Ошибка Авиценны

Часть 3. Глава 9 - "Просто слова"

Проснувшись на рассвете, Таня так и не смогла уснуть. Она ворочалась, лёжа в кровати, то скинет одеяло, то подтащит обратно. Никак ей не лежалось спокойно. То и дело брала она в руки телефон, но это не проясняло ситуации. Она выходила в Интернет, но видела, что уже больше суток Денис не выходил в социальную сеть. Может быть, он сильно занят или с ним что-то случилось. Последняя мысль особенно явственно возникла в её голове, и Таня тотчас встала с кровати и стала собираться, копошиться в вещах, открывать и закрывать дверцы шкафа. От её суеты проснулись и родители, спавшие в соседней комнате через стенку. Мама вышла из комнаты, прислушалась, поняла, что дочь куда-то собирается в такую рань, тогда тихонько постучала к ней в комнату и попросила Таню разрешить ей войти. Таня и не смела маме что-либо запрещать, она открыла дверь и впустила её. Антонина Валерьевна аккуратно вошла в комнату, стараясь не напугать дочку, хотя сама ещё не понимала, может её Таня чего-нибудь сейчас испугаться, любого шороха или нет. Она пыталась понять состояние дочери.

— Не спится? — тихо спросила Антонина Валерьевна и присела на край кровати, обнимая себя руками, потом расслабила руки, села ровнее и подозвала к себе Таню, потом сказала ей: — Рассказывай, чего не спится.

— Денис всё не звонит.

Таня помолчала, потом добавила.

— И не пишет. В сети его тоже не было.

— Может, допоздна работал, а теперь отсыпается. Вот утро наступит, день, тогда и узнаешь, — спокойным и ровным голосом говорила ей мама, тем самым передав немного своего спокойствия и дочери.

— Может, — ровно произнесла Таня, не наделяя это слово каким-либо смыслом, и прилегла у мамы на коленках, как когда-то в детстве.

Антонина Валерьевна поглаживала дочку по голове, пыталась её воодушевить, напомнила про ребёнка. Она верила, что истинное счастье для её дочери будет в этом ребёнке.

— У вас с Денисом малыш родится. Мальчик. Я уверена, он будет богатырь!

— Мальчик? — удивилась Таня, ведь она думала про девочку.

— Мальчик, — повторила Антонина Валерьевна, — Мне так приснилось.

Таня успокоилась. Сначала она и вправду поверила, думала, мама её какой секрет знает.

— А мне не снилось, — с грустью произнесла Таня и вдруг с ужасом вспомнила сон, вспомнила, что не нашла Дениса, и честно так и призналась маме: — Я боюсь его потерять.

Антонина Валерьевна сразу подумала о малыше, хотя Таня думала в этот момент о Денисе.

— Ничего, все боятся. Я тоже боялась, когда была тобой беременна. И ничего, страхи — они всего лишь страхи.

— Да нет. Его, Дениса, — сделала акцент Таня, потом помолчала и добавила: — И его, или её тоже, если девочка…

Антонина Валерьевна улыбнулась, немного растрепала волосы Тани, потом загладила их, сказала:

— Ничего не бойся, ты их не потеряешь! А тревог, возможно, будет ещё много. Да, я могла бы сказать, что и тревог не будет, но ведь ты взрослая и сразу уловила бы меня на лукавстве, поэтому говорю как есть. А есть так, что будь сильной, сожми кулаки и за свою семью будь готова вступить в бой!

— В бой? — удивлённо переспросила Таня, намекая, что драться она не умеет, что по этой части нужно обращаться тогда уже не к ней, а к её подруге Насте Костиной.

— Не руками и ногами, конечно, — с улыбкой проговорила Антонина Валерьевна и продолжила: — Но в жизни редко… да нет, практически никогда не бывает легко, просто жизнь — это не сказки, которые читают в детстве на ночь, хотя и в сказках не всё гладко проходит… вспомнить ту же Красную Шапочку… — и мама с дочкой легонько рассмеялись.

— И как же распознать серого волка в городской среде?

— Очень просто. Тот, кто на волка совсем не похож.

Таня задумалась, потом ответила:

— Все не похожи.

— Да. Но из всех, кто более не похож.

— То есть, кто изо всех сил пытается быть правильным?

— Да.

— Был у нас в классе один такой, но он безобидный, скорее серый зайчик был, его все пинали, он плакал… — вспомнилось вдруг ей, и Таня пожала плечами.

— Внешне эти люди могут казаться сильными, тактичными, даже красивыми, но внутри они очень слабые, и эта слабость превращает их сердце в серого волка, такие люди способны на дурные поступки без всякого сожаления.

Таня вновь задумалась. Она не могла вспомнить никого из своих знакомых, кто бы подходил под это определение, или она просто не разбирается в людях. Разве, что Марина. Или это только из ревности?..

— Мама, боюсь, я слишком слепа и вижу в людях только хорошее, вернее, только то, что на поверхности.

— Это не так. Я уверена.

— Вот Денис. Я доверяю ему, но и не доверяю… Люблю его, боюсь потерять, но в то же время думаю, что уж лучше бы у нас с ним или свадьба, или развод и девичья фамилия…

— Это всё твои страхи вперемежку с грёзами, — успокаивала её Антонина Валерьевна. — Пройдёт время, и станешь спокойнее, будешь смиренно дожидаться мужа с работы, готовить ему ужин, стирать бельё, гладить брюки и повязывать галстук, собирать детей в школу, провожать их, своих любимых, потом сама будешь бежать на работу… и отдыха знать не будешь, и не до страхов твоих тебе будет!