Осколки памяти

Глава 24. Вырванные страницы

Сегодня мне невероятно повезло, что Кшасу пришлось отлучиться по своим делам, когда пришло время очередного прихода Шариса. Мне бы не хотелось, чтобы он слышал наш разговор с Шарисом, а я хотела стать уверенной в своих предположениях. И когда менталист вошёл в двери, вместо приветствия я встретила его упрёком.

— Почему вы не сказали, что вчера прочитали меня?

— С чего вы это взяли? — спросил он, наклоняясь и беря мои руку для поцелуя.

— Вы сказали, что я сразу пойму. Я поняла. Вы же обещали не читать…

— Вы ошибаетесь, — возразил Шарис, — с господином Хэссаром у нас договоренность на восстановление ваших старых, — он выделил слово, — воспоминаний. Новые, недавно накопленные, туда не входят. Я их не читал.

Я недоверчиво смотрела на него, будучи уверенной, что он меня обманывает. Только как заставить его признаться, я не знала. И вчера, и сегодня он ничем не выдал себя, но я боялась, что потом эти воспоминания, так неосторожно показанные мной Шарису, обернутся против меня. Слишком лукавыми были его глаза, слишком пьянящим был сон.

— Меня расстраивает ваше недоверие… И что же по-вашему я прочитал?

Я открыла было рот, и запнулась. Как? Как мне рассказать об этом? Шарис терпеливо ждал ответа, разглядывая меня и, не дождавшись, довольно улыбнулся. А мне показалось, что у меня покраснели даже уши, я смущенно отвела взгляд.

— Но сегодня мы вдвоем? Без вашего неусыпного стража? — мурлыкнул он, — я рад…

— Чему?

— Когда никто не пытается уничтожить взглядом, работается легче. Начнём?

Сегодня я, как никогда, старалась сосредоточиться на голосе Шариса, следуя его указаниям. Дышала как нужно, погружалась в пустоту внутри себя, искала там двери в глубины памяти. Ведь если я хотела стать свободной, мне нужна была моя память. Так проще будет выжить в мире, который я сейчас совсем не знаю.

Тем временем поначалу приятно-тёплые пальцы Шариса становились все горячее. Темнота в сознании стала расцвечиваться яркими желтыми всполохами огней. Внутри поднимался ставший привычным ужас и чувство беспомощности. Начала болеть голова.

— Тише, тише, — сквозь пустоту услышала я бархатный, успокаивающий голос Шариса — Всё уже кончилось. Всё хорошо. Я рядом…

Его обжигающе-горячая ладонь коснулась моего лба, подарила облегчение. Сам Шарис нахмурился, сорвал с кровати одеяло и быстро накинул мне на плечи, только тогда я поняла насколько сильно замёрзла.

— Что происходит? — спросила, дрожа и ёжась от холода.

Озноб уже охватил всё тело, заставив зубы выбить короткую дробь.

— Тот, кто работал с твоей памятью, Лис, работал грубо. Если сравнивать память с книгой, он не затёр написанное, а просто вырвал страницы, совершенно не заботясь о последствиях. Пойди мы сегодня чуть дальше, и ты замёрзла бы совсем.

— Вырвал? — переспросила, ещё сильнее кутаясь в одеяло.

— Это очень примерное пояснение, Лис. Как объяснить понятнее я не знаю.

— Но её можно будет вернуть?

Шарис не ответил. Постоял, внимательно разглядывая меня, потом решительно направился к двери.

— Сначала тебе нужно согреться, я попрошу ещё одеяло и чай. И поговорю с шессом.

Подтянув под себя ноги, я уныло смотрела ему вслед. Сумрачные мысли бродили в моей голове. Всё верно, я была лишь прикрытием, расходным материалом. Зачем кому-то было заботиться о тонкости работы. Но почему тогда мне стёрли память, почему не убили сразу? Там же в спальне, вместе с ашесом?

— Лис? — задумавшись, совсем не заметила вернувшегося Кшаса и Тессу, протягивающую мне горячий чай. Кивнув с благодарностью, приняла чашку, согревая ледяные руки.