Ошибка Авиценны

Часть 1. Глава 1 - "Беден как Ир"

1

«…Большой слон, словно большой слон…» — эти слова голосом жены пролетели в сознании Виктора. Он будто падал в бесконечную тонкую трубу, не имея возможности пошевелить ни одной мышцей своего тела, уходя в бездну. Вокруг темнота, и были слышны только отдалённые голоса, словно вдалеке где-то есть сцена, зал и неумолкающие зрители.

И среди этих шумов периодически возникал чёткий и ясный голос жены: «Как большой слон… большой слон…». Ему казалось, если он сможет взяться рукой хотя бы за одно из этих слов, тогда сможет затормозить своё бесконечное падение в бездну и вернуться обратно… Куда обратно? Он уже не мог вспомнить. Но, вероятно, его где-то ждут…

«…Большой слон…» — вновь услышал он голос жены, и мысль о том, что он кому-то нужен, заставляла его сознание объединять стимулы. Он вдруг поверил в это. Поверил, что он слон. Вспомнил детство, как Мама водила его в цирк, показывала там слонов… так, оказывается, он и есть один из этих слонов в цирке, и теперь ему нужно туда вернуться… Детство… цирк… слоны… Мама… Только Мама его уже давно умерла. Как же он сможет к ней вернуться? И об этом он тоже вспомнил. Так, наверное, он и возвращается к ней, летит в этой трубе, сквозь бездну, скорее туда, к Маме…

2

На пути из ванной в кухню неподвижно лежало на спине с откинутыми назад руками тело молодого мужчины. На нём была надета белая рваная майка, уже домашние, а ранее спортивные штаны, на которых были хорошо различимы следы супа, масла и кетчупа. Свет из ванной комнаты хорошо освещал неподвижного мужчину, особенно отчётливо можно было разглядеть лицо этого бедолаги: глаза были закрыты, под ними большие синяки, щёки впалые, рот закрыт — и можно было подумать, что он уже не дышит, но едва-едва несколько раз в минуту он мог глубоко вздохнуть, приоткрыв рот, а потом — вновь гробовая тишина.

Периодически к телу осторожно приближался рыжий кот, обнюхивал хозяина, жалобно мяукая, потом резко отпрыгивал, носился по квартире, мог затихнуть на некоторое время, но всё равно возвращался в кухню. Каждый раз, добираясь до миски, кот сначала облизывал её, стараясь найти что-нибудь съестное, потом забирался на стул, с него перепрыгивал на стол и далее в раковину, и слизывал капли воды из крана…

Заскрипел замок входной двери, и в несколько мгновений кот оказался в коридоре. Раньше бы он забился в угол или спрятался за диваном, но не сейчас — сейчас ему, как воздух, как дыхание, нужен был кто-то, кроме его хозяина.

В квартиру спешно вошла молодая женщина, перевела дыхание, потом поставила сумку на комод, взяла на руки кота и, не разуваясь, прошла в квартиру.

— Какой жуткий запах, Макс, — обратилась она к коту, скорее собираясь открыть в спальне форточку, а в зале — балкон.

Увидев мужа на полу, Таисия не удивилась, а только лишь покачала головой.

— Не кормит тебя хозяин, спился совсем, да? — Таисия выпустила кота в спальню, чтобы некоторое время он ей не мешал, пока она занималась бы мужем.

— Ну а теперь займёмся тобой! — сказала она вслух мужу, лежащему на полу без сознания.

Таисия взяла стакан, наполнила его холодной водой, в аптечке взяла вату и нашатырный спирт. После этого она направилась реанимировать супруга. Сначала Таисия, слегка набрав в рот воды, оросила мужу лицо, потом поднесла под нос вату, пропитанную нашатырным спиртом.

Виктор пришёл в сознание. Он немного шевелил губами, что-то прохрипел, потом открыл глаза и произнёс имя жены:

— Тая…

— Что Тая? Я уже бог знает сколько лет Тая, а Таисия ещё дольше! Вот, глотни воды и вставай давай, я одна тебя не подниму, на кровать ляжешь, скоро доктор приедет.

Попытки встать не увенчались успехом, Виктор едва мог пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы немного приподняться и присесть.

— Горе с тобой! Хорошо, что я от тебя ушла…

Таисия смогла немного приподнять мужа, чтобы схватить его под руки и протащить через коридор до спальни. Пятясь спиной, спотыкаясь о разбросанные по полу бутылки, Таисия тащила Виктора.

Обессилев на финишной прямой, Таисия бросила мужа в спальне на ковролин, сама завалилась на кровать и попыталась отдышаться.

— Всё! — сказала она, когда легла на кровать, раскинув руки в стороны.

Кровать. Свобода. Можно закрыть глаза и расслабиться. Только Таисия прилегла отдохнуть, как в дверь позвонили. Ни единый мускул не дрогнул на её лице, будто и не слышала она звонка. Доктор Дмитриев Анатолий Борисович был настойчив: он потрогал ручку двери и понял, что входная дверь не заперта, тогда спросил:

— Таисия Александровна! Вы дома?

— Вот и доктор приехал! — с облегчением произнесла она и вышла встретить гостя.

Это был их знакомый доктор, его она вызвала ещё по пути к мужу, догадываясь о состоянии супруга.

— Анатолий Борисович, проходите! — Таисия закрыла за гостем дверь. — Пожалуйста, не разувайтесь, у нас тут, как всегда в такой ситуации, словно после бурной вечеринки…

— Не беспокойтесь… где, вы говорите, наш больной?

— Виктор в спальне! Сюда, направо, пожалуйста.

Доктор помог Таисии уложить Виктора на кровать, потом осмотрел его и сказал, что несколько дней Виктору нужно приходить в себя естественным путём, сразу в таком состоянии капельницу ставить не рекомендуется; прописал купить некоторые лекарства и ушёл, сказав, что придёт через два дня, в субботу.