Осколки памяти

Интерлюдия 17

--- Осколок чужой памяти ---

Хаяш

Сегодня я, наконец-то, разобрался что чувствует к ней Кшас. И, с каким-то болезненным удовольствием, столкнул их с Хэссаром в переулке, чтобы остаться с Лис наедине. Сначала хотел отвести её в гнездо, но потом понял, что мой особняк гораздо ближе, и я смогу провести наедине с ней немного больше времени. Людей Кшаса, с детской мстительностью, я оставил во дворе.

Лис затягивала как глубокий топкий омут. Из неё невозможно было выбраться. Приходилось прилагать все усилия, чтобы не утонуть в ней с головой. Может потому, что стал тонуть и открылся ей сегодня, как никому другому. Рассказал о том, что давно копилось в душе. О моей ненависти к отцу. О моей любви к маме.

Она уснула в гостиной. Долго разглядывал её спящую. Тонкие черты лица, хрупкость фигуры, расслаблено свесившуюся кисть руки, с почти прозрачной кожей, через которую проступали синие венки. Вспоминал смех: яркий, радостный. Она так редко смеётся, чаще просто легко улыбается.

В комнату отнёс её сам. Не стал будить и не доверил её никому. Когда укладывал в кровать она забавно завозилась, ухватывая одеяло в охапку. Совсем по-детски, как игрушку. Представлять себя на месте одеяла было неосторожно, и мне пришлось быстро уйти, чтобы не сорваться и не повторить ту же ошибку, что и Хэссар в пещере. Я вышел из комнаты и запер дверь на ключ. Второй, точно такой же, остался на прикроватном столике. Сегодня ночью к ней в спальню смогу войти только я.



Отредактировано: 13.09.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять