Ошибка Авиценны

Часть 3. Глава 1 - "Расследование"

Майора Бестужеву временно разместили в кабинете полковника Потёмкина. Олег Павлович так распорядился лично. Сам он, чтобы не мешать коллеге из Москвы, переселился в покрытый пылью пустой кабинет, который планировалось отдать под архив. Олег Павлович боялся Наталью Николаевну как огня, даже более того. Её приезды никогда хорошо не заканчивались. В прошлый раз, два года назад, когда её визит был вызван прошедшей информацией о взятках в МВД и прокуратуре, троих сотрудников уволили, несмотря на то, что фактов коррупции выявлено не было — Бестужева провела тщательное внутреннее расследование и выявила ряд иных нарушений, в том числе несколько случаев превышения своих должностных полномочий сотрудниками следственного комитета данного управления. Так и сейчас, Олег Павлович переживал, что Бестужева выявит ряд нарушений в работе капитана Селихина или других сотрудников, вновь пройдёт волна увольнений, а сам Олег Павлович вновь получит выговор с занесением в личное дело.

Наталья Николаевна внимательно изучала личное дело капитана Селихина, а также копии уголовных дел, которые он вёл за последние пять лет. Она хотела выстроить профессиональный образ капитана полностью, не упустить ни одной детали. Но и вместе с тем Наталья Николаевна сделала запрос в архив относительно того, возбуждалось ли уголовное дело по ч. 2. ст.109 УК РФ в отношении гражданки Архиповой Л.Н. десять лет назад. Ответ ей пришёл менее чем через сутки и немало удивил. Уголовное дело было возбуждено по письменному заявлению Людмилы Костиной, которая являлась матерью девочки Насти, погибшей после курса антибиотиков, но через два месяца прекращено ввиду отсутствия состава преступления. Дело вёл сотрудник следственного комитета капитан Белозерцев И. Ю. Бестужева немедленно сделала запрос относительно Ильи Юрьевича, и пришёл ответ, что сотрудник Белозерцев И. Ю. уволился по собственному желанию через неделю после того, как было прекращено названное уголовное дело. Наталья Николаевна предположила, что полковник Потёмкин, а в то время капитан, должен был хорошо знать Белозерцева и, вероятно, может обладать некоей информацией о нём на текущий момент.

Олег Павлович не сразу вспомнил, о ком идёт речь, но вспомнил, потому что Илья Юрьевич запомнился ему как весьма амбициозный юноша, который рвался не в бой, а всё хотел взлететь повыше: «Но и взлетел» — как выразился Потёмкин, рассказывая о сотруднике. «Он за месяц до увольнения даже на работу почти не ходил, и нос задирал… видимо, нашлось ему тёплое местечко в вашей Москве… простите, в другом городе, не знаю… тогда всем он дал понять, что переезжает в Москву», — Олег Павлович вспоминал про Илью с улыбкой, что было непонятно Наталье Николаевне, ведь, исходя из слов полковника, сотрудник Белозерцев был далеко не самым лучшим и отзывчивым. «Да безобидным он был… просто, что ветер в поле!» — именно такую характеристику сейчас дал ему Олег Павлович. На вопрос Натальи Николаевны относительно текущего местонахождения бывшего сотрудника, Олег Павлович сказал, что уже много лет о нём ничего не слышал, но пять или шесть лет назад как-то наводил справки (по просьбе товарища) и выяснил тогда, что Илья действительно в то время перевёлся в Москву, также в следственный комитет, но проработал только два месяца, уволился также по собственному желанию, и с того момента никто больше о его судьбе ничего не знал; семьи у него не было, по месту прописки больше не появлялся, позже стало известно, что квартиру родителей, в которой был прописан и до некоторого времени жил, он продал по цене ниже рыночной, видимо торопился с продажей. Больше информации об этом человеке ни у кого не было. Наталья Николаевна задумалась. Она сделала пометку в своём блокноте и продолжила изучать это дело, а также и те дела, которые вёл Селихин.

Когда майор Бестужева спрашивала Олега Павловича о капитане Селихине, то он ей говорил только самое лучшее, не переставал хвалить, даже сделал акцент на том, что Александр за столько лет работы в их управлении ни разу не брал отпуска. «По-вашему, это повод для гордости? Спасибо, что рассказали, вам будет выговор как его непосредственному начальнику!» — быстро ответила ему на это Наталья Николаевна, и ни единый мускул не дрогнул у неё на лице. Олег Павлович после этого будто воды в рот набрал, уже боялся и хвалить своих сотрудников, вообще что-либо рассказывать. Как он понял, что с Бестужевой лучше не увлекаться в душевных рассказах.

Вскоре Бестужева добралась и до текущего уголовного дела, которое вёл капитан Селихин. «Водитель такси, медсестра и муж…» — делала очередные пометки в своём блокноте Наталья Николаевна. Её, как и капитана Селихина, заинтересовал один факт: связь этих убийств с гражданкой Архиповой и возможная связь с делом десятилетней давности, которое было заведено на Архипову Л. Н. Чтобы проверить все факты, ей необходимо было провести продуктивную беседу с капитаном Селихиным, и она вызвала его для разговора.

Александр только закончил дела в клинике у доктора Анатолия Борисовича, как должен был выехать для беседы с майором Управления Собственной Безопасности. Александр не боялся этой встречи, лишь волновался немного, и только. Лёгкое волнение ещё никому не вредило, поэтому Александр прописывал его всем и советовал всегда немного переживать, но лишь немного, чтобы для пользы дела. Сейчас целью Александра была защита Любови Николаевны и её семьи. Угрозы ей и её семье он считал более чем реальными, особенно если учесть темпы убийств за последнее время. Для него был очевидным тот факт, что убийца, кем бы он ни был, настроен решительно, с пути не свернёт, а значит, если они (представители порядка, которые обязаны беречь и защищать граждан своей страны) не хотят ещё смертей, не дай бог детских, то должны предпринять все меры для защиты свидетельницы, которая является единственным связующим звеном в данной криминальной истории.