Осколки Терры

7 июня М56. День, когда началась паника

"Пекло."
Именно эта мысль преследовала любого жителя Капуции, начиная от маленьких детей и заканчивая стариками. Жуткая жара. Температура росла уже не первый год, и если зимой еще можно было немного расслабиться, то приближение очередного беспощадного лета заставляло людей всей Терры нервничать, тем более что в этом году оно обещало быть особенно беспощадным.
Аргандия оказалась на грани голода. Объем урожая стремительно снижался, скот вымирал. Не в силах совладать с собственными проблемами, Объединенные Земли Аргандии были вынуждены окончательно закрыть границы, пресекая любые попытки иммигрантов укрыться на нейтральной территории. Экономика страны повисла на волоске.
Тондекс безуспешно боролся с пожарами, вспыхивающими по всему материку в каждом апреле. Гордость северян - дремучие леса - пылала. Ситуацию осложняла нестабильная политическая обстановка, на фоне которой потеря главного стратегического преимущества выглядела уж совсем неблагоприятно. Вопрос о мирных переговорах оставался невысказанным, но и успешное продолжение войны было под угрозой. Цивитас могла бы бросить все силы и добить своего замученного противника, окончив затянувшийся конфликт, вот только сама попала в тупик.
Силекс отвратительно переносил жару. Интенсивность s-излучения была обратно пропорциональна температуре окружающего воздуха. Обычно эта проблема решалась системой охлаждения, но когда столбики термометров достигли зашкаливающих значений, охладителей стало недостаточно. Транспорт, почти полностью работающий на силексе, вышел из строя, переход на двигатели электрического типа занял время. Два месяца Республика находилась в состоянии близком к коллапсу, и ей было уж совсем не до войны.
А люди... люди страдали везде. Отчасти из-за погоды, отчасти из-за политики.
По улице столицы быстрым шагом шел мужчина. Несмотря на ранний час, воздух уже прогрелся до критических значений, но идущий не обращал на это внимания, хотя на светло-зеленой армейской рубашке уже темнели пятна пота. Губы его то и дело расплывались в коварной улыбке, которую мужчина старательно прятал в кулаке, каждый раз ускоряя шаг. Цель была буквально за углом, грех жаловаться на жару. Да и остатки ночного ветерка еще не стихли окончательно. Это все неприятные пустяки, мелочи. Главное то, что сегодня он все-таки сможет изловить человека, старательно ускользавшего последние месяцы. Встать пораньше, не предупредить никого, за исключением начальства, о внеплановом выходном, и отправиться на охоту. Сегодня он не успеет убежать. 
Мужчина на секунду остановился перед зданием и перевел дыхание. Он всегда слегка нервничал, когда оказывался перед дверьми родного дома. Потертое, состарившееся строение, когда-то считавшееся довольно престижным, и все еще сохранившее остатки былой элитности. Ирония заключалась в том, что многие из жильцов разделили судьбу жилища.
Мужчина усмехнулся и открыл дверь. 
"Слишком жарко для философии. Но Алу бы понравилось".
Прохладный подъезд показался райским местом после пылающей улицы. Дышать стало легче, и подъем на второй этаж не занял много сил. Через минуту пришедший уже стоял перед до боли знакомой дверью. Свивающиеся в живой клубок деревянные человечки по прежнему были вовлечены в завораживающий танец, неподвластный ходу времени, и сейчас, казалось, ехидно подмигивали гостю, всецело одобряя его намерения.
"Давай, звони, - словно говорили они. - Чего застыл? Он дома. Вот же весело сейчас будет!"
"Весело", - согласился с ними мужчина и нажал на кнопку звонка.
Послышалась слегка охрипшая от времени, но все еще вполне узнаваемая мелодия. После затухания последних звуков воцарилась тишина, но ненадолго. Стремительные шаги за дверью, чуть более тяжелые чем обычно, щелчок замка - и дверь приоткрылась. На пороге стоял Честер Лейн.
- Привет, пап, - невинно улыбнулся гость, хотя внутри он ликовал. - Давно не виделись.
- Мэтти? - Честер растерянно уставился на сына. - А... Почему ты здесь?
- У меня выходной.
- Выхо... почему ты не сказал об этом маме?
- Кто там? - откликнулась из глубины квартиры Эрика.
- Это...
- Мам, это я, - Мэтта вдруг охватил иррациональный страх. Он испугался, что Честер может захлопнуть перед ним дверь.
А к этому все и шло. Растерянность в мгновение ока сменилась раздражением. Характер руководителя "Цветов Республики" с возрастом не становился лучше, и после грандиозного скандала, которым закончилась последняя встреча Мэтта с отцом, он начал усиленно избегать любого контакта с сыном. Каждый раз, когда тот объявлял по коммуникатору об очередном выходном, Честер исчезал из квартиры: на работу, в парк, в магазин, в гости к подчиненным - одним словом, куда угодно. Эрика тяжело переживала семейный конфликт, но все ее попытки исправить ситуацию разбивались о каменное упрямство мужа и глубокую обиду Мэтта. Впрочем, с последним было проще: несмотря на злость и возмущение, он все же не оставлял надежды уладить разногласие и устроить человеческие переговоры. Мэтт смог решиться на этот шаг. И что дальше? Его ведь не развернут на пороге, так?
- Я же сказал, что не хочу тебя видеть! - уже привычная порция желчи, на которую Мэтт только покачал головой.
- Пап, так нельзя. Мы же семья. 
- Честер? - Эрика выплыла из комнаты и, не тратя времени на разборки, сразу пошла в атаку. - Мы действительно семья. Давайте сядем и спокойно поговорим.
- Давайте, - охотно согласился Мэтт.
- Не давайте. Ты знала, что он придет?
- Нет. Он ничего не сказал мне, - Эрика не врала, но Честер посмотрел на нее с явным сомнением.
- Лжешь?
- Ты обвиняешь меня? - в голосе женщины послышалась сталь, которую первый балетмейстер столицы боялся как огня.
- Нет, Эри, конечно нет, - на лице Честера вновь появилась растерянность и тут же пропала, стоило ему перевести взгляд на сына.
- Уходи отсюда.
- Он не уйдет, - Эрика как всегда сохраняла внешнее спокойствие, но Мэтт буквально чувствовал, как сжималась ее пружина. Если она дойдет до предела, Честеру будет очень плохо. А доводить родителей до нервного срыва Мэтт не хотел.
- Погодите! - он хотел сказать что-то еще, но, повинуясь внезапному порыву, не произнес ни слова, сдавив отца в крепких объятиях. Повисла тишина.
Этот забытый прием был родом из детства. Не в силах справиться с гневом Честера, маленький Мэтт иногда, в крайних случаях, прибегал к грязной игре, и, что самое странное, это работало. Сработает ли она сейчас, нельзя было сказать наверняка, но другого способа угомонить скандалиста все равно не было. Стоило попытаться. 
- Я люблю тебя, пап, - добавил для усиления эффекта повзрослевший манипулятор.
Честер задергался и что-то заворчал, пытаясь сопротивляться, но быстро сдался. В дополнение к прочему картину завершила Эрика, обхватив конфликтеров снаружи и окончательно подавив волю мужа. 
- Давайте все-таки поговорим, - настойчиво повторила она. 
- Хорошо, Эри, - с явным нежеланием откликнулся Честер. - Но это будет последний раз.
Они прошли в комнату. Мэтт хотел уже по армейской привычке шлепнуться на диван, но вовремя опомнился. Настраивать против себя еще и бережливую Эрику было крайне неблагоразумно. 
Мать мягко приземлилась рядом с ним. Отец, немного подумав, опустился на противоположное кресло и тяжело вздохнул.
Лучи утреннего Солиуса падали на лицо Честера под прямым углом, подчеркивая каждую морщинку, отчего тот выглядел бесконечно усталым.
"Нет, Солиус тут ни при чем, - вдруг понял Мэтт. - Он действительно устал от этой проклятой истории. Но почему-то еще продолжает брыкаться".
- Ну давай. Говори, - голос тоже был усталым. 
Мэтт сделал глубокий вдох. У него было много времени продумать разговор, и он не упустил этот шанс. В планировании капитан был слаб, но он точно знал, с чего стоит начать. На интуитивном уровне он догадывался, какого признания ждет Честер. Так почему бы и не признаться? Все равно это правда. 
- Дело в том, - Мэтт выдержал небольшую паузу, - что я и сам ненавижу МВС.
Две пары удивленных глаз уставились на него. 
- Нет, я люблю армию. Я люблю ее технику и оборудование, оружие, атмосферу. Мне нравится быть солдатом. Но я ненавижу МВС. Министерство - это не армия. Это политика. А я ненавижу политику.
В воздухе повисло неловкое молчание. Мэтт ждал от родителей хоть какой-нибудь реакции, но те находились в замешательстве. Он предпринял попытку разъяснить ситуацию:
- Когда я пошел в Академию, я рассчитывал не на это. МВС не могут вести честную игру: постоянно какие-то интриги, заговоры. Против Тондекса... против нас. Это неправильная армия, не та, которую я ожидал. Да, мне нравится служить в ней, но не под таким начальством.
Мэтт потер лоб. Время пришло. Если он сейчас поведает эту историю, то сможет убить сразу двух зайцев.
- Есть один секрет. Полгода назад я поклялся никому не рассказывать о нем, но теперь все изменилось.
- Ты уверен в этом? - с сомнением спросила Эрика.
- Да. Если помните, недавно Министерство закатило крупный скандал.
- Ты про те аресты? - Честер уже не выглядел разъяренным. Скорее испуганным.
- Арест. Он был один. Они арестовали моего друга, - Мэтт вдруг почувствовал комок в горле, и ему пришлось сделать секундную паузу. - Арестовали за то, что он... Можно сказать, что он знал то, чего не должен был. Когда над ним нависла реальная угроза, он успел попросить меня рассказать эти вещи тем, кому я доверяю. И пустить новость как можно дальше. Люди должны знать о лжи собственного правительства. 
- Твой друг, - Эрика приобняла сына. - Что ему грозит?
- Я не знаю, но боюсь худшего. Сегодня я должен встретиться с одним человеком по этому вопросу, - Мэтт опустил голову. - Не знаю, получится ли у нас что-нибудь сделать. 
- Но ты и сам можешь попасть в тюрьму, - угол рта Честера снова начал подергиваться.
- Он заслужил хотя бы попытку спасения! - выкрикнул Мэтт, чувствуя, что разговор пошел не туда. - Мы не будем лезть в самое пекло. Мы не станем нарушать закон. У нее есть связи. И вообще, я говорил не об этом.
- Честер, помолчи, - вставила решающее слово Эрика. - Наш сын уже не ребенок. Он знает, что делает.
- Сильно сомневаюсь, Эри, - покачал головой отец, но умолк и защелкал суставами пальцев.
- Пап, не нервничай, - Мэтт снова потер лоб, стараясь сосредоточиться. - Так вот, секрет. На самом деле войну начал не Тондекс. Альянс разрушила Республика. 
- Ты уверен в этом, Мэтти? - осторожно спросила Эрика.
- Абсолютно. Из-за этой информации Камиль и пострадал.
- Но как такое возможно?! - Честер схватился за голову. - Ведь первые бомбы взорвались здесь!
- Не совсем. Это была провокация со стороны Цивитас. Республика через шпионов пустила ложный слух в Тондексе, будто мы готовим удар по ним. Север запаниковал.
- Да быть такого не может...
- Может все и обошлось бы, но агрессивность северян сыграла на руку нашему правительству.
- Но зачем им это нужно? - Эрика выглядела совсем растерянной.
- Жадность, - пожал плечами Мэтт. - Или паранойя. Рексор боялся, что Тондекс начнет претендовать на запасы силекса.
- Большей глупости я в жизни не слышал! - взорвался Честер. - Если все было действительно так, то во главе нашей страны стоят психопаты! 
Эрика промолчала, разделяя позицию мужа. Мэтт кивнул. Он и сам думал так же, но за подобную фразу мог легко отправиться в список неугодных.
- Они обрекли Республику на долгую и бесполезную войну только для сохранения своих камней?! Это гораздо важнее, чем спокойствие честных граждан?! Цивитас катится в яму, Эри! Теперь я точно уверен в этом, - Честер вскочил с кресла и начал бегать по комнате, осыпая государство отборными проклятиями. 
- Подожди, пап! - окликнул его Мэтт. Он не был уверен, что родители готовы услышать продолжение новости, но хотел до конца выполнить последнюю просьбу Камиля. - Это еще не все.
Честер замер возле окна. Некоторое время он смотрел во двор, постукивая пальцами по стене, а потом резко повернулся к сыну:
- Есть еще что-то про этих мерзавцев?
- Есть, - Мэтт некоторое время смотрел в стену, не решаясь произнести следующие слова. - Они разрабатывают оружие, базирующееся на силексе. Скорее всего, правительство хочет нанести окончательный удар по Тондексу и закончить войну... радикально.
- Какое оружие? - Честер схватился за голову и испустил сдавленный стон. - Они в своем уме вообще? Нет. Конечно же, нет. Они уничтожат последние остатки порядка, утвержденного Альянсом! Если они прибегнут к такому шагу, это будет конец всему! Они похоронят Терру! 
- Камиль знает это. Он знает, что МВС и Министерству Науки больше нельзя верить. И единственный способ хоть как-то исправить ситуацию - изменить страну изнутри. Чем больше людей узнает о планах рексора, тем выше шанс государственного переворота. Другого выхода, судя по всему, нет.
В комнате вновь наступила тишина. Честер медленным шагом приблизился к креслу, но не сел. Несколько секунд он стоял с опущенной головой, рассматривая орнамент на подлокотнике, а потом перевел взгляд на Мэтта, отчего капитан почувствовал уже знакомую нервозность. 
- Лучше беги оттуда, Мэтти, - неожиданно тихим голосом произнес отец.
- Я бы и рад, пап. Но не думаю, что от этого будет много толку. Да и все равно мне больше некуда податься. 
- Ты можешь пойти в Академию Науки, - выступила с неожиданным предложением Эрика. - Или хотя бы стать юристом одного из Министерств.
- Например, нашего, - подтвердил Честер.
- Я подумаю, - уклончиво ответил Мэтт.
Он соврал: переучивание в его планы не входило. Бежать из МВС сейчас, когда невозможно предугадать их следующий шаг, выглядело недопустимым поступком. Иллюзия контроля ситуации была просто необходима Мэтту, но в любом другом министерстве с ней можно было распрощаться.
- А пока мне нужна ваша помощь, - капитан интуитивно понизил голос. - Распространите эту информацию. О преступлениях правительства должно узнать как можно больше людей. Только будьте осторожны. 
Эрика едва заметно кивнула и посмотрела на мужа. Тот все еще стоял возле кресла, задумчиво изучая подлокотник. 
- Хорошо, - наконец отозвался Честер. - Я готов на все, чтобы они получили по заслугам. Но было бы лучше просто расстрелять Империум.
- Это уже крайние меры.
- Это адекватные меры. Давай переведем тему. Меня трясет от этого разговора.
- Хорошо, - Мэтт и сам был от него не в восторге. Но своих целей он добился, а значит, можно было прийти к выводу, что беседа прошла успешно.
Остаток утра оказался более или менее спокойным. Родители постарались забыть не только о правительстве, но и о застарелой семейной ссоре к огромной радости Мэтта. Впервые за долгое время он смог позавтракать в родной квартире, не опасаясь, что Честер попытается проткнуть ему руку вилкой. Хоть отец и не лучился особым дружелюбием, факт разочарования сына в МВС подействовал на него положительно. Это еще нельзя было назвать полным примирением, но огромный шаг к нему уже был сделан.
Разобравшись с одной проблемой, капитан смог уделить внимание другой, более сложной и более опасной. После обеда у него была назначена встреча с Сеаной. Девушка была на грани истерики, но все еще умудрялась держать себя в руках, прекрасно понимая, что истерикой сложившуюся ситуацию не разрешить. Камиль попался, да, но никто и не помышлял оставлять его в беде. Сеана откопала немыслимо длинные связи с дядиной стороны, однако особо в них не верила: дядя мог и отказаться помогать. Мэтт же, нужными связями не обладающий, начал искать альтернативные пути решения и, в общем-то, нашел, но температурный кризис внес свои коррективы, сильно усложнив дело. Теперь парочке военных, бродящих по лезвию, требовалось встретиться снова, чтобы пересмотреть свои действия. Для тактического свидания было выбрано малоприметное кафе с простым названием "Весна", притаившееся в густой аллее в районе Алленд, далеко от центра города. После обеда туда десятками стягивались влюбленные парочки, и затеряться среди них было совсем несложно. Тройные меры предосторожности нельзя было назвать чрезмерными, учитывая, что и Мэтт, и Сеана интересовали суд МВС и не разделяли до сих пор судьбу Камиля только из-за отсутствия прямых улик. К счастью, после тщательного допроса интерес суда угас достаточно, чтобы не устраивать за ними слежку, но вымотанная Сеана хотела перестраховаться. Нельзя сказать, что Мэтт был против.
Стационарный коммуникатор - портативными было решено пока не пользоваться - зазвенел как по графику.
- Это меня, - Мэтт перехватил Эрику, уже потянувшуюся к кнопке приема вызова. - Слушаю.
На экране появилась бледная Сеана. Лицо девушки не выражало никаких эмоций.
- Все в силе?
- Конечно. Буду через полчаса. 
- Хорошо, - изображение погасло. 
- Мне пора, - повернулся Мэтт к матери.
- Ты еще вернешься или сразу поедешь в поселение? 
- Не знаю. Зависит от того, сколько времени это займет. Скорее всего, вернусь.
- Если не будешь успевать, позвони, Мэтти. Мы должны знать, чем закончится ваша встреча.
- Ладно, - капитан обнял Эрику на прощание, махнул рукой Честеру и вышел из квартиры.

***

Жара усилилась. Следы ночной прохлады исчезли окончательно: теперь уже ничто не могло спасти несчастных людей от пекла. Находиться на улице можно было только на свой страх и риск, но желающих рисковать было немного. Единичные, выползающие из дома под гнетом обстоятельств, смельчаки двигались к своей цели короткими перебежками, как будто по нужде заглядывая во все магазины с охладителями на своем пути. Владельцам же такие гости были только в радость. Шанс продать что-нибудь ненужное увеличивался прямо пропорционально количеству изнемогающих от жары бедолаг.
Но Мэтт умело игнорировал все освежающие точки, скрипя зубами от жары. У него не было ни времени, ни сил, которые бы он был готов потратить на "услужливых" торговцев. В "Весне" должно быть прохладно, а значит это лишний стимул добраться туда поскорее. Сеана ждет. Продлевать это ожидание капитан не хотел. Девушка и так уже натерпелась.
Аллея, на которой стояло кафе, выглядела удручающе и совсем не по-весеннему. Деревья засыхали, несмотря на регулярный полив. Аномальная жара оставила свой отпечаток везде и, судя по прогнозам погоды, отступать не собиралась. Иначе говоря, конец общемирового кризиса отдалялся на неопределенный срок, что служило лишним поводом для тревоги. Впрочем, этих поводов стало слишком много. Так много, что временами Мэтт хотел просто выкинуть все из головы и не думать ни о чем. Но жизнь стремительно возвращала его в привычное русло, и долго бездействовать не получалось. 
Капитан зашел в "Весну". Дышать сразу стало легче.
Кассирша подняла усталый взгляд на вошедшего:
- Меню?
- Нет, спасибо. Кружечку фирина и кусок "Альянса".
- Присаживайтесь, через пару минут принесу, - монотонно ответила заученную фразу женщина и скрылась на кухне.
Мэтт неторопливым шагом двинулся вдоль двойного ряда полузаполненных столиков, внимательно посматривая по сторонам. Пусть жара и буйствовала, но постоянные клиенты "Весны" не изменяли своим традициям. От недостатка посетителей кафе не страдало, однако Сеаны среди них не было.
"Неужели еще не пришла?" - Мэтт почувствовал легкое волнение. Конечно, едва ли что-то могло случиться, но все-таки...
К счастью, его тревоги оказались преждевременными. В самом дальнем углу, рядом с огромным папоротником показалась знакомая фигура. Девушка притаилась за растением, сжимая в руке кружку с едва отпитым фирином. Салатик, стоявший скорее для приличия, и вовсе был нетронут.
- Вот ты где, - капитан рухнул на свободный стул напротив Сеаны. - Тебя так просто и не увидишь. 
- На то и был расчет, - кивнула девушка.
Мэтт поморщился. Вживую она выглядела еще хуже чем на мониторе. Красные глаза, синяки под ними, неестественная бледность, изгрызенные губы. Примерно такими же были солдаты, подверженные очередному приступу бессонницы, вызванной алтарем. Вот только бессонница прекратилась после введения дополнительных мер защиты от силексоза еще четыре месяца назад.
- Отлично выглядишь, - Мэтт попытался в своей манере свести все в шутку, но Сеана только покачала головой. 
- Знаю я, как я выгляжу. Как покойник, да? Давай сразу к делу.
- Нет, ну почему же как покойник...
- Мэтт.
- Ладно, давай.
- Ваш заказ, - возле столика выросла кассирша, подрабатывавшая одновременно официанткой. 
- Спасибо, - перед Мэттом приземлились кусок торта и фирин. Кремовый "Альянс" так и гипнотизировал сладкоежку, но усилием воли капитан все же смог переключить внимание на собеседницу.
- Какие новости?
- Пока никаких. 
- То есть, еще нет?
- Нет, - Сеана перешла на шепот. - Пока что у них недостаточно улик. Он может отделаться легкой кровью. Но они продолжают искать, Мэтт, и...
Девушка запнулась, сделала судорожный глоток фирина и продолжила:
- Если они откопают что-нибудь новое, то убьют его.
- Ну Камиль же не дурак,- Мэтт неуверенно потянулся к торту. - Он заметал следы.
- Видимо не до конца. Я боюсь, что может всплыть что-то еще, ты понимаешь? 
Голос Сеаны задрожал, и Мэтт поспешил успокоить ее.
- Послушай, они бьются над ним уже две недели. Если бы что-то было, они бы наверняка уже нашли это, разве нет?
Девушка слабо кивнула.
- Они опросили всех свидетелей, перетрясли центр связи, проверили личные вещи. Где еще можно найти улики? 
- Не знаю. 
- Тогда не переживай. Уверен, максимум, что ему грозит - несколько лет тюрьмы.
- Если бы так. А если нет? Они же его насквозь просветят. Это государственное преступление, Мэтт. Они так просто не отстанут от Камиля.
Мэтт бы и хотел возразить, но не смог. Сеана была права. Честно говоря, она была права во всем, и капитан сам не был уверен в тех словах, которыми пытался успокаивать. 
- Меня до сих пор трясет от того допроса, - девушка сделала еще один глоток напитка.
- Ты хорошо держалась.
- Хорошо? - Сеана невесело улыбнулась. - Я держалась из последних сил. Знаешь, как сложно врать ему в лицо? 
- Ну разумеется, я ведь тоже этим занимался. Но он же все-таки поверил тебе.
Девушка ничего не ответила. 

***

- Итак. Свидетели, - Алан Дукурс потер руки в предвкушении развлечения. - Сейчас я буду задавать вам вопросы. Ваша задача - отвечать на них предельно честно, ведь от этого зависит как ваша судьба, так и судьба вашего несчастного друга. Вы готовы?
Свидетели вяло кивнули головой. Алан неодобрительно цокнул языком.
- Ну где же ваш энтузиазм? Вы должны ответить громко: "Конечно, прокурор!" Вы же военные люди, разве нет?
Да, Алан Дукурс отличался редким обаянием. 
Юридическая система МВС выделялась на фоне юридических систем других министерств прежде всего своей строгостью, ведь на ее долю приходились государственные преступления. Случались они нечасто, но коварный аппарат всегда был готов по первому требованию проснуться и свершить правосудие со всей жестокостью и, конечно, справедливостью. Здесь работали серьезные люди, серьезно относящиеся к своему делу, однако в семье не без урода. Алан Дукурс, постоянно висевший на грани увольнения, оказался тем самым уродом в тесном кругу суровой прокуратуры МВС.
Едва ли можно было найти хоть одного человека в Республике, который бы ни разу не слышал об Алане. Эта светлая личность попала на государственную службу не столько из-за выдающихся способностей, сколько из-за брата, занимавшего должность верховного судьи МВС. Озабоченный благополучием родственника, Герберт Дукурс выбил ему более-менее спокойное место прокурора, чтобы иметь возможность приглядывать за братом. Впрочем, приглядывание Герберта работало из рук вон плохо, так же как и Алан. Юридической грамотностью горе-прокурор не обладал и, честно говоря, вообще мало на что был способен. Главной страстью Алана были допросы, и это было единственным, где он мог добиться хоть каких-то успехов. Не столько из-за того, что он блистательно владел их техникой, сколько из-за личного мерзкого характера. Алан издевался над допрашиваемыми, унижал их, изматывал бесконечными придирками - и так, пока они не расколются. На самом деле немногие выдерживали его давление. 
Мэтт с Сеаной уже знали, что их ждет.
- Итак. Вы не отрицаете свое знакомство с обвиняемым? 
- Нет.
- Отлично! Ну в таком случае начинайте рассказывать. Допустим... первым будешь ты. Напомни свое имя.
- Мэттью Лэйн. 
- Ты близко знаком с обвиняемым? 
- Он мой друг. 
- Друг! Друг - это, знаешь ли, понятие очень растяжимое, - Алан всплеснул руками. - Моя бабуля тоже мне друг, хотя мы с ней и не общаемся почти. Насколько тесно вы с ним контактируете? 
- Почти каждый день.
- Ага! Отлично. И ты, разумеется, ничего не знал о преступных увлечениях своего друга, да?
- Он ничего мне не рассказывал. 
Прокурор недоверчиво прищурился и пристально посмотрел в глаза свидетеля.
- Ой ли? Сдается мне, ты брешешь. 
- Он связист. Он почти все время проводил в центре связи, я на посту. Мы виделись с ним только в столовой и во время передачи отчета. 
- Тогда это не такая уж и близкая дружба, верно?
- Я и не говорил, что он мой близкий друг, - удивленно поднял брови Мэтт.
Алан еще раз внимательно посмотрел на капитана и повернулся в другую сторону.
- Имя.
- Сеана Сушон.
- А ты? 
- Мы с Камилем довольно... близки.
- В каком плане? - сальная улыбочка тронула губы прокурора.
Сеана покраснела.
- Какая разница?
- Ой, милочка, разница огромная! Знаешь, девочке, с которой я целуюсь, я бы доверил куда как меньше, чем девочке, которую удалось затащить в постель.
"Сомневаюсь, что тебе светит хоть что-то из этого", - промелькнула злобная мысль в голове Мэтта.
- Вот меня и интересует, насколько вы были близки. Чисто профессиональный интерес само собой.
Сеана на глазах превращалась в аналог томатора.
- Мы были... очень близки, - едва слышно прошептала она.
Алан засмеялся.
- Прям так уж близки, что он мог рассказать тебе что-нибудь секретное, да?
- Я ничего не знала. Он мне ничего не говорил.
- Ой, ну уж ты-то точно брешешь! - прокурор неодобрительно покачал головой. - Говори правду.
- Это правда, - Сеана подняла красные глаза на Алана.
- Неужели ты ни разу не видела в его комнате запрещенную литературу?
- Даже если и видела, откуда мне было знать, что это запрещенная литература? Книги - они и есть книги. Я их не читала.
- А ты? - снова переключил внимание прокурор.
- Я не был в его комнате.
- Может быть. А может и был? Она тебе ничего не рассказывала? 
- Сеана? А почему она должна была что-то мне рассказывать?
- Ну как же? Тайные интрижки за спиной общего друга? Не слышали, нет?
У свидетелей синхронно отвисла челюсть.
- Ладно, проехали, - Алан потянулся и сладко зевнул. - Тогда следующий вопрос: тебе сколько лет?
- Что? - Сеана в недоумении уставилась на прокурора. 
- Сколько тебе лет? - терпеливо повторил тот.
- Какое это имеет отношение к делу? - вступился Мэтт.
- Я сейчас не с тобой, молодой человек, разговариваю. Не лезь. Отвечай, милая.
- Д-двадцать восемь. 
- Много, много, - поморщился Алан. - Молодые дурнушки часто лезут в дела своих кавалеров. А ты не такая уж и молодая. Хотя и симпатичненькая безусловно.
Сеана тихо всхлипнула и заплакала.
- Прекратите! - Мэтт сжал кулаки в бессильной злости.
- А то что? Угроза прокурору? Пять лет тюрьмы? Хорошо подумай, юноша.
- Хватит издеваться над ней! - Мэтт заскрипел зубами.
- И после этого вы утверждаете, что интрижек не было? - Алан снова расхохотался. - А откуда же тогда такая забота?
Мэтт ничего не ответил. Воцарилась короткая тишина, которую прерывали лишь всхлипы Сеаны.
- Ну хватит ныть. Я же говорю правду! И вам следует делать то же самое. Вы осложняете мою работу своим упрямством! Еще раз спрашиваю: что ты знаешь? Ты не могла ничего не знать! Ты была в его комнате, спала на его кровати, пользовалась его вещами и ничего не знала?! - Алан начал злиться. 
- Я ничего не знала! - выкрикнула сквозь слезы девушка. - Откуда мне было знать?! Он прятал эти проклятые книги! Он ничего никому не говорил! Я не исключение!
- Преступник обязательно должен был кому-то доверять.
- Чушь, - возмутился Мэтт.
- Ага, значит все-таки ты?
- Я же почти не общался с ним.
- Секундочку, - Алан нахмурился. - Ты же только что заявил, что общался с ним каждый день.
- По долгу службы разумеется. Нас и друзьями-то можно было с натяжкой назвать.
- Тогда чего же ты вводишь меня в заблуждение? Хочешь по статье пойти?
- Я отвечал на ваши вопросы и ничего больше.
- А надо было больше! - Алан вскочил из-за стола в приступе гнева. - Надо было дать показания, а вы меня тут вокруг пальца водите! 
- Мы говорим правду! - Мэтт тоже вскочил. - Мы не собираемся придумывать того, чего не было. У вас нет никаких доказательств нашей, якобы, лжи.
- Как же вы меня утомили, - Алан потер виски. - Это еще не конец. Час перерыва, затем продолжим. Мне надо привести себя в форму.

***

- Хватит думать о плохом, - Мэтт нагнулся над столиком и ободряюще похлопал подругу по плечу. - Лучше скажи, как там твой дядя поживает?
- Дядя? - Сеана удивленно захлопала глазами, но через несколько секунд взгляд стал осмысленным. - Дядя... дядя пока что ничего не сказал. Я описала ему ситуацию в общих чертах, он обещал подумать. И с тех пор все. Думает.
- Сколько он уже думает?
- Неделю. 
- Ясно, - Мэтт вздохнул. - Тогда пора искать другой вариант.
- У тебя вроде был один. 
- Да, был. Он и сейчас есть, - капитан задумчиво посмотрел в окно. - Но с такой погодой будут сложности. Я думал попросить политического убежища у Аргандии, но после того, как они закрыли границы, боюсь, они могут не согласиться. 
Сеана потускнела.
- Но я обязательно попытаюсь. Ты не расстраивайся, - Мэтт ободряюще улыбнулся, скрывая терзающие его сомнения. Он был почти абсолютно уверен, что закрытая Аргандия, всю войну державшая строжайший нейтралитет, отклонит любой запрос о помощи. Тем более запрос, который может привести к нежелательному конфликту. 
Сеана тоже это понимала, поэтому на фальшивую улыбку друга отрицательно покачала головой. 
- Не надо. Это все бесполезно. Мы только потеряем время.
- А что делать?
Вопрос повис в воздухе. Никто из собеседников не мог дать на него ответ. 
Спустя несколько минут молчания Сеана вдруг оживилась:
- Аргандия нам не поможет. Но что если попросить Тондекс?
- Тондекс? - Мэтт взглянул на подругу так, словно она тронулась рассудком.
- Я знаю, что у нас с ними сложные отношения. Но по сути-то у нас общий враг. Может, удастся договориться?
- Ты действительно думаешь, что Тондекс станет нас слушать?
- Аргандия нам точно откажет, - пожала плечами Сеана, комкая салфетку в руках. - Почему бы не попробовать? Тем более что сведения, которыми владеет Камиль, могут заинтересовать Север.
- Ну хорошо. Допустим даже, что они согласятся, - капитан потер подбородок. - Теоретически я могу устроить переговоры с ними. Но они же не смогут выкрасть Камиля из камеры предварительного заключения.
- А Аргандия будто сможет? - впервые за все время разговора во взгляде девушки мелькнула ирония. - Твой план был не намного лучше. Но я продумала и этот момент. Пока еще его не засудили окончательно, он может законно потребовать один отходной день в месяц, верно?
- Вроде был такой закон, - не особо сведущий в законодательстве Мэтт развел руками. - Тебе виднее.
- Что, если в этот день получится подстроить его транспортировку в Тондекс? 
- Как?
- Как-нибудь. Ну знаешь, серьезные люди в темных очках хватают его посреди улицы, затаскивают в силексмобиль, везут в ближайший порт, там его ждет корабль или силексолет...
- Ты это сейчас серьезно? 
- Не буквально. Но что-нибудь похожее организовать можно. Когда начнут разбираться, вся вина ляжет на Тондекс. Мы тут вообще ни при чем.
- Похоже, это национальная черта характера - перекладывать вину на северян, - пробормотал себе под нос Мэтт.
- Мы и так в состоянии войны. Что им терять?
- Ну допустим, - согласился капитан. - Но почему ты так уверена, что МВС не выйдет на нас?
- Если будем действовать осторожно, не выйдет, - уверенно ответила Сеана. - Виноваты шпионы. Нас там вообще не было.
- Ладно, похоже на план. Надо обдумать его как следует. Любая ошибка будет дорого стоить. Сколько у нас времени?
- Понятия не имею.
- Тогда лучше не затягивать. Завтра буду искать способ связаться с Тондексом.
После этих слов Сеана буквально расцвела. 
- Неужели у нас все-таки есть шанс? 
- Конечно есть, - обнадеживающе подтвердил Мэтт. - Если будем аккуратны, Камиль скоро будет скакать по северным лесам.
- Пусть хоть так, - Сеана слабо улыбнулась и вдруг окаменела, уставившись в точку за спиной друга.
- В чем дело? - капитан и сам замер, боясь повернуться. 
- Вон тот человек. Глянь.
Мэтт медленно обернулся. А потом расхохотался.
За столиком у окна, притаившись за шторкой, сидел полный мужчина и сосредоточенно жевал мясную котлету. Светлые волосы до плеч, аккуратно собранные в хвост, очки в тонкой оправе, бежевый летний костюм - этакий классический работяга. Возможно учитель или культурник. Периодически посетитель делал какие-то пометки в толстом блокноте, лежавшем перед ним, чем только закреплял образ отпетого интеллектуала среднего уровня. Личность, по сути, ничем не примечательная, и именно это развеселило Мэтта.
- Что смешного? - удивленно спросила Сеана. - Это ведь он, да? Я обожаю его книги. Давай возьмем автограф. 
- Да хоть десять автографов! - продолжал смеяться Мэтт. 
Отчасти смех был истерический, но по большей части он действительно был рад видеть этого толстячка. Известного драматурга и писателя с широкой библиографией Алекса Броувера.
- Эй, Ал! Давно не виделись!
Мужчина дернулся, испуганно поднял глаза и в первую секунду попытался спастись бегством, но увидев, кто потревожил его покой, широко улыбнулся и отложил ручку. 
- Мэтт? Это действительно ты?
- Да нет, тебе показалось, - капитан оставил почти съеденный десерт, махнул рукой остолбеневшей Сеане и направился к столику друга.
- Не признаешь меня, да?
- Да нет, просто не ожидал встретить тебя здесь. Думал, что это опять мои фанаты балуются. 
- Ты близок к истине, - снова рассмеялся Мэтт, хлопнув по спине покрасневшую подругу. - Фанаты здесь действительно есть. Познакомься, Ал, Сеана. Коллега по работе. Сеана, это Ал, мой друг детства.
- Вы знакомы? - не то спросила, не то подтвердила девушка, не отводя глаз от Алекса. 
- Нет, мы только делаем вид. На людях, - с напускной серьезностью заверил ее Мэтт, но его губы тут же снова растянулись. - Угостишь даму автографом?
- Вообще я не люблю этим заниматься, но раз уж ты просишь, - Ал вырвал из блокнота листок, черканул пару строк на нем и протянул девушке, стремительно меняющей цвет лица. - Только не кричи так, Мэтт. Я не хочу привлекать внимание. 
- Ладушки. Мы к тебе подсядем?
- Ты предлагаешь мне выбор? 
- На самом деле нет, - капитан с жутким скрежетом подтащил третий стул к столику. 
Алекс поморщился:
- Просил же не шуметь... 
- Да не переживай ты так. Рассказывай лучше, как до такой жизни докатился? Прячешься по углам будто преступник какой-то. 
- Это все попрошайки. Не хотел обидеть тебя, - сразу оговорился Ал, кивнув Сеане. - Но большинство фанатов - тихий ужас.
- Осаждают дом? 
- Почти. Стоит мне на улицу выйти, как они тут же облепляют меня точно гадкие насекомые кучу отходов жизнедеятельности, - писатель развел руками. - В "Весне" же все так увлечены друг другом, что мне удается проскользнуть незамеченным. 
- И тебя никто ни разу не замечал? - удивленно поднял брови Мэтт.
- Ну почему... замечали, конечно. Поэтому я постоянно меняю место для творческого перекуса. Если бы из-за твоих воплей кто-то обратил на меня внимание, это был бы последний раз, когда меня здесь увидели, - пожал плечами Алекс. 
- Да не ворчи, полгода же не виделись. Помнишь презентацию "Темных корней"?
- И хотел бы забыть да не смогу. Здорово ты тому журналисту врезал.
- Сам виноват. Не мог же я просто стоять в стороне, пока он тебя домогался.
- Ну не такими словами, - Алекс смущенно опустил глаза, чем снова вызвал усмешку у друга.
- Да ладно тебе. Зато после такой сногсшибательной презентации "Корни" начали продаваться в два раза лучше предыдущих. Я тебе рекламу сделал. И бесплатно, заметь. Кстати, раз уж заговорили, как там новая книга поживает?
- Да вот, - Алекс кивнул в сторону блокнота, - пока никак. Я только начинаю работать над ней.
- А о чем она? - внезапно вклинилась в разговор смущенно молчавшая Сеана. 
- Ну, - писатель сделал паузу, внимательно изучая девушку. - Обычно я не рассказываю это. По крайней мере, пока не будет написано процентов девяносто.
- Да ладно тебе, порадуй девочку. У Сеаны сейчас сложный период, - Мэтт не собирался так просто отпускать друга. - Хотя бы намекни.
- Ох, Мэтт, из-за тебя я опять влипну в неприятности, - Алекс пожевал конец ручки и выдохнул. - Ладно, в двух словах. Это история про двух человек, которые отправились на поиски могущественного артефакта.
- И все? - Мэтт сморщился. 
- Я же сказал: в двух словах. Чего ты ждал? - писатель закрыл блокнот от греха подальше и поспешил перевести тему:
- Как Инта поживает? Все еще под террором Ребекки?
- А куда она денется? - Мэтт покачал головой. - Тем более теперь, когда Ребекка ее прямой начальник. Сидит в своем лагере, ковыряет алтарь. Ты ведь слышал про алтарь? 
- О нем только глухой не слышал. 
- Ну вот. Рада до безумия просто, что возится со своими Древними. Можно сказать, ее мечта сбылась.
- Внимание! Важные новости! - приемник, до сего момента наигрывающий какую-то ненавязчивую мелодию, внезапно ожил.
Все посетители "Весны" замолчали. 
- Да что опять стряслось? - прошептал Мэтт. 
- Наши журналисты несколько часов назад получили сигнал от Миннауки. Ребекка Вульф настояла на коротком интервью, объяснив его необходимость "угрозой, которая нависла над всей Террой". Сейчас вы услышите тревожные новости, заставившие Министра отложить все дела и обратиться к гражданам Республики с предупреждением. 
Приемник на секунду замолчал.
- Здравствуйте, - строгий женский голос нарушил тишину.
Мэтт с Алексом инстинктивно вздрогнули.
- Здравствуйте, - на фоне Ребекки голос журналиста казался почти что детским. - Вы хотели дать нам интервью?
- Это не интервью, - тут же отрезала Министр. - Я пригласила вас, чтобы озвучить важную информацию, касающуюся всех жителей мира. И надеюсь, что мои слова будут переданы без искажений. 
- Само собой... 
- Хорошо, - Ребекка ненадолго замолчала. - Люди Терры! Это обращение ко всем вам. Отложите свои дела и выслушайте меня.
В кафе и так все уже отложили дела и повернулись к приемнику. Никогда раньше "Весна" не знала такой абсолютной тишины.
- Вы, скорее всего, уже заметили, что в последние годы климат Терры сильно изменился. Повышение средней температуры по всей планете доставляет множество неудобств как Республике, так и другим государствам бывшего Альянса. Тревожная тенденция наблюдается повсюду: вымирают животные и растения, страдает экономическая деятельность стран... Но все это только симптомы. Если вы задавались вопросом: "В чем причина таких изменений?", то вероятно могли заподозрить, что ответ кроется за пределами нашей экзосферы. Мы тоже пришли к такому выводу и прежде всего исследовали Солиус как наиболее вероятный источник изменения климата без видимых причин. Результаты неутешительны. Говоря обывательским языком, Солиус расширяется, переходя в стадию красного гиганта. Этот переход может затянуться не на один миллион лет, но жизнь на Терре будет уничтожена гораздо раньше.
- А...
- Пожалуйста, не перебивайте меня, пока я не закончила. По нашим самым оптимистичным подсчетам в ближайшие несколько тысячелетий климат изменится настолько, что жизнь на планете станет невозможна. После того, как испарятся океаны и исчезнут остатки воды, даже самые стойкие обитатели Терры будут уничтожены. Останутся разве что некоторые виды бактерий, но и они просуществуют не так долго, чтобы упоминать их. Вы что-то хотели спросить? 
- Такие новости просто шокируют... я так понимаю, нам следует начать паниковать?
- Если вам угодно, паникуйте. Но на самом деле повода для истерики нет. Министерство науки планирует воссоздать подобие Альянса для научных исследований. В течение ближайших пяти-десяти лет мы обязуемся спроектировать транспортные космолеты и общими усилиями построить их для безопасной эвакуации людей с Терры. Мы уже обладаем всеми необходимыми наработками, поэтому эвакуация - всего лишь вопрос времени. По нашим расчетам Мадженда вполне пригодна для жизни и будет пригодна даже после трансформации Солиуса. Как вам известно, попытки облагородить ее уже предпринимались и их нельзя назвать провальными. Конечно, ничего приятного в моей новости нет, но жизнь еще не кончена. 
- Вы упомянули про Альянс. Думаете, у вас получится заключить союзы с учеными других стран сейчас, в период напряженной политической обстановки? 
- Не могу сказать точно, но конфликт необходимо разрешить. По моему мнению, война исчерпала себя еще пятнадцать лет назад. Если государства не прекратят, извините за такие выражения, грызню, то у нас нет ни шанса. Первейшей задачей, которую необходимо решить, является именно проведение мирных переговоров. Я буду их инициатором.
- МВС согласно с вашим планом действий?
- Меня не волнует их мнение. Пусть попробуют помешать, если смогут. Это все? У меня не так уж много времени.
- Извините, еще один вопрос.
- Последний. 
- Почему вы решили озвучить эту информацию? Люди могут отреагировать на нее самым непредсказуемым образом.
- Странный вопрос. Вы предлагаете мне скрывать ее?
- Ну...
- Именно потому, что реакцию людей невозможно предугадать, я и пошла на этот шаг. Жители Терры заслуживают знать, какое будущее их ждет. Они должны иметь шанс подготовиться физически и морально к перемене привычного образа жизни. Или, по вашему мнению, мне следовало бы сообщить об этом в день отлета? 
- Нет, но...
- Чему вас учат вообще в Академии Культуры?
Запись резко оборвалась, но эстафету тут же перехватил диктор. 
- Вы слышали интервью с Министром науки Ребеккой Вульф. Думаю, вы все согласитесь со мной, что такие вести едва ли можно назвать приятными, но, как уверяет Ребекка, причин для паники нет. Разумеется, как только появится новая информация, вы немедленно узнаете об этом от меня. С вами был Николас Фиппс, ваш вездесущий ведущий, всегда, заметьте, всегда предоставляющий актуальные новости. 
Из приемника снова полилась музыка.
- Ох ты ж... - только и смог сказать Мэтт.

***
- Мэтт, ты слышал? - на пороге сына встретила встревоженная Эрика.
- Так все слышали. Сказали же, что повода для паники нет.
- Повода нет?! - из комнаты кометой вылетел растрепанный Честер. - Тебе заявляют, что твоя планета будет уничтожена, а ты говоришь, что повода для паники нет!
- Нас же эвакуируют, - не очень уверенно произнесла Эрика.
- И что, Эри? Мы потеряем все! Ну когда же этот отвратительный день закончится? - Честер схватился за голову и убежал обратно в комнату. 
- Мэтти, ты не голоден? - потерянным голосом спросила Эрика, застыв посреди коридора.
- Нет, мам, я только что поел, - Мэтт подвис на несколько секунд, составляя план действий. - Все будет хорошо.
- Ты так говоришь? 
- Само собой. На Мадженде гораздо лучше чем здесь.
"Я-то знаю, я же оттуда", - Мэтту вспомнилась фраза из какого-то старого фильма, вызвавшая в текущих реалиях нервную улыбку.
Чтобы не прослыть сумасшедшим, он последовал за отцом, который сейчас находился в привычном истеричном состоянии.
- Мэтти, ну сколько можно? - Честер растекся на диване, обводя помещение пустым взглядом. - То одно, то другое. То свихнувшиеся политики, то природные катаклизмы! 
- Да ладно тебе. Скоро одна из проблем решится. Политикам придется либо сгореть, либо прийти в себя, - Мэтт улыбнулся, отчаянно пытаясь поверить в собственные слова. 
Уголок рта Честера судорожно дернулся и снова траурно опустился.
- Они скорее сами уничтожат планету. Солиусу ничего не останется.
- Ребекка должна их образумить. Вроде бы она планирует двигаться в этом направлении.
- Планирует... Не верю! Все они только говорят!
В кармане Мэтта запищал коммуникатор, заставив того вздрогнуть от неожиданности. 
- Кого там еще... Майор? Слушаю.
- Капитан, полковник собирает всех военнослужащих через два часа в Главном Штабе. Явка обязательна. 
- Буду, - коротко ответил Мэтт, выключил коммуникатор и виновато посмотрел на отца.
- Ну иди раз собирают, - кривая улыбка исказила лицо Честера. - Вертят людьми как хотят. Ты еще вернешься или сразу поедешь в поселение? 
- Да вечер уже. Наверное, поеду. 
- Будь осторожен, Мэтти, - Эрика подкралась со спины. 
- Хорошо, мам. Завтра постараюсь связаться с вами.

***

Выпуск новостей от 8 июня М56.

Накануне вечером было проведено экстренное собрание МВС. Как нетрудно догадаться, основной темой, поднимавшейся на нем, стал вопрос продолжения военных действий в условиях последних экстраординарных событий. После окончания собрания полковник Становски объявил прессе, что, несмотря на трудную экономическую ситуацию, Республика не прогнется под агрессора и не предложит первой мирный договор. В случае же, если инициатива будет исходить от Тондекса, ее рассмотрят в индивидуальном порядке и согласятся только на наиболее выгодных для Цивитас условиях. Так или иначе, полковник заявил, что такое решение не является окончательным и в ближайшее время результаты собрания будут скоординированы с намерениями Министра науки Ребекки Вульф, которая, как известно, настаивала в своем интервью на прекращении любых конфликтов и объединении всех стран перед лицом космической катастрофы.
С вами был Николас Фиппс, ваш неутомимый ведущий, всегда без исключения предоставляющий актуальные новости.