Осколки наших сердец

Глава 1

Эмма

Предательство убивает не любовь, а веру в нее

Что может быть хуже зимы? Терпеть не могу холод. Выхожу из теплого офисного здания, и меня тут же укутывает ледяной ветер, бросая в лицо снежинки. Бр-р… Настроение на нуле. За неделю это было уже третье мое собеседование и снова отказ. Я, конечно, понимаю, что всем нужны сотрудники с опытом работы, но где его взять, если тебя никуда не берут?

Муж предлагал устроить в фирму, где он работает. Как раз у них нехватка штата в отдел продаж, но мне хотелось самой устроиться на работу, без чьей-либо помощи. Но, кажется, все же придется идти и просить мужа, чтобы он похлопотал и меня взяли к нему в фирму, иначе, я так и останусь безработной.

Достаю телефон из кармана пуховика, а он не включается, показывая, что батарея разрядилась. А еще я с утра, пока добиралась на собеседование, умудрилась потерять кошелек. Хорошо, что карточек у меня нет. Гоша, мой муж, выдает мне каждую неделю наличные, чтобы я сходила в магазин за продуктами, и в кошельке оставалось немного денег, впрочем их даже на автобус до дома не хватило бы.

Осматриваю улицу. Рабочий четверг, обед. Понимаю, что нахожусь не так далеко от офиса мужа и решаю пойти к нему, чтобы попросить немного денег добраться до дома. Охрана пропускает на входе без проблем, я иногда прихожу к Гоше на работу, так что меня здесь знают.

Поднимаюсь на лифте на нужный этаж. Секретаря на месте нет, а дверь в кабинет мужа приоткрыта. Надеваю на лицо улыбку, рвано выдыхаю, понимая, что Гоша сейчас будет, как всегда, ругаться, говоря о том, что я бестолковая и вечно что-то теряю. Да, наши отношения в последнее время натянутые, и все из-за того, что я не могу устроиться на работу, денег не хватает, так как мужу приходится полностью содержать еще и свою маму-пенсионерку, а Зоя Павловна женщина прогрессивная и современная, ей подавай салоны красоты, полезную и вкусную еду и в «Пятерочке» она закупаться не будет, потому что это магазин для «бомжей» как она выразилась недавно. А вот я в «Пятерочке» закупаюсь, так как муж средства на продукты выделяет небольшие, и сам магазин мне очень даже нравится. Цены доступные и рядом с домом, да и продукты как по мне нормальные, свежие.

Схватившись за ручку, распахиваю дверь кабинета и замираю. Мой муж, мой драгоценный и любимый муж, задрав черную юбку карандаш на секретарше трахает ее, усердно двигая бедрами и наматывая белокурые волосы девушки на кулак.

Что я там говорила про зиму? Ничего не может быть хуже? Два раза ХА! Еще как бывает, и название этому ИЗМЕНА!

— Гоша, — говорю хриплым голосом и неотрывно смотрю, как он яростно вбивается в секретаршу, не замечая никого вокруг. Хоть бы запирались что ли.

Видимо услышав свое имя, Гоша останавливается и смотрит на меня так, словно видит лохнесское чудовище.

— Эмма, — шепчет он и выходит из секретарши, пытаясь убрать свое достоинство в штаны, но выходит плохо. — Эммочка, ты все не так поняла.

— Серьезно, что ли?! Я все не так поняла? А как можно понять то, что ты трахаешь на рабочем столе свою секретаршу, Гоша?

Глаза застилают слезы. Больно. Боже, как же больно. Словно кто-то взял и вырвал сердце из груди без анестезии. Кажется, я задыхаюсь. А, нет не кажется. Воздуха, и правда, не хватает и очень хочется на улицу. Разворачиваюсь и бегу к лифту, как хорошо, что он еще на этом этаже и не успел уехать. Захожу в кабинку и ударяю по кнопкам, надеясь, что муж не успеет меня догнать. Видеть его не могу! НЕНАВИЖУ!

Выбегаю на улицу, хватая ртом воздух, но в груди все равно жжет. Перед глазами размывается, а я бегу и бегу, не разбирая дороги, пока с боку не начинает колоть. Останавливаюсь, пытаясь отдышаться. Стираю слезы с щек. Осматриваюсь. Этот район я знаю плохо, так что не могу сразу понять, где именно нахожусь, пока не вижу, как по дороге едет двенадцатая маршрутка, та самая, которая мне нужна была, чтобы добраться до дома.

Домой я сейчас точно не пойду. Не могу видеть мужа. Только, что теперь делать? Куда идти? Приходит мысль вернуться в поселок к родителям, но я не хочу. Просто не выдержу их насмешек и слов: «А мы же говорили, нечего тебе в городе делать, да еще и замуж выскочила, позарилась на деньги и осталась ни с чем!» Оно-то так, только мужа я любила и люблю, и на деньги его не претендую. Квартиру он купил в ипотеку, когда мы еще не были женаты. Да, не спорю, он содержал меня, но сам ведь запретил работать, сказав, что дома от меня пользы будет больше, да и его маме нужна помощь.

В городе у меня, кроме единственной подружки, никого нет.

Снова осмотрелась, прикидывая, сколько займет дорога до дома Женьки. Придется идти долго, но зато будет время все обдумать и решить, как жить дальше.

Пока шла, все ломала голову, как давно Гоша изменяет? А главное, как я могла этого не заметить. Говорят, что измену не так уж и трудно распознать, но только явно не мне. Муж же вообще никак не изменился. Может только все чаще в последнее время стал срываться на мне, но так ведь потом извинялся, говоря, что проблемы на работе. А я верила и верила бы дальше, пока не узнала бы правду.

До дома подруги дошла за два часа. За это время успела несколько раз поплакать, разозлиться, возненавидеть еще сильнее мужа, мысленно представляя, как беру тяжелую колотушку и хрясь его по голове, за то, что изменил мне сволочь! А я ведь любила!

Женьки дома не оказалось, и мне пришлось ждать ее на лавочке у подъезда. Как хорошо, что у подруги сегодня последняя клиентка не пришла, и она отправилась домой пораньше, а то бы я точно окочурилась от холода.

— Эмма? — воскликнула Женя, удивленно увидев, как я приплясываю от холода у двери ее подъезда.

— Женька, пришла.

— А ты что тут делаешь? — Подруга внимательно осмотрела мое лицо. — Ты что, плакала?

— Женечка, впусти пожить немного, а?