Ошибка в системе

Глава 1

POV Даша

Я никогда не боялась перемен. Меня всегда учили, что страх – это удел слабых, а слабость не приводит ни к чему, кроме разочарований, потому что мир не щадит тех, кто сомневается. Но стоя у массивных кованых ворот гимназии-пансиона «Октавия» я, возможно впервые в жизни, ощутила неприятное покалывание в животе. Хотя не думаю, что это был страх. Скорее, легкая тревога или предчувствие, что жизнь вот-вот изменится навсегда.

«Вот оно – царство снобов и позеров», – с усмешкой подумала я, пока водитель такси с ленивой нерасторопностью выгружал из багажника мои вещи. Он искоса поглядывал на меня, явно недоумевая, почему я приехала сюда с одним небольшим чемоданом. Наверняка ожидал увидеть гору сумок.

Высокие, увитые плющом створки сомкнулись за моей спиной с тихим скрежетом, проведя невидимую черту между прошлым и тем, что ждало впереди. Прощай, городская суета. Прощай, старая школа, где все понятно и знакомо с детства. Здравствуй, пафос, возведенный в абсолют.

Главный корпус «Октавии» больше напоминал декорации к какому-нибудь историческому фильму, нежели школу. Строгие фасады в английском стиле, фонтаны, белоснежные статуи и точно по линеечке подстриженные кусты. Казалось, если вдохнуть поглубже, то можно почувствовать запах денег. Но чем здесь не пахло совершенно, так это домом. Все в этом месте буквально кричало: «Ты здесь чужая!»

Именно так я себя и ощущала, волоча за собой видавший виды чемодан, который помнил больше дорог, чем таксист, привезший меня сюда, – еще мой отец мотался с ним по командировкам, когда у нас все было… по-другому. Пластиковые колеса гулко тарахтели по мраморному полу, эхом отражаясь от стен и неизбежно привлекая внимание к моей чересчур скромной, по здешним меркам, персоне.

– Новенькая, – голос, словно тягучая капля меда, приправленного кислотой. – Стипендиатка.

Честное слово, прозвучало как приговор. Или диагноз – хронический и, по всей видимости, неизлечимый.

Я скосила взгляд на группу девушек примерно моего возраста, облаченных в безупречно отутюженные бордовые пиджаки с золотыми эмблемами на груди. Они, как живой барьер, выстроились полукругом у кабинета администрации, и мне не оставалось ни единого шанса пройти мимо, сделав вид, что я не заметила их.

Они ждали реакции. Не знаю, что именно они хотели увидеть в ответ. Агрессию? Смущение? Испуг? Дрожь в коленях и поспешно опущенный взгляд, подтверждающий, что это место принадлежит им? Строго говоря, в этом была доля истины, но только лишь потому, что таких, как они – подавляющее большинство. Они – наследники корпораций, дети людей с громкими фамилиями, вбиваемыми в поисковик чаще, чем запросы о погоде. Золотая молодежь. Будущее страны. А кто я? Девочка с окраины, по счастливой случайности или жестокой иронии судьбы прошедшая конкурс из ста человек и получившая стипендию. Однако я не собиралась оправдывать их ожиданий.

– Именно так, – спокойно подтвердила я. Техника туманного согласия всегда работала безотказно. – Новенькая. Стипендиатка. Не думала, что это то, чего стоит стыдиться.

Одна из девушек, с собранными в гладкий пучок каштановыми волосами и бледным, как у фарфоровой куклы, лицом, слегка прищурилась.

– Как знать, – протянула она, оценивающе оглядывая меня сверху вниз. – Стипендия здесь, знаешь ли, не повод для гордости.

– Странно, – я невинно хлопнула глазами. – А я-то полагала, что стипендия здесь – показатель ума. Или вам это незнакомо?

Барьер из бордовых пиджаков колыхнулся. Они явно не ожидали такого ответа. Напряжение вспыхнуло и стало почти осязаемым. Девушка с пучком замерла, ее пальцы непроизвольно сжались. Казалось, еще мгновение – и кинется в бой.

– Языкастая, значит? – злобно прошипела она.

Я хотела ответить чем-нибудь вежливо-уничтожающим, но в этот момент дверь кабинета распахнулась, и выглянувшая оттуда женщина в строгом темно-синем костюме тут же безошибочно вычислила меня:

– Лимонова? Мы тебя с утра ждем. Что стоишь, заходи! – скомандовала она.

Бросив последний взгляд на негостеприимных гимназисток, я вздернула подбородок и шагнула вперед, с шумом катнув чемодан и не утруждая себя тем, чтобы обойти их. За спиной раздался гул недовольных шепотков. Что ж, можно считать начало «крепкой дружбы» положено.

– Дарья Лимонова, – повторила женщина, делая пометку в планшете. – Меня зовут Анна Антоновна, я комендант женского общежития. Вот схема расположения зданий и кабинетов, – она выложила передо мной тонкую брошюру и ключ с высеченным на брелке номером «27». – Комната находится на втором этаже. Твою соседку зовут Суворова Лиза. Форму и правила школы найдешь на кровати. Нарушения приведут к дисциплинарным взысканиям, – оттараторив все это с такой скоростью, будто читала по бумажке, комендант взглядом указала на выход.

– Учту. Спасибо, – буркнула я, сгребая со стола ключ и распечатки.

– И еще, – строгий голос остановил меня на полпути к двери. – Сегодня библиотека уже не работает, учебники получишь завтра после занятий. На уроках придется как-то справиться без них, одолжишь у соседа по парте.

– Угу, – кивнула я и вышла.

Сверившись со схемой, я застегнула кожаную куртку и двинулась по аллее, усыпанной первыми опавшими листьями.

Общежитие располагалось в левой части кампуса, затерявшись среди высоких пушистых сосен. В противовес помпезному главному корпусу выглядело оно совершенно обычным: стандартное трехэтажное здание из светлого кирпича с ровными рядами квадратных окон и бетонными ступеньками, немного сбитыми у края.