Оскар. Проклятие Блэксберри

8

В четверг садовник вышел на работу. Лора столкнулась с ним утром на их маленькой кухне, куда спустилась, чтобы сварить кофе. Оказалось, кофе уже заварен: его сделала Эмма. Чак выглядел грязным, словно отработал весь день. Ничего удивительного, решила Лора, свиньи живут в хлеву и купаются в грязи. Он улыбнулся при виде ее и подмигнул, на желтых зубах осел кофейный осадок. Лора не ждала чужаков, поэтому на ней была короткая ночнушка и шерстяная шаль сверху. Из-за плохой погоды ночью температура в доме упала и Лора замерзла. Она сильнее укуталась в шаль, чтобы скрыть как можно больше оголенных участков от глаз неприятного гостя. Глаза Чака скользнули вниз на ноги. Лоре почудилось, что он облизнулся. Ей стало неловко и противно. Ноги сами собой сжались, закрывая доступ в сокровенное место, куда стремился похотливый взгляд.

– О, мисс Линч, у вас коленки одна на другую смотрят, – издевательски произнес Чак и заржал, как подстреленный конь.

Эмма стукнула его рукой по голове, да с такой силой, что улыбка тут же сошла с багрового лица, затем обернулась к Лоре:

– Мисс Линч, доброе утро. Прошу, присаживайтесь, угощайтесь кофе.

Лора села на другой конец стола, чтобы спрятать ноги.

– Старина Чак заглянул к нам с утра, видите ли, он забыл вернуть вам ключи от машины, когда загонял ее во двор, – пояснила Эмма.

Машина… Лора забыла о ней. Возможно потому, что эта вещь – главное напоминание о трагедии, постигшей ее. «Не главная», – отозвался внутренний голос. Да. Главную она хранила в сумочке и постоянно вертела в руках перед сном, проверяя, не пропадет ли та.

Эмма протянула руку, но Чак пошел к Лоре. Он хотел сам вручить ключи. Однако Эмма встала между ними и снова протянула раскрытую ладонь.

– Дай сюда! – вскипела она.

Чак быстро сдался и отдал ключи, а второй рукой ущипнул за ту часть тела, что у говядины зовется «задний отруб». Вероятно, по этой причине Эмма промычала в ответ. Ключи наконец оказались у Лоры. Они были влажными.

– Загляните сегодня внутрь, я оставил там маленький сюрприз, – сказал Чак.

– Что? – Лора не сразу поняла, о чем он.

– В машину.

Еще один сюрприз. Лиличка уже оставила мне один в комнате, раздраженно подумала Лора.

Эмма налила черный кофе в чашку и поставила перед девушкой. Лора сделала пару глотков и скривилась: напиток был очень крепкий и горький. Обычно Лора пьет кофе с молоком и сахаром, но не хотела показаться невежливой перед доброй служанкой, поэтому продолжила пить.

– Еще я отогнал ее подальше, – сказал Чак, – прямо в угол. Никто не увидит ваш смятый капот.

Он ухмыльнулся. По затылку пробежал холодок. Неужели он догадался? Нет, это бред.

– Че, кого-то сбили? – ехидничал немытый садовник.

Лора почувствовала прилив возбуждения от нескольких глотков крепкого кофе.

– Ага, – спокойно ответила она, – оленя.

– Какой ужас! – забеспокоилась Эмма, присаживаясь рядом со своей чашкой. – Вы могли пострадать!

– Неееет, – заспорил Чак. – Вмятина слишком маленькая. Думаю, олень бы вас убил. И машину в хлам.

Лора нисколько не изменилась в лице. Сделала еще пару глотков, сердце ускорило бег.

– Ну да. Только он был маленьким. Олененок, – еще несколько глотков. – Да и скорость была не такой большой.

«Сколько весит олененок? Должно быть, так же, как… ребенок?»

– Бедная девочка! И какой несчастный зверек! – Эмма перекрестилась.

Чак напрягся, будто проводил в уме какие-то расчеты, а это было сложно, потому что умом он не отличался.

– Да. Такое возможно, – заключил он. – Ну, я пошел работать.

Садовник встал, надел потертую панамку на голову, хотя погода стояла не солнечная, и ему бы скорее пригодилась шапка, и без прощания покинул их. Лора с облегчением вздохнула и сняла шаль. Она вспотела. Когда Эмма тоже отправилась работать, Лора вылила остатки кофе в раковину и поднялась к себе в комнату. Там она выбрала наиболее непривлекательную одежду, которая бы удовлетворила миссис Палмер и одновременно отпугнула пошлого садовника. Взяла учебники и нотную грамоту, переданную Агатой. Агата настояла, чтобы Лора позанималась с мальчиком музыкой, несмотря на то, что Лора ничего не знала об игре на скрипке, да и сама ни на чем не играла. Собираясь выйти из комнаты, она заметила листок бумаги на прикроватной тумбочке.

– Что это? – вопрос повис в воздухе.

Подошла ближе. На тумбе лежала вырванная страница из старой газеты. Желтая бумага иссохла и скукожилась от некогда пролитой на нее воды. Лора смотрела на черно-белую фотографию, которая занимала половину листа. Толстый, лысый, сутулый мужчина кого-то ей напоминал. Его вели в наручниках двое полицейских. Название статьи гласило: «УЭЛЬСКОМУ ИЗВРАЩЕНЦУ ГРОЗИТ ТЮРЕМНЫЙ СРОК». Внизу подпись: 20 апреля 1982 года, Ньюпорт. Лора пробежалась по тексту:

«Пойман подозреваемый по делу несовершеннолетней Мишель Тэйлор, им оказался школьный уборщик Чарльз О'Даун. Известно, что Чарльз, также именуемый среди старшеклассников как Лютый Чак, приторговывал в школе незаконными веществами. Потерпевшая утверждает, что 13 апреля 1982 года купила у подозреваемого наркотики, после чего уборщик предложил прогуляться и посмотреть на его новый автомобиль. Доверчивая девушка согласилась и отправилась вместе с преступником в гараж, где тот попытался жестоко надругаться над ней.

Мишель удалось сбежать, однако, ввиду состояния помутненного сознания из-за принятых наркотиков, ее показания были расплывчаты. Подозреваемый задержан, ему грозит срок до семи лет заключения. Тем не менее он может избежать наказания из-за отсутствия значимых улик. В свою очередь Лютый Чак утверждает, что стал жертвой шантажа со стороны девушки, которую отказался бесплатно снабжать наркотиками.

Родители несчастных детей в ужасе. Школьный совет выступил со словами: «Не позволим маньяку разгуливать на свободе и насиловать наших детей!» и просьбой подписать петицию».