Осколки Розы: Возрождение

Глава 13

Все последующие дни проходили одинаково. Госпожа Кимберли по-матерински ухаживала за садом. Безмерно много любви и ласки вкладывала девушка в цветы, что казались ей живыми личностями, даже более живыми, чем окружающие люди. Она с ними разговаривала, будто с живыми. Через них словно молвил сам Бентон, как символ жизни всего посаженого сада. Что-то внутри каждой розы отображало Бентона, его манеры, качества, энергию. Весь комплекс привлекал Кимберли и она не замечала, как летело время, словно во сне. Девушка лишь осознавалась как просыпается в своей кровати с наплывшими воспоминаниями.

День за днём сад становился всё прекраснее и прекраснее. На удивление окружающих, он был настолько изысканным, будто находился под пристальным наблюдением профессионального садовника. Госпожа не оставляла сад без внимания ни на миг. Даже еду ей приносили слуги, не желая каким либо образом отвлечь столь увлеченную и потерянную душу. По этой причине возле изысканной клумбы установили маленький столик для размышлений госпожи.

Однажды, после тяжёлого уморительного дня, девушка решила насладиться плодами своего труда. Прохаживаясь между роз, Кимберли внимательно рассматривая каждый цветок. Воздух благоухал дорогими ароматами цветов, но один из них выделялся наиболее сильно. Помесь сладко-пряного с нотками горько-приторного запаха источался с удивительно знакомого источника. Одна яркокрасная роза с нежным оттенком баклажана сразу же напомнила Кимберли её детство и отца. Та роза показалась ей до боли известной, будто это та же самая, которую они с отцом когда-то вместе рассматривали. Острые шипы напомнили Кимберли глубокий разговор с отцом, который до сих пор не покидал её разум, столь значительный отпечаток на личности он оставил. На глазах девушки выступили слёзы. Неужели её обида прошла и она больше не вспоминает то, с какой яростью прежде Кимберли уничтожала весь сад, каждый цветок и даже напоминания о них? Неужели столь длительный промежуток времени не помешал этой розе бесстрашно вынырнуть из-под грунта, в надежде вызвать добрую улыбку на давно печальном лице озлобленной хозяйки?

Девушке стало больно на душе и так стыдно перед давним символом воспоминаний о покойном отце. Кимберли принялась безудержно рыдать, вслух прося прощения.

Вышедший на улицу мистер Эльберт услышал столь горький плачь и воспринял возгласы извинений, как обращение к ушедшему Бентону. Озлобленное ревнивое сердце бесстрашного телохранителя, до недавнего времени утихшего после последнего разговора с госпожой Кимберли, теперь разгорелось с новой силой и повело его действовать окончательно и бесповоротно. Он снова направился к старому сторожу, который за последнее время начал побаиваться выходок мистера Эльберта. Настойчиво выпытав всю волнующую его информацию, телохранитель поспешно отправился на рынок, где прежде работал Бентон. Проделав всю нужную работу, мистер Эльберт вернулся в особняк, приготовив для госпожи Кимберли волнующую новость.

Девушка уже оправилась от нахлынувших прежде воспоминаний об отце и своём унизительном поведении, и пришла в себя, с улыбкой осматривая сад. Мистер Эльберт, словно буря, появился перед Кимберли весь на взводе. Девушка даже немного испугалась, увидев своего телохранителя в столь потерянном виде.

-- Что случилось, мистер Эльберт? -- заволновалась Кимберли.

Ожидая подобной реакции, охранник бездушно, но будто заинтересованно ответил:

-- Госпожа, я раздобыл некоторую информацию. Это касается Бентона.

Только услышав имя Бентона, девушка не дала Эльберту договорить, как начала непрестанно расспрашивать о нём, чем ещё больше разозлила охранника, вспыхнувшего новым пламенем ревности.

-- С надежных источников я узнал, что Бентон на днях уехал из города вместе со своей невестой, -- поведал охранник, ожидая реакции.

-- Невестой? У... У Бентона была невеста? -- расстроено переспросила Кимберли, тем самым полностью убедив Эльберта в наличии симпатии к садовнику.

-- Да. К тому же мне стало известно, что они уже давно хотели обручиться, но после инцидента в этом особняке, Бентон решил немедленно уехать, забрав с собой невесту. Скорее всего, они уже поженились, -- сделав акцент на последних словах, исчерпывающе подчеркнул умный охранник.

-- Я... я не знала... -- едва продолжила убитая новостью Кимберли.

-- Никто не знал, -- хладнокровно добавил Эльберт, -- Этот человек очень скрытен и горд. Вряд ли он простит того, кто его обидел, -- довольно прямо намекая, добавил охранник.

-- Идите в особняк, мистер Эльберт. Я хочу побыть одна, -- печально, будто задыхаясь, попросила Кимберли.

-- Конечно, госпожа, как пожелаете, -- довольный победой над соперником, закончил диалог телохранитель.

В сумерках угасающего дня девушка стояла напротив сада. Её поникший взгляд снова обратился на цветы. По пухлым щекам вновь полились ручейки горячих слёз. Последние лучи солнца, будто навеки прощаясь, гладили лепестки роз и опечаленое лицо Кимберли. Теплые лучи, словно пытались вытереть слёзы отчаяния с лица девушки, но потом внезапно скрылись за горизонтом, оставив девушку справляться со своей болью в одиночку. Это ещё больше её расстроило и она отчаянно посмотрела на балкон особняка, где прежде стояла и наблюдала за Бентоном. Он точно стоял на этом же месте в тот день. А теперь этот парень уже, наверное, женат и пытается даже не вспоминать прежние события. Теперь его удел -- жена и новая жизнь, где никогда не будет места для Кимберли. Как больно осознавать столь бессердечную правду. Однако истина всегда хладнокровна. Сердце Кимберли словно окаменело в тот момент и перестало чувствовать что-либо. Она будто умерло, но продолжало биться, разнося по венах мёртвую кровь.

Вышедшая на улицу миссис Дороти немного отвлекла госпожу от размышлений.

-- Госпожа Кимберли, вот я Вам принесла ужин. Всё, как Вы любите. Садитесь, отдохните немного, -- дружелюбно и сердечно приглашала няня, кладя поднос на маленький столик возле клумбы.