уже пошли метастазы... — её голос предательски дрогнул. — Но есть шанс. В клинике в Германии ей могут помочь. Ты ведь знаешь, как туда попасть.

Он кивнул, но не сразу ответил. Потом прошёлся по кабинету, словно собираясь с мыслями.

— Почему ты не пришла раньше?

— Я боялась, что ты...

— Что я откажу, да?

— Нет. Что вовсе не захочешь слушать.

Он посмотрел ей в глаза. Годы, боль, расстояние — всё слилось в одну точку. Елена часто думала о нем хуже, чем он есть на самом деле. Наверное ей было так проще, кто знает.

— Где она?

— В Боткинской.

Дмитрий сжал пальцы на ручке чашки до боли, а потом медленно кивнул.

— Я поеду с тобой.

Дмитрий сел рядом, осторожно, не нарушая пространство между ними.

— Мы не вернём прошлое. Но сейчас она — всё для нас. Мы не имеем права упустить этот шанс. Я подключу всех, кого знаю. У меня остались связи в департаменте, я найду, через кого выйти на клинику.
— Спасибо, — прошептала она.

— И ты не одна, слышишь? — он взял её за руку.

На секунду всё замерло. Только свет настольной лампы дрожал на старых страницах книг.