Осколки сердца: тихая буря чувств

4.4.

– Как хорошо, что ты очнулась! – кинулась обнимать меня Эсса.

Ничего не понимая, я попыталась увернуться, но это оказалось сделать проблематично, поскольку оказалась замотана в прочную паутину!

Голос Коннора всё ещё звучал в голове, откликаясь предчувствием о чём-то важном.

Белая полупрозрачная ткань казалась лёгким и мягким одеялом, не сразу было ясно, что это липкая ловушка. И чем больше я пыталась вырваться, тем более клейкой она становилась, что ввергало в панику.

– Замри же, Света! – прикрикнул Тулс, свесившись надо мной с потолка. Он всмотрелся в моё лицо и едва заметно улыбнулся. – Как самочувствие?

Я прислушалась к себе. Во-первых, было ощущение сытости, наверное из-за питательного сна. Во-вторых, чувствовался прилив сил.

– Хорошо, – медленно ответила.

– Значит, это ментальное вмешательство было тебе неопасным, – задумчиво произнёс паук.

С опаской осмотрелась, чтобы убедиться, одни ли мы сейчас тут, и уверенно кивнула.

– Весточка из дома, – произнесла я, вспомнив всё, что узнала и едва слышно добавила, – очень неоднозначная…

Эсса тут же навострила любопытные ушки, готовая меня пытать на подробности. А вот Тулс как-то недобро прищурился и указал наге на дверь.

– Потом поговорите. Тебе на кухню не пора?

Подругу как ветром из комнаты выдуло, а паук начал меня распутывать из паутины.

У него это получалось гипнотически легко и в то же время жутко. Тулс стоял на человеческих ногах, а паучьи лапки разрывали клейкое полотно, расщепляя его и растворяя в воздухе.

Интересно, как он производит паутину, раз тело не такое, как у привычных для меня пауков?

– Новости плохие? – выдернул из задумчивости библиотекарь.

– Ну как тебе сказать, – вставая с кровати, повинуясь жесту мужчины, протянула я. – Ты что-то знаешь о ритуалах принятия миром?

Тулс замер, держа на весу остатки паутины, и словно впадая в ступор.

Не знаю, что это означало, но казалось, я затронула что-то личное для него. Мужчина побледнел, его губы моментально пересохли, так что облизывал он их нервно. Но более говорящем о его неоднозначных чувствах были глаза – остекленевшие, таящие всю боль жизни.

Не знаю почему, но его захотелось поддержать хотя бы морально, из-за чего я ступила ближе к пауку, натягивая всё ещё свисающую с потолка часть паутины, и положила руку Тулсу на предплечье.

Он вздрогнул, но не отшатнулся, а только закрыл глаза, делая глубокий вдох.

– Кажется, я знаю, где искать. Вот только тебе придётся подождать, я не уверен, что смогу так легко набраться смелости зайти в кабинет своего брата, – извиняющимся тоном проговорил паук, не открывая глаз.

Я удивлённо хмыкнула:

– У тебя есть брат?

Тулс неопределённо пожал плечами.

– Вообще-то нас семеро, тех, кто выжил, и согласился с негласным порядком наследства по-старшинству, – равнодушно произнёс паук, открывая глаза и продолжая сматывать паутину.

Я решила не заострять внимание на слове “выжил”, но осмелилась порасспрашивать больше:

– Значит, с братом плохие отношения?

Тулс покосился на меня и покачал головой.

– Он наследник. Моё появление дома без приказа может быть воспринято как желание побороться за старшинство и наследство. А мне бы этого не хотелось, – мужчина передёрнул плечами и отступил от меня.

И на миг мне показалось, что Тулс скован призрачными золотыми цепями и самая опасная петля находится вокруг его шеи, практически впиваясь в неё шипами.

Что это? Контракт или Договор?

В голове тут же зазвучал голос Коннора, напоминающий о моей способности разрушать несправедливые договорённости. Но как мне это сделать?

Ещё бы выяснить, точно ли я увидела эти цепи, или это были галлюцинации?