Осколки памяти

Глава 4. Меня зовут Нари?

Тесса суетилась у стола, накрывая его к ужину. Блюда приносили с кухни служащие, но в комнату их не пускала охрана, поэтому девушке приходилось всё делать одной.

— Хэссар, — представился знакомый мне мужчина с коротким величественным поклоном. Чёрные глаза изучающе смотрели на меня, а я в ответ разглядывала его. Да, я его помнила — он тот, кто приходил вчера в сопровождении змея.

— Как вы сегодня себя чувствуете, нари? — спросил он и, не дожидаясь моего ответа, предупредил, — вам придется привыкать к эйдосу. Многие наги предпочитают эту форму. Охрана тем более, и ваша в том числе.

Моего ответа не требовалось, и я промолчала. Панику, охватившую меня накануне, помнила плохо, смутными урывками. Откуда она вчера взялась, я не знала, но сегодня этого страха перед нагами уже не чувствовала.

Сегодня шесс Хэссар снова пожаловал ко мне не один. Он был в сопровождении высокого, статного, улыбающегося мужчины. Того самого, о котором предупреждал меня днём секретарь Хаяш.

— Познакомьтесь, нари, это господин Шарис. Он менталист. Меня очень беспокоит ваше здоровье и отсутствие памяти. Господин Шарис поможет вам вспомнить некоторые важные для меня моменты, о которых, к сожалению, знаете только вы.

Господин менталист улыбнулся ещё шире и слегка склонил голову. Его испытующий, цепкий взгляд выдавал в нём учёного, а улыбка, надо признаться, немного пугала. И странно притягивала взгляд. Настолько, что самого Шариса я почти не разглядывала, в отличии от его растягивающихся губ. Мне показалось, что улыбался он предвкушающее, словно видел во мне скорее подопытного, а не пациента.

По спине побежали мурашки, очень хотелось поёжиться. А ещё я подумала о том, что если есть менталисты, которые умеют читать то, что человек помнит, то зачем тогда меня пытали. Ведь я же могла с лёгкостью солгать, а моя память нет.

Понятнее не становилось, поэтому я перестала разглядывать сияющего улыбкой господина и перевела взгляд на шесса:

— Мне сказали вы ответите на все мои вопросы…

— Позже, нари, после ужина.

Жестом радушного хозяина он пригласил за стол, не оставляя мне возможности возразить. Я не стала настаивать и молча подчинилась, решив, что могу ещё немного подождать.

За ужином шесс и менталист вели беседу на темы работы мозга, научного обоснования ментальных воздействий на психику и обсуждали случаи из обширной практики господина Шариса. Я молчала и внимательно слушала. Было занимательно, кроме того, меня тоже интересовал мой собственный случай потери всех воспоминаний.

Шесс выбрал место напротив меня. Он был красив истинно мужской грубой красотой. Высокий, широкоплечий, с большими ладонями, которые, однако, не смотрелись грубо, а гармонировали со всем его телом. Двигался плавно, с животной грацией, словно бы перетекая из одного положения в другое. И распространял вокруг себя ауру уверенного в себе и держащего всё под контролем человека. В нём действительно чувствовался правитель: сильный, уверенный, умный, и, наверное, даже жёсткий.

Длинные чёрные волосы были заплетены в причудливую косу, состоящую из множества мелких косичек. Я даже позавидовала этой роскошной красоте. Ещё у него были тонкие губы, прямой нос и непроглядно чёрные глаза.

Господин Шарис сидевший справа, совершенно от него отличался. Он тоже был высоким, но худощавым, немного смуглым и имел длинные тонкие пальцы, унизанные перстнями разнообразных оттенков синего. Тёплые медовые глаза и острые черты лица придавали ему странную притягательность. Особенно, когда менталист улыбался. Улыбок он имел в арсенале громадное количество. Они сменяли одна другую, почти не покидая ярко-розовых губ, снова и снова захватывая моё внимание. Это было похоже на то, как приковывает к себе взгляд что-то жутко-опасное и оттого завораживающе-красивое.

И если шесс Хэссар покорял своей явной мужественностью и внутренней силой, то господин менталист проницательностью и умом. И своими улыбками.

Они оба привлекали к себе взгляды, но каждый по-своему.

— Господин Хэссар, — обратилась я к шессу, с трудом отрываясь от очередной улыбки Шариса, когда Тэсса наконец начала убирать со стола. — Или мне называть вас шесс?

— Нари, я бы предпочел просто Хэссар.

И обворожительно улыбнулся, обнажив в показавшейся мне хищной улыбке зубы. Легко потянулся через стол и поймал мои пальцы. Кожа его ладони была грубой и горячей. Это его прикосновение для меня было слишком интимным, и я аккуратно вытянула свою руку и спрятала её, положив себе на колени.

— Хэссар, — согласилась я. — Так, когда вы ответите на мои вопросы?

Он слегка поморщился, вопрос явно был ему неприятен, а улыбка стала немного натянутой.

— Сначала мы попробуем вернуть вам память, возможно тогда ответы станут ненужными, — он откинулся на спинку своего стула.

— А если у меня не получится? Не получится вспомнить, — неуверенно предположила я.

— Тогда я отвечу на ваши вопросы. Но господин Шарис один из лучших специалистов своего дела, — возразил Хэссар и повернулся к менталисту, — когда вы будете готовы начать?

— Хорошо бы сейчас, — отозвался тот и вопросительно взглянул на меня, — если, уважаемая нари, будет не против.